Чтение онлайн

– Знаю. Но то, что я собираюсь обсудить с вами, займет гораздо больше минуты, уж поверьте. Вы прочитали мою записку?

– Прочитал, - все так же резко ответил Ренделл.
– Потому и пришел.

– Отлично, - расплылся в улыбке Пламмер.
– Великолепно.
– Я знал, что вы приезжаете сегодня, знал, что отель "Краснапольский" поручил вам заниматься рекламой, знал, что вы будете работать в "Воскрешении Два" - все это было необходимо, чтобы пробудить ваше любопытство и добиться вашего расположения. И я наслаждаюсь тем, что сделал.

Ренделлу этот человек решительно не нравился.

– Ладно, чего вы хотите?

– Вашего сотрудничества, - ответил Пламмер.

– Как это?

– Мистер Ренделл, вам должно быть понятно, что у меня имеются достоверные источники информации. Я без всяких сложностей узнал о вашем назначении на эту должность, о вашей поездке в Лондон, о времени вашего прибытия сюда. Ну, а что касается "Воскрешения Два" - вы же, конечно, читали мою вчерашнюю статью в "Курьере"?

Ренделл сидел спокойно, постукивая пальцами по крышке стола. Он не сказал ни слова.

– Великолепно, играете роль крутого, молчаливого американца, - заметил на это Пламмер.
– Только давайте глядеть на вещи практично. Нельзя напечатать целую Библию - или даже только один Новый Завет - включив в производство сотни людей, чтобы раньше или позже тайна перестала быть тайной. Вы же прекрасно понимаете, дорогой мой, что правда всегда выплывет наружу. Мои напарники знают всех, кто входит и выходит в вашу штаб-квартиру на площади Дам. Сам я уже знаю много, довольно много, о всем вашем проекте...

Ренделл поднялся со стула.

– Раз уж вы знаете о нем, то я вам не нужен.

– Минуточку, мистер Ренделл. Только не надо этих спектаклей. Понятное дело, что всего я не знаю. Но узнаю, узнаю задолго до того, как вы подготовите официальное сообщение. Когда я изучу содержание этой вашей Библии, тогда я буду знать именно то, чего мне хочется. И гарантирую вам, через пару недель у меня будут все детали, все факты. Но, видите ли, мистер Ренделл, я занимаюсь таким делом, в котором у меня имеется масса конкурентов. И я должен быть первым с совершенно полной - и эксклюзивной статьей. И так оно и будет. Тем не менее, сотрудничество с вами позволит мне сохранить массу усилий и подготовить мой сенсационный материал на несколько дней раньше. Понимаете, я всего лишь хочу написать эту статью. Когда у меня будет весь материал, я стану симпатизировать вашему "Воскрешению Два", но только если вы будете сотрудничать.

– А если я не захочу?

– Ну-у, я же могу и обидеться, и тогда все, о чем я поведаю миру, может отражать мои чувства.
– В его голосе окрепла коварная нотка.
– А вы же не захотите этого, а? Ведь не захотите? Ну конечно же, нет. Мистер Ренделл, я скрупулезно изучил вашу деятельность, особое внимание обращая на клиентуру, с которой вы имели дело эти годы. Похоже, что вы настроены по-деловому и не испытываете сентиментов к тем лицам, которых представляете. Мне не кажется, чтобы вас сдерживало или душило благородство или, скажем, достойная лишь смеха мораль. Если люди платят - вы за них беретесь. Пламмер сделал паузу.
– Мистер Ренделл, мы - то есть мои друзья и я - готовы платить.

Ренделлу хотелось ударить его, влепить пощечину в эту бледно-устричную физиономию. Но он сдержался, так как нужно было выяснить еще кое-что.

– Вы готовы платить, - повторил Ренделл.
– За что? Чего вы хотите?

– Вот это уже лучше. Гораздо лучше. Я же знал, что вы благоразумный человек. Чего я хочу? Я хочу видеть готовые гранки этого вашего суперсекретного Нового Завета. Вы достанете их без всяческого труда. Никому из "Краснапольского" не удастся сделать этого легче. Вы же сможете выходить оттуда куда угодно и когда угодно. Мне же хочется всего лишь опередить конкурентов. И я готов, имея на это все полномочия, оговорить с вами все дела. Так что вы скажете, мистер Ренделл?

Тот отставил стул.

– Что я скажу? Пошел ты нахрен, мистер Пламмер!

