Чтение онлайн

Кофе закончился слишком быстро и скрываться за маленькой чашечкой уже не получалось. Звякнув о блюдце пустой посудиной и склонив голову набок, смотрела на Ярослава. Почему он бесится? Это чувствовалось в каждом слове. В нервном движении руки, откинувшей салфетку. Словно присыпанный пеплом костёр: вот он тлеет, но дай ему хворостинку, и он вспыхнет с новой силой.

— Как вам будет угодно, господин Давыдов, — с придыханием, елейным голосом ответила на его указания, стремительно подаваясь вперед, навстречу ему, и наклоняясь над поверхностью стола. — Всё, что пожелаете, господин Давыдов. Любая ваша прихоть, господин Давыдов, будет исполнена в самом лучшем виде. — А затем тихо и твёрдо добавила: — Только не забудь отключить виртуальную реальность, когда вернёшься из мира своих фантазий… Давыдов.

+++

Пребывая в некотором раздражении, мы молча вернулись в бунгало, чтобы переодеться в подходящие вещи и наконец-то отправиться на пляж. Я всё ещё хмурилась и обдумывала произошедшее за завтраком: мои мысли о собственном опыте отношений с противоположным полом и манеру поведения Ярослава с явными патриархальными взглядами и указанием мне уже во второй раз моего «места».

В моём живом воображении предстала картина: Ярослав в роли дрессировщика и я в роли собачонки, которую он уже затретировал своими командами: «Место, Тузик! К ноге, Тузик! Молодец, Тузик. Иди сюда, давай я тебе пузико почешу, а если команду не выполнишь, то получишь по носу».

Быть в отведённой мне роли собачонки желания не было. Я рассчитывала на равное партнёрство и старалась это обозначить, то и дело вступая в конфликт, отстаивая границы в отношениях. Компромисс снова получался каким-то однобоким. Я должна, а он, может быть, подумает…

Погружённая в невесёлые мысли, я переоделась в чёрный эластичный спортивный купальник с тремя бирюзовыми вертикальными полосами впереди и вышла в спальню, где у открытого шкафа стоял Ярослав и надевал последний элемент одежды — футболку с необработанной швами и растянутой горловиной. Типично спортивные шорты открыли вид на в меру волосатые ноги мужчины, не тронутые загаром.

Я независимо прошествовала к шкафу, чуть задев его плечом, и достала лёгкий короткий белый сарафан.

— Что это на тебе за скафандр? — рассмеялся Ярослав от собственного сравнения и, ухватившись за эластичный край моего купальника, оттянул его и отпустил. Плотная ткань купальника с хлопком больно ударила по попе, и я взвизгнула от неожиданности, чем вызвала новый смешок у супруга. — Мы девчонок в детстве в бассейне так драконили, — поделился он своими воспоминаниями.

— Я смотрю, ты до сих пор пребываешь в детстве, — скептически посмотрела на веселящегося мужчину, опасаясь снова повернуться к нему спиной.

— У тебя есть что-то посексуальней, где ткани поменьше? — улыбаясь, как чеширский кот, он с интересом наблюдал за мной.

— Есть, да не про твою честь! — ответила я, с наслаждением наблюдая, как вся весёлость испаряется с лица Ярослава. — Такие купальники надевают, чтобы любимого человека порадовать. А не… мужа.

Глаза мужчины опасно сузились. Запоздало инстинкт самосохранения крикнул: «Беги!». И я, мотнув косой, сорвалась с места, в последнюю секунду увернувшись от захвата, но была поймана на пороге бунгало.

— Повтори, что ты сказала? — прошипел он на ухо, крепко обхватив меня за талию.

— Ты сам всё слышал. Я не попугай, повторять несколько раз не буду, — сердце колотилось о грудную клетку от быстрого бега и от предчувствия опасности. Я недостаточно хорошо знала Ярослава, чтобы предугадать, что он предпримет дальше.

