Случайные дети для мажора
Шрифт:
Собираю самое необходимое. В прихожей уже стоит несколько чемоданов. Думаю, о том, как сообщить детям, что теперь мы будем жить у дяди-дурачка. И как сказать им, что он теперь не дядя, а папа-дурачок?! Ну, или просто папа. Будет зависеть от того, как он себя проявит.
Звонок в дверь застает меня в то время, когда я уже готова к переезду. Думая, что это Рустам, открываю замок не глядя.
Но это не мажор, а Веник.
Ну вот, приперся, кого не звали!
— Чего надо? — зыркаю исподлобья, загородив собой проход в квартиру.
— Шоколада! — в тон мне, развязано заявляет муженек.
— Куда собралась?
Вениамин вставляет ботинок между створкой и дверным косяком, таким образом, не дав мне успеть захлопнуть дверь перед его носом.
— Пошел вон отсюда!!! — требую я.
В руках сжимаю тяжёлую коробку с плотным пластиковым конструктором. Ловлю отражение в узком зеркале слева от входной двери. Вид у меня зверский. Глаза горят. Волосы, выбившиеся из пучка, обрамляют лицо, пальцы побелели от напряжения.
— Куда собралась, я спрашиваю?! — сипит Веник, указывая острым подбородком на чемоданы и дорожные сумки.
— Я ухожу отсюда! И подаю на развод, понял?!
— Серьезно? — ухмыляется Веник, и я впервые в жизни замечаю, какие у него противные желтоватые зубы.
И тут же на контрасте перед глазами возникает ослепительно-белая улыбка Рустама.
— Развод ты хер получишь, цыпочка! — надвигается на меня Веник. — Можешь даже не стараться!
Я отступаю вглубь квартиры, продолжая сжимать коробку, выставив ее вперед, точно щит.
— Перестань, Вениамин, — требую я. — У нас с тобой был договор. Я выполнила свою часть обязательств. Теперь обстоятельства изменились, и я требую развод!!!
— По договору, — как ни в чем не бывало, расстегивает куртку Веник, — ты с детьми должна прожить со мной до двадцати семи лет, пока у меня не кончится призывной возраст!
Меня бросает в жар. Вряд ли я бы столько вытерпела рядом с Веником, даже не будь болезни папы и предложения Рустама.
— По договору, это квартира должна принадлежать мне! — парирую я, — Но, однако, в ней прописан еще кое-кто. Понимаешь, о ком я? Так что, мы квиты, Вениамин!
— Самая умная, да? — рычит Веник. — Дети по документам мои! При разводе хрен ты их получишь, так что не рыпайся красотка!
Веник уже так близко, что я улавливаю луковый запах жаренного хот-дога, который он наверняка проглотил по пути сюда.
Веник выше меня. Не такой, как Рустам, конечно, но выше. И по-мужски физически сильнее. И этот сальный взгляд его мне не нравится. Ох, как не нравится!
Венику надоедает играть. Он подскакивает ко мне со словами:
— Харе ломаться! Быстро трусы сняла и ноги для меня раздвинула!!! Сейчас получу то, что уже два года принадлежит мне!!!
Я пихаю его коробкой, он сгибается по полам, но быстро берет себя в руки. А мне вот за мой маневр не здоровится: Веник дергает меня на себя вместе со злополучной коробкой, а потом откидывает ее с грохотом, и нападает на меня. Я отбиваюсь как могу. Но Веник сильнее. Значительно сильнее меня. Я чувствую страх, злость, бессилие… А потом Веник швыряет меня, я лечу куда-то, обо что-то ударяюсь и свет меркнет перед глазами…
***
— Вика… Вика… — трясет меня Веник с глазами по пять копеек.
С трудом разлепляю веки.
Такое чувство, будто я на карусели или на американских горках в Диснейленде. Изображение Веника сначала двоится, а потом и вовсе четверится в глазах.
Следом появляется дико злое лицо Рустама. Тоже в четырех экземплярах одновременно. До ушей на границе сознания доносится крепкий мужской мат.
Далее фрагменты, точно разрозненного пазла. Вот Рустам бьет морду Венику, вот держит его за шкирку, как щенка, а вот снова отбрасывает мощным ударом.
— Вика, ты в порядке? — участливое лицо мажора теперь близко от меня.
— М-м-м… мычу в ответ.
— Понятно. У тебя шишка, голова разбита. Наверно сотрясение. Вот так моя, хорошая.
Он поднимает меня на руки. Голова моя неистово кружится. Меня тошнит.
— Козел вонючий! — пинает Рустам поверженного на полу Веника. — А тебя сейчас в больницу отвезу. Черт, не должен был тебя одну оставлять тут. Все позади, Вика. Кошмар закончился!
Рустам
Я зол на этого придурка! Я не то что зол, я в бешенстве!!! А еще злюсь на себя. Должен был предвидеть такое развитие событий, и зачем-то оставил ее одну. Совещание? Да и черт бы с ним, без меня бы справились!
А вот что случилось если бы он навредил Вике сильней? А если б убил? Где мне потом жену с детьми для воли старого пердуна искать? Я Вику должен как зеницу ока оберегать! А не ушами хлопать.
Оборачиваюсь к ней. Я за рулем, ее устроил на заднее сидение своего Диабло.
Хрупкая, бледная, кровь хлестает… Жалко ее. Нельзя так с ней! Кто бы мог подумать, что Веник способен на такое! Везу ее в ту самую частную клинику, в которой два с лишним года назад едва ли не абортировал мальчишек. Хорошо, что Вика настояла тогда на своем и сбежала. Классная она девушка все-таки, смелая!
— Как ты? Воду будешь?
— Нет… — тихо отвечает Вика. — Тошнит сильно.
— Если испачкаешь машину, не беда, так что, если надо, вперед! — черт, это очень хреново, что ее до сих пор тошнит. Неужели сотрясение?!
Паркуюсь возле клиники. Помогаю ей выйти.
— М-м-м… — не стоит она на ногах.
Я снова подхватываю ее на руки, легкую и тонкую. И как можно было на такую руку поднять?! Мне бы в голову не пришло бить баб. Не по-мужски это! Не по-пацански.
— Врача, быстро! — ору в приемной. — Девушку избили, нужна помощь!
— Рустам Александрович… — узнает меня девушка с рецепшен. — Давайте сюда ее, на каталку!
Я перекладываю Вику на каталку на колесах, к ней тут же подбегает врач и медсестры. Ее увозят куда-то в лифт, двери закрываются, я пытаюсь протиснуться сквозь них, но меня останавливают:
— Вам нельзя. Оставайтесь в приемной!
Я растерянно стою перед закрытыми дверьми, оборачиваюсь на девушку с рецепшн.
— Мы должны сообщить в полицию. — испуганно смотрит она на меня. — Избиение — дело серьезное.