Чтение онлайн

– Может фамильное что-то украли?

– Не вижу ничего такого. Надо еще раз с ним и его женой поговорить.

– Ты можешь мне объяснить, нормально только, почему тебе каждый раз причину надо знать. Многие пишут просто – потому что украл, например. И он доволен. Нет же, ты один сидишь сутками изучаешь и ищешь ответ на вопрос “почему”.

– Потому что ни ты, ни я не являемся молодым бестолковым сбродом. Это, во-первых. Во-вторых, мы подаем пример как НАДО делать, – он с нажимом выделил слово “надо”. – А в-третьих, хватит уже спрашивать одно и то же, достал.

Нив отшвырнул бумажку к остальным и откинулся на спинку кресла, устало прикрыв глаза.

– Пошли, поедим? – рыжий весело направился к двери.

– Да, ты прав, голодным как-то не работается.

– Заодно гномов навестим, узнаем, что и как.

– А ты разве ложь не почувствовал? – Нив схватил плащ с вешалки и поравнялся с рыжим красавцем.

– Скрывать и лгать – две разные вещи. Все что-то скрывают, мне тысячи лет не хватит, чтобы разобраться, кто и что утаивает от меня.

– Твоя правда.

Двое мужчин покинули небольшое каменное здание, и вышли на оживленную улицу. Несмотря на поздний час, было людно и шумно. И не удивительно, первые снега всегда были поводом для веселья и гуляний.

Нидхегг, мужчина с волосами цвета темной меди и глазами, похожими на два изумруда, шел, весело оглядываясь по сторонам и подмигивая красивым девушкам. Нивалис – длинноволосый брюнет, с волосами, аккуратно собранными в низкий хвост и глазами цвета ледяного айсберга, шел, молча, задумавшись.

Интересно, что же он украл у гнома такого, что он сорвался с места да отмолотил того так, что переломал почти все кости? Нивалис двигался вперед на автомате: до их излюбленного места, где кормят вкуснее всего, он мог дойти с закрытыми глазами.

– Хорошего вам вечера, красавицы! – Нидхегг помахал рукой группке молоденьких девиц, весело захихикавших, когда мужчина отвесил им еще и низкий поклон.

Честно сказать, эти двое были красавцами в полной мере: высокие, широкоплечие, с правильными чертами лица, притягивающими взглядами и невероятно красивыми глазами. Каждая девушка, женщина, девочка оглядывалась на них и ждала хоть малейшего знака в их сторону. Нид, конечно же, не прочь и подмигнуть, и поклон отвесить. А вот с Нивом дела обстояли не так радужно. Ему не было дела до таких мелочей. Для естественных желаний у него была парочка знакомых. Кстати, одна замужем была – эльфийка – с ней он встречался чаще всего, в перерывах между работой.

– Да отвлекись ты, Нив, посмотри какие красотки, и они уже наши.

Нид толкнул друга плечом в плечо и Нив опомнился:

– Что ты сказал?

– Ау, – помахал Нид перед носом у друга руками, – ты видишь тех красоток? Говорю, подмигни и они наши.

– Ага, есть идем.

– Ты, капец, какой ты кайфолом, а… ненавижу такие загадки. Ты становишься занудой, каких поискать.

– А ты из великого дракона превращаешься в потаскуна, который ни одной юбки не пропускает, – Нивалис тихо парировал.

– Что ты сказал, мелочь рогатая, а? – уши Нидхегга начали краснеть от недовольства.

Черноволосый мужчина в плаще снова издевательски усмехнулся, и не глядя на друга, продолжил идти. Что-то в деле гнома не давало ему покоя. Гномы – народ зажиточный, относительно спокойный, в меру веселый, в меру грозный. Они могут легко и просто всучить вам какую-нибудь безделушку и требовать за нее оплату, но чтобы опускаться до рукоприкладства… таких случаев немного, можно по пальцам пересчитать. Это не гоблины, которые чуть что, сразу хватались за оружие и дальше следовали агрессивные переговоры, в результате которых вы, вынуждены, были бы отдать даже последние штаны.

