Чтение онлайн

– Значит, надобно поднять брачный кубок, - твёрдо отозвалась она. Мужчина многозначительно хмыкнул и вновь перевёл свой взгляд на Светомиру.

– Ведьмы вот-вот нападут мы не успеем. Она должна была давно понести.

– Я не готова жертвовать сыном. Уговор был иной, - срывающимся голосом произнесла Велина.

Её уголки рта опустились вниз, на лбу пролегла морщина, всегда ровная спина сгорбилась, а руки обняли туловище, будто согревая его. Горечь едва сдерживаемых слез поднималась вверх. Она знала на что идёт. Знала, что рискует, но прощаться с сыном ради благого дела была не готова. Девчонку тоже было жалко, и она искренне надеялась, что та выживет. Но её видения говорили об обратном...

Вместе с Радимиром они долго думали, как можно напитать Светомиру силами даров, которые не живут в ней. Сошлись вначале на том, что стоит пробудить тьму, а заодно уж сделать так, чтоб убила она одарённого. Вон Есислава использует чужие силы, и не одна ведь она такая, да и Светомира может пропускать через себя силу Светозара. Вдруг, убив, она пробудит не только тьму, но и впитает в себя часть силы одарённого? Только бы получилось у неё от Светозара понести, чтоб сила света в ней прижилась. Уж пока дитя женщина под сердцем носит, дар мужа и в её теле теплится, оберегает.

А уж если так ладно получится, то они быстро девицу подготовят, останется лишь дожидаться, когда нечистый себя проявит. То что он придёт за ней она не сомневалась. Захочет нечистый обрести спасение от оков своих, чтоб по землям шагать и смрадом дышать и гниль нести. И только Светомира сможет принять его в себя по воле доброй, пустить в тело своё, да так, чтоб его воля ее затмила, его глаза вместо её встали, чтоб вновь дышать он смог хоть и в теле чужом.

Голова раскалывалась, боль сжимала, сдавливала виски. Последнее видение, до того как обруч оказался на шее так и стояло перед её глазами...

– И не придётся, - подойдя к ней вплотную, произнёс Радимир.

Его близость непонятно давила, хотелось отойти подальше, отвести взгляд. Но вместо этого Велина прокашлялась, чтобы унять дрожь в голосе:

– Ты уже его выбрал?

– Да, - чуть наклонив голову вперёд ответил мужчина.
– Тянуть не стоит, мы ещё не знаем, получится ли загнать в неё дары.

– Получится, - твёрдо ответила Велина.
– Я видела.

– Видения можно истолковать по-разному. Ты видела, что её пронзают стрелы, но не видела кто это делает, не видела, что случилось перед этим. Ты видела лишь глаза налитые кровью, - Радимир закрыл лицо ладонью и с силой надавил на лоб. Он отвернулся, сделал пару шагов и посмотрел на стену, отмечая всё неровности и шероховатости.
– Ты и сама знаешь, что это обозначает. Она уступила, сдалась. Нечистый занял её тело и пока он не окреп его можно убить, а она... В твоих видениях она уже была мертва.

Вдох задержался в лёгких. Он много думал об этом. Иногда стоит пожертвовать тем, что тебе дорого, чтобы сохранить жизнь другим. Без смерти Светомиры они будут обречены. Он ни один раз, видел, как её телом овладевает чуждая сила, от чего её долго шатает, она теряется и не понимает, что происходит, бестолково мотает головой, сжимает её руками, рвёт на себе волосы, а после поднимает голову и открывает кровавые глаза.

Так же Радимир знал, что именно он будет тем, кто пустит в её сердце стрелы.

– Там был тот, кто испугался её глаз, - тихо с сожалением медленно произнесла Велина.
– Тебе стоит пойти с ней, возможно получится всё обернуть иначе. Защити её.

– Ты когда-нибудь видела тварей с красными глазами?
– обернувшись к ней спросил Радимир.

– Те глаза были горящими, а у неё будто кровью напитаны.