— Надеюсь, ты не додумаешься крутить своим филеем перед посторонними мужчинами? — строго спросил он и, нагло ухмыляясь, заявил: — На шесть месяцев действия контракта эта привлекательная часть твоего тела принадлежит только мне.

— Свой филей я тебе в аренду на шесть месяцев не сдавала. Ты что-то перепутал, — в тон ему ответила и развернулась лицом к лицу, всё ещё оставаясь в объятиях.

— Почему же? Он идёт в пакете услуг «всё включено», — наглая конечность скользнула с талии вниз и задрала подол короткого сарафана, проникла под плотный край купальника и ущипнула так, что я взвизгнула на высокой ноте и упёрлась руками в грудь, отталкивая обидчика.

— Мне же больно!

— В следующий раз будешь думать, что говоришь, — Ярослав довольно оскалился и, как ни в чём не бывало, пошёл к выходу. 

До пляжа идти было ровно две минуты. К нам подошёл один из спасателей, который в обязательном порядке дежурил здесь, и провёл краткий инструктаж по поведению в воде и на пляже. Побережье было более-менее безопасным от акул. Натянутые противоакульи сетки сдерживали хищниц. На лодке дежурил ещё один спасатель, который отслеживал периметр безопасной акватории.

Мы поблагодарили работника Пабло за разъяснения, пожелали ему хорошего дня и, взявшись за руки, пошли искать немцев. Господа Кёльн и Вермеер вместе со своими семьями расположились на шезлонгах недалеко от кромки воды.

Первой нас заметила Софи, дочь господина Кёльна, и привлекла к нам внимание взрослых. Немцы приветливо замахали, приглашая подойти ближе, что мы и сделали. Пока мы подходили для приветствия, до нас долетал разговор немцев.

— Я говорил, что рано они не придут, — сказал Дитер и с превосходством посмотрел на Уве. — Молодожёнам есть, чем заняться и в бунгало. Да они могли бы вообще весь свой медовый месяц провести в постели и даже еду заказывать туда же!

— И никто бы не осудил, — добавила Барбара, жена Дитера. — Добрый день! — поздоровалась она первой, придерживая спереди широкополую шляпу, край которой опускался на глаза.

— Приветствуем… добрый день, — вразнобой здоровались все сразу, перекрикивая один другого.

Мы так же бодро отвечали им.

Обе старшие женщины были в таких же совместных купальниках, как у меня, только пёстрых расцветок. А вот Софи была в раздельном открытом купальнике. Откровенный наряд серебристого цвета открыл вид на молодое, уже сформировавшееся тело девушки.

Обоим мужчинам — Дитеру и Уве — было в пределах пятидесяти лет, но фигуры у них были подтянутыми. Сразу понятно, спортзал — привычное место обитания. На предплечье господина Кёльна была набита татуировка-надпись: «Не существует ничего невозможного». А вот господин Вермеер оказался достаточно волосат. Рыжеватые волосы закручивались колечками и на широкой груди, и на накачанных икрах. Сын Дитера и Барбары сидел, закутанный в полотенце, видимо, ребёнок только вернулся после купания и с интересом следил за нами.

— Ты идёшь купаться? — стоило нам с Ярославом раздеться, как к нам подошёл маленький Альберт. Ребёнок с такой надеждой заглядывал в глаза, что я тут же согласилась.

— Иду.

— Родители сказали, чтобы я купался с кем-то из взрослых, сам в воду не заходил. А сами не сильно-то спешат. Софи же предпочитает загорать. Крутится под солнцем, как мясо на гриле, — ребёнок тяжело вздохнул и прочертил босой ногой полоску на белом мягком песке.

Берег был великолепен. Белоснежный песок, бирюзовая вода на горизонте становилась насыщенно-синего цвета и встречалась с безоблачным голубым небом с редкими точками морских птиц. Небольшие волны не несли угрозы отдыхающим, но то, что родители опасались отправлять ребёнка купаться одного, было верным решением.