– Что же там произошло? – тихо проговорил мужчина.

Нидхегг уже догадался, что его неуемный энтузиазм останется без внимания, пока Нивалис во всем не разберется.

– Для Палача, Нив, ты слишком любопытен. Никто не лезет в эти мелочи. Никто не стремится узнать правду. Всем плевать, главное соблюдать основной принцип работы. И, кстати, в Академии тебе об этом достаточно долго говорили.

Нивалис медленно перевёл взгляд на лучшего друга, отметив, что последний очень недоволен его сосредоточенностью на деле, а не на прогулке. А вот что сказать, он не знал. Да и что тут скажешь, ведь дракон прав.

– Ты бы лучше помог, – Нив выдавил из себя подобие улыбки, но и то получилось лишь одним уголком губ, и выглядело, прямо сказать, угрожающе, а не радостно.

– Аааааа… да ладно тебе. Если ты хоть разочек оставишь дело без внимания, никто и не заметит, – рыжеволосый мужчина ухмыльнулся. – Но, так уж и быть. Великий и мудрый тебе поможет.

С этими словами, Нидхегг замедлил шаг, довольно улыбаясь, но продолжил уже серьёзным тоном:

– Вспомни, с чего всё началось. Нам пришел вызов, – Нид изобразил жестами письмо, – где было написано "Гном избил полуэльфа". Подробностей, кстати, не было, что странно. Напомни, написать жалобу на Отслеживающих, совсем обнаглели уже. Так вот, – вернулся он к воспоминаниям, – мы с тобой прибыли на место через тридцать секунд, не больше. Что мы увидели? Перед домом сидела плачущая гномиха, жена почтенного Ферира Бронценоса. Сам же гном стоял в нескольких метрах с окровавленными руками, перед ним лежал избитый светлый альв-полукровка, лежал и не двигался. В доме были дети, это я учуял. Дети, кстати, не особо боялись. Я учуял скорее даже не страх, а тревогу и некую радость что ли, сам не разобрал, если честно.

Нидхегг остановился. Теперь ему и самому стало интересно, что к чему.

– Сквозь слезы, жена гнома рассказала, что господин "светлая задница полу-эльф", – он с нажимом произнес фразу, давая понять своему товарищу, что это цитата дословная, – прибыл к её мужу за заказом, за который, кстати сказать, было уплачено ровно. Работа была срочная, господин дал на него два дня, но прибыл раньше, – Нидхегг прикрыл глаза, приложил пальцы к вискам, вызывая воспоминания, чтобы не ошибиться. – Цитирую: "Мой почтенный супруг умчался в подвал, он же мастерская, доделывать, оставалось-то немного, только отшлифовать, ну и так по мелочи". А потом она замялась.

Рыжеволосый резко остановился. На самом деле, просто встал, как вкопанный. Спину выпрямил, плечи раздвинул, глаза его расширились. Чувство досады от того, что сразу не понял в чем дело, теперь грызло дракона изнутри.

– Так, я понял, что не так. Я списал всё на истерику. Вот я дурааак! – Нид прикрыл глаза, потирая виски.

Его друг терпеливо ждал. Он не желал прерывать Нидхегга, зная, что его раздражало, когда кто-нибудь, пусть и лучший друг, его перерывал. Нивалис ждал. Терпеливо, не произнося ни слова. Стоял рядом, сохраняя тишину и давая возможность дракону сосредоточиться.

– Итак, – медленно проговорил рыжий, – то, что я принял за истерику и невозможность связать два слова, была попытка скрыть истину и отвлечь нас от происходящего, – Нидхегг двинулся вперёд. – Нам срочно нужно туда. Поговорить с ними обоими.

Чуть помедлив, дракон в человеческом обличье повернулся к своему другу, недобро сверкнул глазами и произнес достаточно тихо:

– Вот поэтому, я терпеть не могу во всём этом ковыряться. Все вечно что-то скрывают. Десяти жизней дракона не хватит и половины разгрести.