Чтение онлайн

Взгляд Александра очерчивает яростные полосы на моем лице с минимумом косметики, спускается на шею, скользит в декольте и снова поднимается вверх.

Плавный шаг в мою сторону. Прежде чем я успеваю дать ему отпор, Савицкий оттягивает воротничок моей блузки и… принюхивается.

Босс меня нюхает.

Это уже чересчур!

Отталкиваю мужчину ладонями. Под пальцами перекатываются тугие, словно стальные мускулы. Раскаленные и напряженные. Быстро отдергиваю руки от тела Савицкого, пресекая постыдное желание погладить его тело, очертить рельеф плеч и нырнуть ладонями под рубашку.

Меня пьянит крепкий, мускусный запах его тела, бьющий в эпицентр женской сущности, вызывает слабость в ногах и желание поддаться.

Откуда в этом гадком мужчине такая бездна темного, влекущего обаяния?

Хватит так на него реагировать. Это просто потный мужик, говорю себе. Но убеждения не работают!

С большим трудом заставляю себя шагнуть назад. Делаю шаг спиной вперед. Запинаюсь каблуком о кучу деревяшек, оставшихся после разгрома стола.

С громким айканьем лечу вниз. Наверняка позорно распластаюсь и набью себе здоровенную шишку.

Но Савицкий на удивление проворен и силен. Его руки успевают подхватить меня. В самый последний момент.

Миллиардер дергает меня на себя, подхватив под попкой и резко усаживает на падший шкаф. Юбка цепляется за какую-то торчащую деревяшку, но Савицкому на это плевать. Он резко движется ко мне, вклинивается между моих ног коленом. Напористо и жестко движется дальше, расталкивая бедра в стороны.

— Что вы творите? — возмущаюсь.

Савицкий затыкает мне рот жгучим поцелуем, мгновенно скользнув языком между губами. На месте соприкосновения губ возникают острые искры, сжигающие благоразумие до самого основания.

У него безумно горячие губы, сухие и жёсткие, как во время болезни. Он целует меня жадно и глубок, с первой же секунды доминируя.

Я же хотела этого. Хотела снова почувствовать себя желанной, растаять от напористой ласки, отдаться ему. Расклешенная юбка закатывается выше, по моим бедрам,

Савицкий крепче прижимается ширинкой к развилке моих ног. Чувствую его желание так же остро, как свое собственное.

Еще один поцелуй — глубокий и властный. Я бы застонала вслух, если бы язык Савицкого не хозяйничал у меня во рту так яро.

Пальцы левой руки Савицкого крепко, до боли впиваются в мою талию. Они дрожат, словно миллиардер решает, куда двинуться дальше: выше, сжав грудь, или ниже, обхватив ладонью попку.

Его пальцы в моих волосах едва ощутимо щекочут кожу головы, но захват крепчает. Я неосознанно прижимаюсь в ответ к Савицкому крепко, всем телом, словно боюсь упасть и держусь за него, чтобы предотвратить это. Но становится только хуже, потому что мы начинаем падать вдвоем.

Непонятно, кто кого утягивает вниз, но его губы и язык творят бесподобно прекрасные и ужасно бесстыдные вещи с моим ртом. То посасывает, то покусывает, то нежно ласкает… Как будто извиняется, но через миг снова становится грубым мужланом, кусающимся, таранящим мой рот, словно в наказание.

За что?

Савицкий начинает давить корпусом, прогибая меня назад. Я с большим трудом понимаю, что вот-вот произойдет непоправимое! Тогда на мне будет окончательно поставлено клеймо девушки, весьма охотно вступающей в интимные связи с начальством.

Это ужасает меня больше всего остального. Во власти Савицкого уничтожить меня, растоптать окончательно. И все из-за какой-то досадной ошибки, мелкого недоразумения…

Жизнь и репутация несутся под откос.

Надо оторваться от порочных губ Савицкого, тем более, его пальцы уже гладят мои бедра высоко под юбкой.

Ох черт… Что это за мужчина такой — отключающий разом по щелчку?! Неужели я позволю ему…

Нет!

Решительно сжимаю челюсти, клацнув по языку и губе миллиардера.

Савицкий отстраняется от меня так же резко, как напал на меня. Большим пальцем стирает капельку крови с нижней губы. Всего на секунду он прикрывает глаза.

Задерживает дыхание или сдерживает внутренних демонов?!

Скорее, второе. Через миг он снова смотрит на меня. Ярко-синие глаза освещаются краткой вспышкой, после которой их цвет окончательно меняется на темный, почти черный и жутко холодный.

— Прекратите меня домогаться, Александр… — я едва дышу. — Владимирович. Это уже напоминает патологию!

Поправляю на себе юбку и блузку, растрепанную до ужаса. С огромным трудом свожу вместе бедра, между которых настойчиво пульсирует желание продолжить начатое. Ноги так и норовят раздвинуться перед этим самцом, накачанным тестостероном и мрачной харизмой.

— Домогаться? — спрашивает тихим, полным ярости голосом.

Он осматривает меня с головы до ног, смотрит в упор, но словно видит один-единственный факт, на котором его дико клинит, а я… я своим поведением лишь утверждаю мужчину в неверном мнении.

Это надо прекратить. Немедленно.

Пожар в груди следует потушить.

— Можно подумать, будто ты невинная красная шапочка, а я похотливый и злой серый волк.

Савицкий выпрямляется, складывает руки под грудью, делает шаг назад и сверлит меня взглядом, полным желания и одновременно жуткого презрения к моей персоне. Мне кажется, он хочет меня поцеловать и заняться сексом, а потом сплюнуть…

— Я…

— Ты запрыгнула на меня в отеле с разбегу. Я видел достаточно, чтобы понять о тебе многое. Ты…

— Та ночь в отеле была ошибкой! Я ждала другого парня! — пытаюсь объясниться, но делаю только хуже.

Савицкий издает смешок.

— На место встречи пришел другой мужчина и ты решила не заморачиваться. Какая разница, с кем спать, да? Деньги же получила! Ты…

Савицкий поднимает руку, выставив в моем направлении указательный палец. Качнув им несколько раз перед моим лицом, Савицкий резко опускает руку вниз.

Миллиардер разворачивается ко мне спиной и отходит к окну, разглядывая городской пейзаж. Я пытаюсь не любоваться им — взбешенным, заведенным и огорченным одновременно.

— Послушай, я все могу объяснить. Александр, мы можем поговорить?! Ты…

После этого слова он резко оборачивается, посмотрев на меня через плечо жутким, гневным взглядом.

— Еще и на «ты», Марика?! — спрашивает зловеще. — Я видел, с кем ты приехала. Сегодня утром. Понятно, почему ты не ночевала дома и даже не переоделась!

— Это мой…

— Стоп! Я ничего не желаю слушать! — повышает голос. Лохматит свои волосы. — Выйди. Переодеться, похоже, ты не сможешь. Значит, я просто вычту этот чертов день из твоей заработной платы. Завтра не смей являться без приличной одежды. Соблюдай дресс-код! А сейчас приступай к работе.