Чтение онлайн

— Мун, а можно без лирических отступлений? — поморщился я. — Слышал краем уха об этом скандале. Вроде как Чудака после этого убить не убили, и даже не посадили, но практикой заниматься запретили и вообще ославили на всю страну.

— Ну да, а потом он куда-то пропал; тогда решили — убился от отчаянья, и благополучно про него забыли. Да и, честно говоря, не до него тогда было. Но это всё введение, потому что теперь мы знаем, где он прожил все эти годы. В своей глуши он занимался поисками доказательств собственной теории, и, судя по всему, от жары и одиночества у него совсем поехала крыша. Вкратце объясню, а если нужны подробности — всё в отчёте, — он кивнул на лежащую на краю стола папку. — Он сумел добиться определённых успехов, но только совсем не в том, в чём пытался. Теорию свою не доказал, потому что не теория это, а откровенный бред. Но зато достиг невиданного успеха в преобразовании сущностей. Правда, эксперименты ставил над животными; спрашивается, почему нельзя было ограничиться этим раньше? Если точнее, встреченные вами овшуны были искусственно выведенными. Когда-то они были самыми обыкновенными овцами, а потом Чудак привязал к безобидной скотине нечто потустороннее. Не овшунов, а каких-то странных духов; я, честно говоря, так и не понял, откуда они взялись, и почему в итоге приняли такой вид, но я особо не вдавался. Собственно, потому у вас и получилось так легко с ними расправиться. Навур-ан, конечно, понимал, что его творения здорово не дотягивают до настоящих овшунов, но пытался их откормить за счёт путников. Ну, и опять вам повезло. Насколько я сейчас могу восстановить картину, эти твари просто слишком рано вернулись. Прежде к их появлению несчастные путники уже были неспособны оказать достойное сопротивление: этот артефакт, от которого пострадала Уру, очень сильно ослабляет основные показатели вроде скорости реакции и силы, тут даже оборот не спасает. Собственно, такой вот отшельник.

— А с ногой у него тогда что случилось?

— Нога — это дополнительное доказательство его неадекватности, — поморщился Мун. — Он её сам себе отрезал и использовал собственную плоть при создании из своих овец этих недоделанных демонов. Чтобы те его самого не сожрали по ошибке.

— Рур, вот зачем ты спросил? — сдавленно пробормотала слегка побледневшая Шарра, прикрывая ладонью рот. — Фу, какая гадость! У меня же фантазия богатая!

— Да ладно, подумаешь — нога, — попытался возразить Инварр-ар, но под двумя недобрыми взглядами — самой Шарры и Иммура, — почёл за лучшее свернуть тему. — Так вот, штатный психиатр, читавший его записи, даже набросал примерный диагноз на двух листах. Вкратце — полный абзац; у него там… Так, я опять не о том. Самое главное, среди его записей были вполне обоснованные предположения, что оборотни представляют собой точно такие же объединённые сущности, как его овцы, только более сложные.

— Сам ты овца, — вздохнула Шарра, но не обиженно, а как-то удивительно печально. — Это что же получается, целый отдельный разумный вид — результат простого магического эксперимента?

— Не факт, — пожал плечами Мунар. — Вернее, уже почти факт, но не простого, а с участием высших сил. И если разбираться, то у нас весь мир — один большой результат эксперимента богов, поэтому не вижу повода для истерики. Но обнародовать эти результаты точно не стоит.

Все синхронно поморщились и солидарно помолчали.

— В общем, я понял, точно ответить мне на все эти вопросы сможет только сам Первопредок. Буду пытаться достучаться, не сможет же он от меня вечно прятаться. Кстати, Шарра, пока вспомнил; что там с подготовкой праздника перелома года и официальной церемонии?

— С моей стороны — всё по плану, — тут же оживилась она. — Хотя ажиотаж страшный, всем интересно посмотреть на Императрицу, независимо от её происхождения. Многие, конечно, надеются над ней посмеяться, но Сашка всех уделает, я в этом уверена. Ты не волнуйся, я её по полному разряду подготовлю! Опять же, будет присутствовать почти вся Императорская семья Орсы кроме наследника, и это первый официальный визит такого уровня за многие годы…

— Шарра, я в курсе списка приглашённых, сбавь обороты. Мун, по твоей части что?

