Чтение онлайн

Но я не могла даже притворяться спокойной после того, что произошло. К горлу подкатывала тошнота. Слишком много крови. Слишком много боли.

Кинжал кольнул меня в руку, возвращая в реальность. Я тяжело сглотнула. У меня не было определенной цели, но у клинка она явно была, и я пошла туда, куда он меня вел. Вскоре факелы стали светить красным, температура воздуха упала, а в воздухе появился легкий пряный аромат.

Мы вернулись в ту самую черную комнату, где я пряталась днем ранее. Я вбежала внутрь и сразу упала на колени. Меня стошнило, но я почти ничего не ела сегодня, и все, что вышло — тонкая струйка кислоты, обжигающая горло. Я застонала, опустив голову на пол, тяжело дыша и рыдая.

Тьма уже не казалась мне пугающей, наоборот, она обволакивала, словно теплое одеяло. Самое ужасное зрелище в моей жизни происходило не в темноте, а под яркими огнями, перед тысячами глаз. Страх перед пустой комнатой теперь выглядел смешным.

Я думала о своей матери, о ее отчаянной, наивной вере в фейри. Она умерла с молитвой на губах — и ради чего? Эти чудовища были предметом ее самых светлых надежд, но они совершенно того не стоили.

Наконец я села, вытирая слезы и сопли. Во время бега волосы растрепались, влажные пряди липли к вискам, тяжелыми спутанными локонами падали на спину. Зеленое платье было мокрым от пота. Вернувшись в пещеру, я не буду выглядеть достойно, но, может быть, если встать в углу, никто не заметит.

— Зачем ты пришла сюда?

Я вскрикнула и отпрянула вглубь комнаты, услышав незнакомый мужской голос.

— Кто здесь? — спросила я, озираясь в кромешной тьме. Никто не выделялся на фоне дверного проема.

— Тише, — высокий силуэт шагнул в полоску света из коридора, и я узнала лорда Каллена из Дома Пустоты.

Я в ужасе отшатнулась.

— Ты за мной следил, — прошептала я. Сердце билось так сильно, что я боялась упасть в обморок, а ноги дрожали настолько, что я не могла подняться.

— Не совсем, — ответил он, присаживаясь на корточки у входа. Он, вероятно, пытался показать, что не представляет угрозы, но его поза напоминала мне хищника, готовящегося к прыжку. — Я наложил защиту на дверной проем, чтобы знать, если ты снова решишь отправиться на поиски приключений.

У меня душа ушла в пятки.

— Ты видел меня, — выдохнула я.

Значит, он все-таки видел в темноте. Это конец. Он обвинит меня в проникновении или подслушивании и отправит к королю на казнь, если сам не убьет меня прямо сейчас. Скорее всего, меня тоже будут гнать сквозь реки крови, пока развлекаются Благородные Фейри.

— Видел, — подтвердил он, изучая меня своими глубокими, как полночь, глазами. Его голова чуть наклонилась набок. — И зачем ты сюда пришла?

После короткого раздумья я решила сказать правду — частично, опустив упоминание о кинжале.

— Здесь тихо и спокойно. Я думала, что меня никто не найдет, если меня стошнит. — Я горько усмехнулась. — Очевидно, я ошибалась.

Я убрала волосы с лица и приподняла подбородок, пытаясь вернуть себе самообладание. Он сильно меня напугал, но это не повод забывать урок Орианы о важности поддержания внешнего вида.

— Ты хорошо справилась, знаешь ли. На ужине, — сказал он.

— Не понимаю, о чем ты, — ответила я.

— Ты не дала им увидеть это, — он указал на мое заплаканное лицо. — Это самое сложное — даже для молодых фейри.

Я знала, что нужно быть предельно осторожной. Фейри — мастера обмана. Каллен сейчас мог казаться сочувствующим, но я видела, как он без колебаний убивает, и знала, что он уже обвинял одного из членов своего дома в измене.

— Я не привыкла к такому насилию, — пробормотала я. — Милорд.

— Представь, что ты смотришь это четыре раза в год, каждый год, в течение восьмисот лет. Именно столько времени некоторые из старейших фейри, вроде Роланда, наблюдают за этим.

— Принц Роланд не выглядел расстроенным, — осторожно заметила я, выбирая дипломатичную формулировку.

— Он не был расстроен и восемьсот лет назад, — ответил Каллен. — Это еще один урок: бессмертие многое меняет в существе, но суть остается неизменной.

Я не понимала, зачем он меня чему-то учит. Это была уловка или странное, но искреннее желание помочь? Возможно, лорд Каллен тоже поставил на меня золото, как принц Друстан.

Я вздохнула и задала прямой вопрос:

— Зачем вы мне это рассказываете?

Каллен пожал плечами.

— Мне не особенно хочется возвращаться к танцам. Кроме того, ты меня заинтриговала. У людей крайне редко проявляются даже слабые магические способности. И это особенно удивительно, учитывая, что наши расы живут раздельно уже тысячу лет.

— Я не знаю, почему это произошло, — ответила я, что было почти правдой. Кинжал показал мне дорогу через болото, но я не знала, сработал бы он так с любым, кто держал бы его, или специально выбрал помочь мне. — У меня никогда не было никаких способностей раньше.

И это тоже не было ложью, хотя в моих словах крылась явная недоговоренность: у меня по-прежнему не было никаких способностей.

Или есть? — мысленно обратилась я к кинжалу. — Во мне нет крови фейри?

Без капли крови фейри? — Вопрос, похоже, его позабавил.

— Возможно, стресс пробудил её, — предположил Каллен.

— Возможно. Почему ты не хочешь вернуться к танцам? — Если уж он хотел задавать мне вопросы, я могла задать свои.

Красный свет факелов из коридора падал на его лицо под углом, подчеркивая острые скулы, прямой нос, губы, которые ничего не выдавали. Сложное лицо для чтения.

— Может, я плохой танцор, — сказал он.

— Тебе нравится?

— Танцы или кровь?

— И то, и другое.

— Танцы мне редко приносят удовольствие. Кровь — жестокая необходимость.

Разумеется. Он был частью ближайшего окружения короля, и мне нельзя было об этом забывать. Шпион, охотящийся за информацией повсюду, и, скорее всего, именно поэтому он начал этот разговор. Он наверняка хотел узнать, что я пережила в Доме Земли, что думаю о короле, какую магию призвала в болоте и смогу ли повторить это снова.

— Что это за место? — Я решила сменить тему, чтобы случайно не выдать свои мысли о короле Осрике.

— Ты очень смела, — его голос звучал ровным баритоном, таким же сдержанным, как и всё в нём. — Даже многие из Благородных Фейри не осмеливаются задавать мне вопросы.

Друстан тоже упоминал о моей смелости, и, кажется, даже находил её забавной.

— Кого ещё спрашивать, как не Месть Короля? — бросила я с уверенностью, которой на самом деле не ощущала. — Ты, наверное, знаешь всё.