Чтение онлайн

Засыпав в рот несколько конфеток «Эм-энд-Эмс», я завернула за угол и чуть не врезалась в Люка. Он сидел на земле, в грязи, голова опущена, а ноги согнуты в коленях.

— Боже мой, — я отпрыгнула назад, прижав руку к груди. — Что ты здесь делаешь?

На нем были шорты и белая футболка, а каштановые волосы промокли от пота. Он поднял лицо, и его кожа оказалась белее снега.

— Кэлли, что ты делаешь?

Я скомкала в ладони обертку от конфет.

— Я хожу здесь после пар по английскому. Вообще-то я собиралась встретиться с Сетом, чтобы пойти в спортзал.

Он закивал головой, и по лбу скатились капли пота.

— Ох.

Я повернулась, чтобы уйти, но решила, что не могу оставить его в таком ужасном состоянии.

— У тебя все хорошо?

Он почесал руку.

— Да, я тренировался, но плохо себя почувствовал, так что зашел сюда на минутку, чтобы перевести дух.

Я присела на корточки напротив него, но сохраняя удобную для себя дистанцию.

— Ты болен или что? Ты выглядишь...

— Дерьмово, — закончил он за меня, поднимаясь на ноги и вздыхая.

Мой взгляд упал на его ногу, вдвое опухшую, покрытую пятнами и покрасневшую.

— Что у тебя с ногой?

Он медленно выдохнул, прислонившись к кирпичной стене школы.

— За последние несколько дней я, по-моему, забыл принять инсулин.

— У тебя диабет?

Он приложил палец к губам и покачал головой.

— Только не говори никому. Не люблю показывать слабость. Это моя странность.

— Почему ты не делал инъекции?

— У меня они закончились, а с собой я много не ношу. Еще одна моя странность... Иногда я просто не могу заставить себя воткнуть иглу в тело.

Осмотрев его ногу, воспалившуюся от колена, я не стала настаивать.

— Хочешь, я отведу тебя к врачу? Или найду Кайдена?

Он покачал головой, сделал шаг вперед, но отшатнулся назад и ударился локтем о стену.

— Не рассказывай Кайдену. Когда я говорю, никто не знает, значит, никто.

Я подтянула на плече ручку от сумки.

— Думаю, тебе нужно обратиться к врачу.

— Я знаю, что мне нужно к врачу. — Перенеся вес на ногу, он похромал ко мне. — Послушай, разве у тебя нет ничего такого, что не нужно знать остальным?

— Есть, — я осторожно покачала головой.

— Ну вот, у меня то же самое, — сказал он. — Так ты сможешь молчать об этом?

Я снова кивнула.

— Если только ты мне позволишь отвести тебя к врачу.

Он закрыл глаза, втянул воздух через нос, и его грудь под рубашкой расширилась, когда он распахнул веки.

— Ладно, договорились. Давай я пойду переоденусь, запишусь на прием, а потом встретимся с тобой минут через двадцать.

— Может, тебе лучше обратиться в отделение экстренной помощи? — предложила я. — Ты выглядишь ужасно.

— Дорога в отделение будет стоить дорого, — ответил он, прихрамывая к металлическим дверям. — А у меня нет таких денег.

— Ладно, встретимся у входа, — сказала я, и он вошел внутрь, захлопнув за собой дверь.

Направляясь к своему общежитию, чтобы закинуть вещи, я размышляла о том, что понятия не имею, как ввязалась в эту историю. Последние шесть лет я пыталась держаться подальше от парней, но последнее время только они меня и окружают, но бросать его я не собиралась.

Когда спустя двадцать минут мы встретились с Люком у входа, выяснилось, что в ближайшие два часа ему не попасть к врачу, так что мы обменялись номерами, и я пообещала вернуться за ним из спортзала.

Спустя два часа мы сидим в приемной. Люк подергивает коленом, пока я читаю журнал «Пипл» и доедаю лакрицу. Я сменила спортивную одежду на джинсы и футболку. Удивительно, как хорошо я справляюсь с тем, что произошло между мной и Кайденом в спортивном зале. Сидеть на нем сверху было странно, но моему телу это понравилось. Всю дорогу домой Сет подкалывал меня по этому поводу, так что я все ждала, когда же меня накроет, но мне по-прежнему хорошо.

В свете ламп приемной кожа Люка выглядит почти желтой. Я перелистываю страницу и склоняю голову набок, делая вид, что смотрю на что-то другое.

— Тебе нравятся медицинские кабинеты? — вдруг спрашивает Люк.

Я поднимаю голову и вижу, как он своими огромными карими глазами пялится на мужчину со сломанной рукой напротив нас.

— Думаю, что нет.

Он взволнованно чешет висок, пока на коже не появляются красные полосы.

— Сплошная антисанитария.

Я захлопываю журнал и кладу его на стол.

— Может, если ты перестанешь постоянно об этом думать, то сможешь немного расслабиться.

Он замолкает, а нога его перестает дергаться.

— Я просто ненавижу иглы.

Какая-то бессмыслица, потому что ему какое-то время наверняка приходилось делать себе инъекции инсулина. Хотя страх в его глазах заставляет меня задуматься, не скрыто ли за этой фобией что-то еще помимо игл.

— Ладно, подумай о чем-нибудь другом. — Я беру со стола рядом с собой номер «Спортс Иллюстрейтед». — На, почитай. Поможет тебе отвлечься.

Хмуря брови, он забирает у меня журнал и изучает девушку на обложке.

— Знаешь, я не помню, чтобы ты была такой в средней школе. Ты была действительно тихой, и все... — Он замолкает, но я знаю, что он хочет сказать: что все смеялись надо мной, придирались, дразнили и издевались. — Прости. Я не должен был заводить об этом разговор.

— Все нормально, — заверяю я его, но воспоминания осколками стекла врезаются в мозг.

— Знаешь, ты напоминаешь мне мою сестру, Эми, — говорит он. — Не знаю, помнишь ли ты ее. Она на пару лет была нас старше.

Я качаю головой.

— Нет, не помню. Извини.

Он открывает журнал и переворачивает страницу.

— Она была очень на тебя похожа. Тихая, милая, но грустная.

Я замечаю, что он говорит «была». Я поджимаю губы, когда стекла в голове становится больше, и оно разбивается на множество кусочков.

— Я отойду на минутку.

Я поднимаюсь со стула и несусь по коридору в туалет. Мои плечи горбятся, когда в животе нарастает боль. К счастью, в туалете никого нет, иначе меня вывернуло бы прямо в коридоре и все узнали бы мой маленький секрет. То единственное, что утешает меня в самые мрачные думы. То единственное, что принадлежит только мне и никто не может его забрать.

***

— Думаю, я должен отвезти тебя туда в качестве благодарности, — говорит Люк, когда мы едем на карнавал, устраиваемый на ярмарочной площади. Солнце опускается за горы, а серое небо окрашено всплесками розового и оранжевого. Землю охватывают неоновые огни и музыка.