Чтение онлайн

А чего я еще мог сказать? Ладно карта нашлась, и я оказался человеком способным проложить маршрут, весьма примерный, не спорю, но практически до самого города, а там остается надежда что найдут. Зря что ли они звери, по следам, по запаху.

Вопросов среди моих переселенцев не было. Фералы молчали, переваривая информацию. Тогда вперед вышел Рык. Он не повышал голоса, но его слова, казалось, вбивались в голову каждому.

— Место куда зовёт человек — безопасно. Вы хотели убраться подальше от войны — ступайте. Тех, кто молод и готов сражаться, я забрал. Хотите возразить? Убью на месте. Вернетесь — убью на месте.

Коротко. Веско. И хрен поспоришь. Сука хитрая! Сплавил мне неликвид из местных несогласных!

Я смотрел на него и понимал, почему фералы за ним идут. В нем была стальная уверенность лидера, который знает, куда ведет свой народ. Правда мне хотелось его пристрелить. Что ему человек и его цели, он делает своё дело и делает так как ему надо. Зараза.

— Командовать отрядом «одаренных» будет Кхар, — закончил Рык и кивнул в сторону одного из воинов. — Он поведет вас. Его слово — закон.

Из строя вышел ферал, и я невольно подобрался. Если Шак был похож на лиса, а Рык — на волка, то этот тип был вылитой росомахой. Невысокий, но широкий в плечах, жилистый, словно сплетенный из стальных тросов и сухожилий. Ни грамма лишнего жира, только тугие, бугрящиеся под серой шерстью мышцы. Морда — сплошь покрыта десятками шрамов, словно его показательно били об острые камни. Один глаз чуть косит, а взгляд тяжелый, буравящий, смотрит будто исподлобья.

Весь его вид говорил одно — я тебе не доверяю, человек. И я лишь вздохнул, глядя на этого типа. Мне хватало сложных в общении людей, которых было в достатке в Кадии, а тут еще и ферал добавится. Еще один геморрой в мою коллекцию. Но я сам на это подписался и не нужно ныть — судя по его шрамам, воевать он умел либо очень хорошо, либо очень плохо и вывозил на везении.

Вот и посмотрим.

Кхар подошел и остановился передо мной, скрестив на груди мощные руки.

— Значит, ты? — его голос был низким, скрежещущим, как будто он говорил сквозь стиснутые зубы.

Я посмотрел ему в глаза, потом повертел головой и недоуменно пожал плечами.

— Значит я.

Кхар смотрел дальше молча. Давить на меня взглядом — гиблое дело. Я и не таких видал.

— Ты мне не нравишься. Те, кто мне не нравится, висят на деревьях на собственных кишках.

— Да ты тоже не подарок. — ответил я и улыбнулся. — Дёрнешься в мою сторону или сторону моих людей в городе, я отрежу тебе яйца и скормлю самым мелким сусликам, что найду в этих прериях, как доказательство того, что не надо меня злить. Кхар.

— Принимаю, — прорычал он, удовлетворенный нашим любезным диалогом, и, не сказав больше ни слова, развернулся и вернулся в строй.

Брифинг закончился. Фералы, гудя, как растревоженный улей, расходились по своим делам. Караван в Кадию должен был выступить с рассветом.

— Спящий действительно в тебе что-то видит. — за спиной раздался удивленный и веселый голос Рыка. — Сам Кхар, бешенный, могу сказать, что ты дал ему повод для уважения. Яйца сусликам! Так они же не будут жрать! Ха!

— Так я заставлю, — не отстал я. — На этом всё?

— А тебе чего? Могу медовухи налить, не ты же попрешься с насиженного места, таща ворованное в своё гнездо, вся грязная работа на нас, кому тащить телеги. Не потребуй старый кот, я бы тебе отказал, сам бы тащил.

— Кто бы говорил, Рык, — фыркнул я, когда понял, что нас особо никто не слышит. — Ты сам спихнул на меня своих… не сторонников, так получается? И стариков. И Кхара ты спихнул.

Рык, коротко хохотнув, тоже собирался уходить.

И тут мой взгляд зацепился за его ружье.

В суете всех этих дней не было особой возможности разузнать про него — то я был постоянно занят, то Рык где-то шлялся по своим делам — так почему бы не воспользоваться ситуацией сейчас?

А ружье могло стать решающим шагом к пониманию магии Падших. Потому что, судя по всему, оно работало на абсолютно других принципах и не требовало энергии Нексуса. Перенять и скопировать подобную рунную цепочку дорогого стоило — если я смогу делать подобное оружие и давать его в пользование обычным людям, то это изменит соотношение сил и Кадия будет защищена гораздо лучше.

Один Рык с этой ружбайкой вон какого шороха навел. А если вооружить вообще всех моих близких?

— Рык, постой, — окликнул я его.

Вождь обернулся, вопросительно приподняв бровь. Я подошел ближе, стараясь, чтобы мой интерес выглядел скорее профессиональным, чем шкурным. Мы отошли в сторону от толпы, к его шатру, где суета лагеря была слышна лишь приглушенным гулом.

— Твое ружье… — начал я, кивнув на оружие за его спиной. — Я знаю, что это работа Падших? Руны, металл… Это не просто оружие, это серьезный артефакт.

Рык на мгновение напрягся, его рука чуть дернулась к ремню, но потом он расслабился.

— Ты разбираешься в этом, ты это доказал, — это был не вопрос, а утверждение.

— Приходится, — я криво усмехнулся. — Моя жизнь, можно сказать, зависит от этих железок. Я ищу любые следы, которые они оставили. Пытаюсь понять их путь, их цели. И их технологии. — Я сделал небольшую паузу, подбирая слова. — Расскажи, где ты его нашел? Любая мелочь, любая зацепка может помочь мне. А значит, в конечном итоге, и всем нам. Если я найду источник таких вещей, Кадия станет неприступной крепостью.

Я ожидал чего угодно: недоверия, торга, расспросов. Но не того, что произошло.

Дружелюбие и веселье, которое только что сквозило в его глазах, испарилось. Мгновенно. Словно кто-то щелкнул выключателем. Взгляд стал тяжелым, холодным, как лед в зимнюю стужу. Прагматичный вождь, с которым я только что заключал союз, исчез. Передо мной стоял хищник, который защищал свою нору.

— Каждый воин имеет свои тайны, Грис, — тихо, почти безэмоционально произнес он. — Мое ружье — это моя история. И она не для чужих ушей.

Упс. Кажется, я наступил на больную мозоль. Но отступать было уже поздно. Да и не в моих это было правилах.

— Я понимаю, — я поднял руки в примирительном жесте. — И не лезу в твою историю. Но, может, я хотя бы взгляну поближе? Просто на руны. Некоторые из них мне совершенно незнакомы. Если я пойму их принцип действия, я смогу создавать более мощную защиту для наших…

— Я сказал нет.

Его голос не стал громче, но в нем прорезался такой металл, что, казалось, воздух вокруг зазвенел. Он сделал едва заметный шаг вперед, и я почувствовал, как от него волной пошла угроза. Чистая, неприкрытая, звериная.