– Это ничего не меняет.

– Но видения можно изменить, они на то и даны нам, чтобы мы могли вмешаться.

Радимир задумчиво хмыкнул. Знал он, что можно. Если он ранее видел только пугающий взгляд Светомиры, то когда принял решение убить нечистого в её теле, стал видеть стрелы, пронзающие грудь девицы.

Велина смотрела на него с немой надеждой, от которой становилось тошно. Махнув пренебрежительно рукой, Радимир пошёл к выходу. Нечего попусту болтать. Он и сам не знал, что можно сделать отчего злился неимоверно. Отец послал его уберечь, а он своими же руками её и погубит.

– И, кстати, она заметила, что ты убрала обручи, - обернувшись проронил Радимир.

Закрыв за собой дверь, он выругался. Тяжесть обволакивала, тянула вниз. Можно было подослать к Светомире уже завтра обречённого на смерть одарённого, но он должен проверить, узнать наверняка. Что если просто убить не достаточно? Он спрашивал у горных духов об этом, хотел узнать, что сделать, чтобы дар перетек, да и остался там навсегда, ведь слыхал об этом.

Спрашивал несколько раз, и ведь повезло. Молодой еще был паренёк, волосы длинные и черные, глаза яркие и прозрачные будто льдины, ухмылка во всё лицо, и худоба, присущая юнцам. Хоть это была его первая сделка, но нёс он себя, будто кланяться ему все должны. Таких только и отправляли к тем, кто добровольно к ним пришёл. Всё ему было в ново, чем Радимир и воспользовался. Посеял сомнение, что вещи они, и знают обо всём, напомнил, что с людьми скрестились уже давно, и род их вымирает, да поднажал, что молодняку небось не доверяют, всякую тайну и не скажут.

На что паренёк фыркнул гневно, да глаза закатил, сказал, что мужчина его считает глупым, раз тайны разведать пытается, но всё же ответил на его вопрос.

– Дух испустить, да кровью умыться.

Чашу испить, чтоб дару открыться.

Эти слова крутились у него в голове. Просто убить недостаточно, мало умыться кровью, её надобно испить.

Радимир приподнял уголок рта. Его нога застыла в воздухе и медленно, так и не завершив шаг, была отброшена назад. А не наведаться ли ему к Есиславе? Не проверить ли его домыслы? Уж со Светомирой ошибаться нельзя, а с этой девки станется. Только рада будет, коли дар при ней останется.

Постепенно коридор сужался, уходил вдаль, переходя в узкий, закрытый проход между двумя башнями. Где-то там его должна была ждать Жилда. Она была готова к своей участи. Девочка, рождённая быть убитой, принесённой в жертву. Считалось, что в них течёт дурная кровь. Её мать была сожжена на костре, сразу после её рождения, а отец повешен ещё до того, за разбой. Таких детей даже называли всех одинаково. Жилда, что значило - жертва. Они доживали до совершеннолетия в тепле и сытости, а после их отдавали длиннополым, чьи белые, длинные одежды с широкими рукавами до самых колен, неимоверно пугали юных девиц . Их лица каждый раз вытягивались в немом ужасе, когда они видели, одежду залитую кровью, но вовсе не это пугало их. А то, с какой жаждой они терзали своих жертв, как упивались их болью и мучили, выдавливая крики из полуживых тел. Их жестокость и странная любовь к уединению наводила ужас.

Его предложению девчонка обрадовалась. Глаза загорелись, полуулыбка залегла на хмуром лице, а брови разгладились. Умереть быстро и без мучений было намного лучше. К тому же, бежать теперь было некуда. Земли Белозара, где в жертвы приносили разве что быков, заволокла тьма, а здесь, сам народ требовал угодить богам и пролить кровь.

Надеяться ей было не на что. Тьма наступала, и она прекрасно понимала, что вскоре жертвенный нож вопьется в её тело.

– Жилда, я должен несколько изменить наш план, - прищурившись, произнёс Радимим.