Чтение онлайн

— Господи, да леший с ней, с этой передачей. Десяток новых сделаешь, не убивайся ты так, — успокаивал Яну Эдик. — Кстати, а Кудасов в курсе?

Янка только помотала головой. Ей, ко всем её несчастьям, только разговора с Олегом не хватило. А ведь всё равно придется говорить о том, что случилось с передачей, она ведь в программе заявлена. Эдик как редактор ведает только работой службы новостей. Всеми передачами снимается программный директор, то бишь Олег Кудасов. В таком состоянии объяснять своему бывшему любовнику, что случилось, Яна просто не могла. А Эдик не стал предлагать Яне свою помощь, поскольку недолюбливал Олега и совсем недавно вновь полаялся с ним по рабочим вопросам.

Внезапно в разговор вмешалась Ольга, до этого вместе со всеми кудахтавшая по поводу случившегося.

— Хочешь, я сама с Олегом поговорю? — участливо предложила она.

Яна на несколько секунд лишилась дара речи от такой наглости. Потом, медленно поднявшись со стула, она в упор уставилась на Ольгу.

— Да пошла ты, Байкова, знаешь куда? Я, конечно, в курсе, что ты тварь беспардонная, но чтобы до такой степени обнаглеть?!

Ольга передернула плечами, обтянутыми небесно-голубой, пол цвет глаз, водолазкой. Выходка бывшей подруги произвела на нее мало впечатления. Олы а лишь пренебрежительно бросила:

— Грубиянка и истеричка. Нервы лечить надо, а то на людей скоро бросаться начнешь.

Янка, пожалуй, и кинулась бы на Ольгу, до такой степени она была сейчас взвинчена. Удержала ее только рука Лукашина, обнявшего девушку за плечи.

— Тихо. Яночка, тихо, — пробормотал он ей в самое ухо. — Тихо, тихо… Давай-ка мы с тобой пойдем покурим, поговорим… Пойдем, Янка, пойдем…

Янка покорно дала увести себя из отдела. Остальные исподтишка наблюдали за всей этой сценой. Ребята испытывали ту неловкость, которая всегда возникает при виде чужого скандала. Одна лишь Ольга высоко держала голову и, видимо, чувствовала себя на высоте положения. Её в отделе не особенно любили в отличие от взбалмошной и резкой Янки. Соколова могла в сердцах наговорить грубостей, но всё же была девчонкой компанейской и всегда готовой помочь кому угодно всем, что было в ее силах.

Саша повел Яну вниз по лестнице, а потом втолкнул ее в дверь курилки, в которой, против обыкновения, никого в тот момент не было. Сунув ей в рот прикуренную сигарету, он потребовал:

— Ну-ка рассказывай все внятно и по порядку.

Янка рассказала то немногое, что могла. Лукашин задумчиво покачал головой:

— Странная какая-то история. Ну кому, спрашивается, было нужно это делать?

Тут Яна хлопнула себя по лбу.

— Вихлянцев! Сашка, я совсем забыла про Вихлянцева!

— Это что ещё за персонаж? — недоуменно спросил приятель.

— Господи, ну что ты какой бестолковый! Вихлянцев — это и есть герой передачи. Он же ко мне приезжал накануне, просил, чтобы я этот материал в эфир не давала. Деньги, между прочим, предлагал.

— И много?

— Достаточно. Я его, разумеется, послала подальше.

Саша закурил новую сигарету.

— Это, детка, для тебя разумеется. А Вихлянцев твой, похоже, нашел человека, для которого само собой разумелось эти бабки взять. Это, между прочим, кто-то из своих, учти. Кто еще мог твою кассету спереть?

— Интересно, а как можно было смонтированную передачу на компьютере убить? Что, считаешь, это Сережка сделал? Не могу я этому поверить.

— Верить, дорогая моя, нельзя в таком случае даже самому себе. Ты когда из отдела уходила, там кто-нибудь был еще?

— Кто-то был, но я не обратила особого внимания. И потом, мало ли кто из наших мог по студии болтаться, а потом вернуться в отдел, одеться и уйти. Так, стоп: Сергей ушёл с работы раньше меня, это точно. Я его видела, он мне ещё рукой помахал. Стало быть, кассету он взять не мог.

— Зато с компьютером мог пошалить… Впрочем, нет, вряд ли это он. Слишком уж явно на него подозрение падает. Серега — далеко не дурак. Если бы ему это было нужно, он просто пересчитал бы твою передачу в другом формате, и амбец, файл не прочитался бы потом. И поди тогда ищи виноватых — компьютер глюкнул, вот и все дела. Нет, Янка, Сергей тут ни при чем.

— А кто тогда? Впрочем… Деньги-то всем нужны. И к монтажному компьютеру доступ есть только у Серёжки и у системного администратора, но тот уже неделю болеет. И вполне он мог вернуться за кассетой… А, как ты считаешь?

— Да почем я знаю! Так сразу не догадаешься, это думать надо. И еще: ты особо об этом не трещи.

— Сашка, мне ведь надо к Кудасову идти. Может, ты сходишь?

— А при чём тут вообще я? — резонно возразил Лукашин. Он мне скажет, чтобы ты сама пришла и все объяснила. Слушай-ка, а сходи-ка ты к Бороде! Он как-никак в нашем гадюшнике царь, бог и воинский начальник. Вот его в курс и поставь. А он уже сам Кудасову сообщит.

— Точно! — обрадовалась Янка. — Сашка, ты гений, я тебя люблю!

Чмокнув оператора в щеку, она убежала к шеф-редактору. Перспектива избежать разговора с Олегом несколько приободрила девушку.

Шеф, естественно, был огорчен и озадачен тем, что произошло. Правда, Янке он постарался этого не показывать. Пообещав самолично побеседовать о случившемся с программным директором, то есть с Олегом Кудасовым, он отправил Янку восвояси, а сам глубоко задумался. Не было ещё на телекомпании таких странных совпадений. Поразмыслив, он решил ходу этому делу не давать и спустить всё на тормозах. Соколову было, конечно, жалко, девчонка вся испереживалась от таких событий. Но допускать, чтобы всю телекомпанию начало лихорадить из-за этого странного происшествия, Игорь Петрович не мог. Не исключено, что все со временем всплывет само собой, и не нужно форсировать события.

Ольга Байкова толкнула тяжелую дверь и вошла в кафе «Муза», расположенное в двух кварталах от студии. Её коллеги сюда почти не заходили, поскольку цены тут были бешеные, а нормально поесть и спокойно посидеть в «Музе» было почти невозможно. Открывая это заведение, хозяева кафе, как было известно вездесущим журналистам, рассчитывал и как раз на близость самой популярной в городе телестудии. Однако представления о заработках и образе жизни тележурналистов у них были какие-то странные. Судя по всему, предполагалось, что работники «Эха» получают не меньше двух-трех тысяч баксов, а время проводят в роскоши и безделье.

Телевизионщики не оправдали ожиданий, но «Муза» каким-то неведомым образом не только держалась на плаву, но и процветала. Правда, сейчас, среди рабочего дня, в зале почти никого не было. Лишь в углу что-то оживленно обсуждали три дамочки — судя по прикиду, количеству золотых побрякушек и манерам, жены состоятельных бизнесменов или чиновников убивали время на маленьком девичнике. Проехались на хороших машинах по дорогим магазинам, прикупили себе всякой всячины от нечего делать, а теперь вот пощебечут, перекусят и отправятся в фитнесс-клуб или в салон красоты. Ольге о таком только мечтать приходилось, и она со злобой покосилась на дамочек.