Чтение онлайн

— Знаешь, я тебе не всё ещё рассказал. Только ты выпей ещё.

Новый начальник испугался, что старый сейчас признается, например, в воровстве в огромных масштабах, и надо будет или сдавать его в прокуратуру, а у них столько общих знакомых, или покрывать, но тогда есть риск рано или поздно самому угодить за решётку. Но старый начальник его успокоил: никакого криминала. И всё ещё не мог начать рассказ.

Новый начальник был уже готов услышать, что в метро всё износилось и вот-вот развалится. Про секретное правительственное метро-2. Даже про то, что в тоннелях метро действительно живут крысы размером с собак, и теперь ему придётся их кормить и выгуливать каждое утро. Но был совершенно не готов к тому, что прочитал в старой, картонной, ещё довоенных времён папке с большими буквами «Дело» на обложке, вытащенной из потайного отделения сейфа, имевшего свой собственный замок.

И сейчас пора было сейф открыть и папку достать. А он так надеялся, что этого никогда не придётся делать, что почти забыл о её существовании.

Какое-то время он перелистывал страницы. Полностью пожелтевшие и хрупкие, тридцатых годов прошлого века. Тронутые желтизной по краям, восьмидесятых годов. И совсем свежие, начала двухтысячных. Отложил в сторону несколько фотографий, чтобы потом рассмотреть подробнее.

На одной были Сталин, Молотов, Ягода, Ворошилов, Каганович и ещё кто-то, он не узнал, на фоне страшной морды Олгой-Хорхоя в каком-то подземелье. Пейзажное фото: Кремль и над ним — драконы. Хохочущий Сталин в узнаваемом френче, с трубкой в руке, из которой поднимается очень странный клуб дыма, большой и по форме напоминающий Черчилля с сигарой в зубах. И ещё одна, уже цветная: станция метро, которую он никогда не видел, и одетые в незнакомую форму с красной буквой М леший, тролль и гном.

Фотографию, на которой был запечатлён, судя по всему, путевой обходчик с целой сворой странного вида собак, смахивающих на бультерьеров, только сами покрупнее, морды поострее, хвосты подлиннее, он откладывать не стал.

Под фотографиями нашёл листок с инструкцией: как связаться с… в общем, с якобы волшебным метро.

Чувствовал себя начальник московского метрополитена плохо.

Ему бы не составило труда позвонить в ФСБ, в Генштаб, в Кремль. Объектом он командовал режимным, стратегическим, и общение с самым высоким начальством для него дело привычное. Позвонить Президенту и просить прислать дивизию внутренних войск при поддержке танков и вертолётов? Легко! А сейчас он кому собирается звонить? Лешему?

Чувствуя себя какой-то бабкой-гадалкой, он достал из шкафа старинный телефонный аппарат. В шкаф его спрятали, чтобы не портил вид кабинета, и чтобы все посетители не спрашивали: «Что это у вас за антиквариат?» Заменить современным телефоном этот хлам было нельзя. Современный телефон не смог бы связаться с тем, что стоял в тутошнем метро. Напичканный электроникой почти разумный аппарат принял бы своего предка за чайник, и даже не электрический.

Номер был простой: 1.

Начальник метро вздохнул, сунул указательный палец в круглое отверстие номеронабирателя, рядом с которым была буква А, повернул, пока палец не упёрся в металлический крючок, отпустил.

Диск застрекотал, вращаясь в обратную сторону и набирая номер.

В ухо ударил противный, похожий на крик моржа гудок. Второй, третий. В голове начальник метрополитена мелькнула мысль, что прежний начальник его просто разыграл, фотографии подделал, и сейчас он звонит в никуда. Или хуже: в дурдом.

На четвёртом гудке трубку сняли.

— Алло! Начальник Чёрной ветки тутошнего метро Иосиф Грабович Ракитский у аппарата! — проквакала трубка далёким голосом.

Начальник московского метрополитена представился, смог заставить себя не задать вопроса: «А вы правда Леший?» и коротко доложил обстановку. Разговаривать таким способом, с большой старинной трубкой в руке, было неудобно и непривычно обоим, но важность того, что они обсуждали, заставила забыть о неудобствах за пару секунд.

