Чтение онлайн

Она наклоняет голову в сторону, так что ее волосы касаются моей щеки.

— Как насчет тех блестящих голубого цвета в форме звезд?

— Звучит неплохо. — Я едва обращаю внимание на то, что она говорит, потому что нюхаю ее волосы, как чертов извращенец.

Что, черт возьми, со мной такое? Мою грудь сжимают странные чувства — те, которые меня учили отключать. Они буквально причиняют мне боль, словно нож в груди, и мне лишь хочется убежать и выключить их единственных известным мне способом.

***

— Мы уже перешли от Злой Ведьмы Запада? — спрашивает Люк, когда я огибаю билетную кассу в поисках места в траве, где Кэлли случайно обронила очки.

— Мы? — Я выпрямляюсь. — Не думал, что мы вместе этим занимаемся, да и я не пытаюсь что-то замутить с Кэлли. Мы просто друзья.

Он щелкает большим пальцем по кнопке зажигалки, игнорируя мое замечание.

— Ты же знаешь, что если захочешь, то я могу поставить ее в такое положение, что у тебя появится возможность делать с ней все, что пожелаешь.

— Ты же знаешь, что я только что расстался с Дейзи, да?

Он закатывает глаза.

— И ты так грустишь по этому поводу.

Я нахожу очки возле мусорной корзины и поднимаю их, стряхивая застрявшую в трещинках оправы траву.

— Не уверен, что вообще хочу что-то делать с Кэлли.

Он вынимает изо рта незажженную сигарету и глядит на нее.

— Не могу вспомнить, где оставил свою пачку. — Он хлопает себя по карманам, а потом разворачивается по кругу, осматривая землю.

У Люка такая особенность — все терять, особенно сигареты. Никотин — его седативное средство, без которого он просто выходит из себя.

— Где, черт возьми, я... — он замолкает, пятясь к скамейке, и вздыхает, когда поднимает пачку. Он засовывает ее в карман и закрывает глаза, как будто только что чуть не потерял руку. — Мы можем устроить состязание.

Я открываю и закрываю дужки очков.

— Мы не делали этого с десятого класса.

— Когда ты начал встречаться с Дейзи, — поправляет он. — Приятель, мне не хватает тех деньков.

Я гляжу на аттракционы, несущиеся в разных направлениях.

— Ага, но не думаю, что смогу обмануть Кэлли, заставив ее пойти со мной за трибуны. Это кажется неправильным.

Люк стучит пальцами по своей ноге в такт играющей поблизости рок-песни, а в это время его взгляд блуждает в угол – к конструкции для лазания «джунгли». Внутри темно, и у ворот никто не стоит.

— Погоди. У меня есть идея.

— Не поделишься своей идеей? — спрашиваю я. — Я что-то не хочу действовать вслепую.

— Как следует обдумаю состязание. — Он идет по сухой траве в обратном направлении, к выходным воротам. — Я вернусь через пять минут. Все, что тебе нужно, — это следовать моему примеру, и в качестве благодарности ты можешь дать мне, когда мы на День благодарения вернемся домой, покататься на мотоцикле, к которому ты не позволяешь никому дотронуться.

— Ни хрена...

Взмахнув рукой, он исчезает в воротах. Качая головой, я с чувством вины возвращаюсь к Кэлли и ее медведю. Но глубоко в душе я знаю, что последую плану Люка, потому что на данный момент хочу этого больше всего на свете.

Кэлли

Когда Сет наносит последние штрихи медведю, к нам шагает Люк с незажженной сигаретой в зубах. На нем куртка и натянутый на голову капюшон, а передний карман оттопыривается.

— Это еще что такое? — Он садится на корточки напротив картонной таблички у медведя в лапах. У игрушки на голове блестящая диадема, солнечные очки закрывают глаза, а на шее — бусы. Люк читает вслух надпись: — Буду невероятно милым в обмен на любящий дом, еду, воду и обнимашки время от времени. — Он щелкает пальцами по его уху. — Что это за фигня?

Я смеюсь, закусывая кончик карандаша.

— Мы так написали, чтобы его кто-нибудь подобрал, и никому из нас не пришлось бы его нести домой.

Люк смотрит на Кайдена, который пожимает плечами.

— Я подумал, что это смешно. И будь благодарен. В какой-то момент Кэлли пыталась меня заставить взять его домой.

Люк морщит лоб, потом вытаскивает сигарету изо рта и вставляет ее в пасть медведю.

— Вот так-то гораздо лучше.

Кайден закатывает глаза и засовывает руки в карманы джинсов.

— Так что там дальше у нас по списку? И я говорю образно, а не о твоем реальном списке.

Я через плечо гляжу на вращающиеся, крутящиеся и сверкающие в ночи аттракционы.

— Думаю, мы можем покататься еще на нескольких аттракционах.

— Вообще-то у меня есть идея получше. — Люк удаляется, даже не закончив свою мысль, и мы втроем обмениваемся взглядами, а потом спешим за ним. Он направляется к «джунглям», которые образуют веревки, уклоны, сетки и поручни. В них три уровня, и низ огорожен невысокой калиткой. Думаю, что смысл этого аттракциона в том, чтобы забраться наверх, а потом спуститься вниз.

— По-моему он закрыт, — говорю я, когда Люк тянется к защелке на калитке.

Держа руку в кармане, он оглядывается через плечо, потом ногой открывает калитку.

— Ой, вы только посмотрите. Теперь открыт. — Он заходит внутрь и показывает нам следовать за ним. — Пошлите. Это всего лишь огромная детская площадка. Кроме того, мы празднуем.

— Празднуем что? — одновременно спрашиваем мы с Сетом.

Он ухмыляется и смотрит на Кайдена.

— Конец Злой Ведьмы. — Он начинает напевать мелодию из «Волшебника из страны Оз», поворачиваясь спиной к занавеске, закрывающей вход на аттракцион.

Я захожу первая, поскольку совсем недавно мне начало везти.

— А кто эта Злая Ведьма?

— Пусть он тебе объяснит. — Люк смотрит на Кайдена, а потом ныряет за занавеску у входа.

Поверх плеча я бросаю взгляд на Кайдена.

— О чем это он?

Парень пожимает плечами, а потом закрывает калитку.

— Люк взволнован тем, что мы с Дейзи расстались.

— Ох. — Я пытаюсь не заулыбаться, поэтому, в конце концов, сильно закусываю нижнюю губу. — Мне жаль.

— Не нужно. — Он протягивает поверх моего плеча руку и отдергивает для меня занавеску. — На самом деле, ничего серьезного.