— Работаем, согласовываем, — лаконично отозвался он. — Сам понимаешь, договориться о мерах безопасности сразу четырём службам не так-то просто, особенно когда каждый считает своим долгом что-то скрыть от остальных. Да утрясётся, что нам, в первый раз что ли?

— Ты, главное, предателя к тому моменту вычисли.

— Вычислить — пол беды, надо доказать! — усмехнулся он. — Мы его прямо на приёме возьмём. Есть у меня план провокации, ближе к делу утрясём детали.

— Мне твои провокации… Ладно, посмотрим, — поморщился я.

Императрица Александра Шаар-ан, Империя Руш, замок Варуш

Сон был странный. Я сразу поняла, что это именно сон, полностью осознавала себя, но продолжала спать, наблюдая за происходящим как за спектаклем, со стороны.

Действие происходило на небольшом скалистом острове, одиноким зубом торчащем посреди моря, и кроме камней, песка и жухлой травы здесь ничего не было. Впрочем, нет; стоило об этом подумать, и я поняла, что поспешила с выводами. Кое-то помимо меня здесь был.

— Рур? — неуверенно окликнула я сидящего неподалёку на камне над обрывом мужчину. Со спины было очень похоже: те же рассыпающиеся по плечам медные волосы, та же смуглая кожа, даже сложение похоже. Но почти сразу я поняла, что ошиблась: этот мужчина был более жилистым, чем Руамар, и, кажется, ниже ростом, но в последнем я не могла поручиться. А ещё мне показалось, что он совсем по-другому пахнет.

Незнакомец не ответил, а я осторожно подошла, с интересом его разглядывая. И странно, чем ближе я оказывалась, тем точнее проступали очертания фигуры, хотя поначалу нас разделяло расстояние не больше десятка метров, и рассмотреть подробности я могла сразу. Наверное, тоже какой-то из фокусов сна.

На обнажённой спине мужчины проступила вязь застарелых шрамов, складывающаяся в какой-то явно осмысленный, но непонятный мне узор. Как будто это были руны совсем чужого, гораздо более сложного начертания, нежели в орском языке. А ещё оказалось, что мужчина медленно и задумчиво поглаживает по голове лежащего подле олуна. Кот показался знакомым.

— То есть, Первопредок — это ты? — уточнила я, без боязни опускаясь на корточки рядом с ним. Мужчина с трудом оторвал взгляд от горизонта и сфокусировал на мне с таким видом, будто я — его галлюцинация, и рассматривает он меня исключительно из вежливости.

К моему удивлению, глаза у него были совершенно обыкновенные, человеческие, серые. В чертах лица сходство с моим мужем прослеживалось, но не портретное, а, скорее, родственное.

— Ну, вроде того, — тяжело вздохнул он наконец.

— А здесь ты что делаешь? — поинтересовалась я, оглядываясь и не обращая внимания на его явное нежелание общаться. Раз уж снится мне такой странный реальный сон, значит, надо пользоваться моментом.

Мужчина встряхнулся, энергично потёр обеими ладонями лицо и вновь уставился на меня, только в этот раз взгляд его стал гораздо более осмысленным.

— От мужа твоего прячусь, уж больно настырный, — усмехнулся он.

— Зачем? — опешила я. — И почему у меня во сне?

— Да я думаю через тебя ему передать пару слов, может, он меня тогда оставит в покое? — поморщился собеседник. У меня появилось странное ощущение, что либо я сошла с ума, либо весь окружающий мир; и второе сейчас казалось более правдоподобным.

— Он тебя оставит? — ошарашенно уточнила я. — Кто из вас двоих вообще должен больше радеть о спокойствии оборотней?

— Ну вот ещё ты нотации не начинай, — скривился Первопредок. А я вдруг поняла, что мой собеседник ещё довольно молод; не мальчишка, но лет двадцать пять — максимум. — Я от него из-за них и прятался.

— В смысле?

— В прямом, — терпеливо пояснил собеседник. — Из-за дирижабля. Если Руамар узнает, что это всё моих рук дело, будет долго ругаться, а я это не люблю.

— То есть, отравление команды — твоих рук дело? — дошло до меня. Ощущение безумия окружающей реальности усилилось. — И с какой целью ты угробил сотню собственных потомков? — растерянно хмыкнула я. Ругаться, правда, благоразумно не стала: с богами шутки плохи, особенно если боги с отклонениями в психике. Впрочем, откуда мне знать, может, они все такие? Я других-то никогда не видела. И, что-то мне подсказывает, это к лучшему.