Тролль, вслушиваясь в разговор, ковырял пальцем столешницу, отковыривая каждый раз по изрядной щепке. Дух одной рукой подслушивал, другой курил ненастоящую папиросу. Дым, который он выдыхал, струился кольцом под потолком, втекая обратно в него через затылок.

Дверь приоткрылась одновременно почтительно и отчаянно. Стараясь открывать её как можно меньше, выражая таким образом почтение к начальству, в кабинет протиснулся Фёдор. Он где-то успел найти форменную одежду, которая была ему мала, но по всем статьям превосходила травяную юбочку.

— Иосиф Грабович… Иосиф Грабович, — испуганно зашептал он.

Леший был так сосредоточен на разговоре, что не услышал сдавленно-панического шёпота, зато Дух и тролль сделали гному зверские лица. Гном закрыл глаза, чтобы не потерять сознание от страха, и зашептал громче:

— Иосиф Грабович, там пассажиры…

О том, что там пассажиры и так всё знали, в этом, собственно, и была проблема.

— Там пассажиры… Они ходят… Они спрашивают… Иосиф Грабович, или давайте дракона, или они в город уйдут…

Тролль и Дух переглянулись.

— Я сейчас ребят позову, мы их удержим, — начал подниматься тролль.

— Сиди! — Дух выпростал из себя ещё одну руку, положил ему на плечо, и усадил обратно на колоду, которую тролль использовал в качестве табуретки.

— Пока они видят только незнакомую станцию. А если увидят тебя с ребятами, половина сразу с ума сойдёт, половина — чуть попозже. Погоди чуток.

Дух задумался.

— Значит, так: обратно мы их отправить не можем. Запереть на станции можем. Но жалко их. Кто-то начнёт прорываться, дракон их сожрёт.

— А наверх, в город нельзя? — спросила Яна. — Ну там лагерь беженцев, палатки, миротворцы, полевые кухни.

Дух наморщил лоб.

— Нет у нас палаток и полевых кухонь. Мы их, конечно, как-то приютим, в крайнем случае, но придётся им рассказать, где они оказались. Значит, потом головы придётся чистить. А это сложно, дорого и даром никому не проходит. Будут потом…

Дух сделал бессмысленный взгляд и пустил из угла рта струйку слюны. Хорошо, что из дыма.

— А может, их куда-то перекинуть? На время? — предложил Артём. — Ну как я Фёдора.

Гном, который так и не открыл глаза, вздрогнул.

— Пусть пока где-нибудь побудут, а когда отремонтируют, ну что там сломалось, мы их назад вернём.

Дух вздохнул.

— Даже я их буду месяц перекидывать. Это же с каждым отдельно возиться надо…

Его перебил повысивший голос Леший:

— То есть, как навсегда закроете тоннель? Как вы его можете!..

Леший испуганно оглянулся на зрителей и прикрыл трубку рукой. Дух помолчал, подслушивая через палец.

— Кажется, ребятушки, дело пахнет керосином, — сказал он через минуту с таким выражением лица, что Артём невольно принюхался. — Я тут, пожалуй, помогу советом, а вы дуйте на перрон. Полчаса у вас, по моим расчётам, чтобы что-то придумать. Потом дракона выпустим.

— Так мы же это, — Артём глянул на Яну и удивлённо уставился на Духа, — мы же не умеем ничего. Ну, почти ничего, — добавил он из самоуважения.

— Ты случайник. Она на психолога учится. Не умеете, ну так и не делайте ничего, пусть Фёдор дракона вызывает. Да?

— Нет-нет, — ответил Артём за обоих, — мы попробуем.

Табачный Дух уже не обращал на них внимания, сосредоточившись на подслушивании. Артём потянул Яну за рукав. Гном, хоть и с закрытыми глазами, отскочил от двери, как только они приблизились. И побежал за ними, сохраняя безопасное, как ему казалось, расстояние. Они прошли коротким коридором до неприметной со стороны платформы двери с надписью: «Служебное помещение. Вход только для персонала. Нарушители будут прокляты».