Он развернулся на месте и поспешил к выходу, тем не менее, какая-то часть слов Пламмера достигла его ушей:

– Нет, друг мой, не пойду я нахрен. Во всяком случае, не до того, как раскручу "Воскрешение Два". А я уверен, что раскручу, абсолютно уверен, как уверен в том, что ты сам и ваш прибацанный проектишка через пару дней загнетесь.

* * *

ОТПРАВИВ ДАРЛЕНУ, вопреки всем ее протестам, на дневную автобусную экскурсию по Амстердаму и на вечернюю "Поездку при свечах" - по каналам, Ренделл позвонил Уилеру, сообщая, что готов выехать в "Краснопольский". Он сразу же доложил о неожиданном столкновении с английским журналистом Пламмером, что вызвало лавину настойчивых расспросов со стороны издателя. Повесив трубку, Ренделл приготовился вступить в таинственное и защищенное от любопытных глаз укрытие, откуда "Воскрешение Два" вело свою деятельность.

Сейчас же, усевшись поудобнее у бокового окошка мерседеса, он слушал скрипучий голос круглолицего, средних лет водителя-голландца, сообщившего, что его зовут Тео:

– Дам. Наша центральная площадь. Это ось, на которую, будто спицы нанизаны центральные улицы Амстердама.

Кое-какие виды города Ренделл даже узнавал. Память о предыдущей поездке, освеженная чтением путеводителя KLM минут пятнадцать назад, помогла ему определить те места, мимо которых он сейчас проезжал. В центре площади было два людских островка. Один образовался вокруг Монумента Освобождения, памятника всем голландцам, погибшим в годы Второй Мировой войны. Когда Ренделл видел его несколько лет назад, подножие монумента было оккупировано студентами всяческих наций, которые обычно жарились на солнышке днем, и которых частенько ловили по ночам за то, что они жарились в окрестных кустах. Этим же утром, как и обычно, здесь тоже было множество сидящих на ступенях молодых туристов, но эти выглядели поживее, они разговаривали друг с другом или читали. Неподалеку находился и второй населенный людьми островок Дам - плоский бетонированный многоугольник, нечто вроде парка без травы, зато с качелями, кукольным театром и окруженной детьми стойкой мороженщика. Здесь же отдыхали на лавках или кормили голубей люди преклонного возраста.

– Слева Конинклийк Палейс, - проскрипел со своего места Тео. Ренделл послушно поглядел на массивный королевский дворец, занимавший всю оставшуюся часть площади.
– Наша святыня, как Вестминстерское аббатство у англичан, - продолжал водитель.
– Построен на болотистой почве, там внизу тринадцать тысяч деревянных свай. Королева здесь не живет. Она живет за городом, а дворец использует для официальных приемов или же по каким-то важным государственным делам.

– А там есть специальный тронный зал?
– поинтересовался Ренделл.

– Тронный зал? Troonkamer? Ik versta het niet.
– Потом до него дошло.
– Ja, ja, ik weet wat u zeqt. Natuurlijk, wij hebben het.

– Тео, не могли бы вы говорить...

– Извините, извините, - тут же поправился водитель. Тронный зал - да, конечно же, имеется - очень большой церемониальный зал, очень красивый.

Ренделл вытащил у себя из кармана желтый блокнот и нацарапал несколько слов. У него уже появилась первая рекламная идея - первая с момента прибытия в Голландию. Надо будет предложить ее своим заказчикам. Он снова почувствовал себя лучше.

– Впереди "Де Биенкорф", - объявил Тео. Ренделл узнал самый крупный амстердамский универмаг - "де Биенкорф" или же "Беехайв" - шестиэтажный сумасшедший дом для покупателей. Вот и сейчас десятки людей, отправившихся за покупками, вливались в хромированно-стеклянные обычные и вращающиеся двери.
– А рядом с ним то место, куда мы направляемся, - сообщил Тео. "Крас".

– Чего?

– "Гранд Отель Краснапольски", где находится ваша штаб-квартира. Никто толком так и не может выговорить его, поэтому для нас он будет "Красом". Польский портной А.В. Краснапольский продал свое заведение и в 1865 году приобрел здесь, на Вармоесстраат, кафе, где подавали вино и пончики с вареньем, которые жарила его невестка. А потом он пристроил еще биллиардную, затем Винтертуин - зимний сад, после чего прикупил все окрестные дома, достроил несколько этажей сверху, так что получилось сто номеров для гостиницы. Сейчас здесь триста двадцать пять номеров. "Крас". Глядите, а вот и мистер Уилер. Он ждет вас.