Чтение онлайн

– Господин Нивалис, – радостно произнес дворецкий Авиджа, торопливо шагая по дорожке от особняка, – как я рад, что вы прибыли. А то наш с вами дорогой господин Нидхегг не желает просыпаться.

Нивалис широко улыбнулся. Авиджа жестом пригласил мужчину пройти в дом. Правда, ещё дойти надо было. Дворецкий был прекрасным дополнением к этому особняку. Три этажа, готическая архитектура, красиво оформленный фасад. Внутри дом выглядел, как дворец – шикарная мебель, обтянутая шелком и парчой, картины предков Нидхегга развешаны по всему дому, ковры на полах, витражи вместо прозрачных привычных стёкол в окнах, картины на потолках, описывающие события давних времен. И постоянные ароматы дорогих парфюмов на первом этаже.

– Авиджа, где этот хвостатый опять спит? – Нивалис снял плащ и передал дворецкому.

– О, господин изволит спать на полу в большой гостиной на втором этаже.

– Будь добр, подай нам завтрак, – Нивалис пошёл на второй этаж.

Пока он поднимался, до него доносилось, как Авиджа бухтит себе под нос, как может дракон великого рода Железного Крыла быть таким непристойным дуралеем. Когда Нивалис поднялся, он был шокирован и несколько минут стоял на месте с открытым ртом, будучи шокированным от удивления.

– И как только сил хватает или чего там… – растерянно прошептал Нив.

Нидхегг растянулся на полу, благо в человеческом обличье, абсолютно голый, а вокруг мирно сопели сирены, в количестве пяти штук.

Нив прикрыл лицо руками, глубоко вздохнув. Кстати, этих же самых сирен он вчера перекрикивал в таверне. По всей гостиной валялись перья, и не из подушек, стоило бы заметить. Мужчина осторожно двинулся вперёд, пытаясь дойти до друга, при этом, не наступив ни на одну из дам.

Зная, как драконы не любят холод, у мужчины уже был план, как разбудить соню. Добравшись до рыжего, Нивалис поднес руку ко рту, прошептал пару слов, и в руке появилась ледяная роза. Встав прямо над драконом, Нив поднес руку так, чтобы его ладонь была прямо над грудью спящего. Он убрал аккуратно ладонь, оставив ледяную розу, испускающую пар, висеть в воздухе. Нивалис тихо, по-шпионски, отошел в самый угол, щёлкнул пальцами и роза приземлились чётко в центр груди Нидхегга.

Через пару секунд раздался истошный крик дракона.

– Какого….?!??

Нивалис тихо смеялся в углу.

– АВИДЖА, ЧТОБ ТЕБЯ ЧЕРТИ ДРАЛИ! НЕСИ СЮДА СВОЮ КЛЫКАСТУЮ ЗАДНИЦУ!

Нидхегг орал от неожиданного холода, а ледяная роза, распускавшая лепестки на груди дракона, ещё и прилипла и никак не желала отваливаться.

– Мой господин, что…

– Я тебе сейчас устрою что! Я твою морду кровососную размажу по потолку, упырь ты драный! Ты че творишь, огрызок магии, а?

Авиджа в удивлении отпустил тележку с завтраком, а затем чопорно ответил, выговаривая чётко каждое слово, будто чеканя монетку:

– Мой господин, к вашему сведению и к моему большому разочарованию, я не обладаю магией льда. О чем я вам напоминаю в тысяча семьсот двадцать четвертый раз.

И тут до недовольного мужчины дошло. Он разорался ещё громче, от чего стены сотрясались, а проснувшиеся сирены, испуганные и первыми воплями, выбежали из гостиной, сверкая пятками.

– Нив, мелочь рогатая! Демонюга убогая, чтоб тебе в Аду сковородкой били по ушам, козлина!

Нидхеггу, наконец, удалось стряхнуть розу, упавшую на пол с высоты роста рыжеволосого господина и та разлетелась на сотни маленьких льдинок, тут же испарившихся. Нивалис громко хохоча, вышел из угла.

– Доброе утро, господин чешуйчатый зад, – Нив низко поклонился, издевательски усмехаясь.

– Ой, да пошёл ты!

Недовольный таким пробуждением, раздраженный дракон отправился в ванную комнату, смывать с себя последствия бурной ночи. Авиджа же принялся прибираться в комнате, собирая ошметки ткани, которые когда-то были чьей-то одеждой, бюстье, разорванные корсеты и прочую ерунду, оставшуюся от сирен. Нивалис помог дворецкому собрать пустые бутылки из-под вина и шампанского.

– Авиджа, завтрак неси, – недовольно буркнул Нидхегг, выходя из ванной, перетягивая полотенце и заправляя его краешек.

– Если мой господин откроет свои глаза, то он увидит, что господин Нивалис уже распорядился о завтраке и тот ждёт вас на тележке, и я бы даже успел сервировать стол, если бы мне не пришлось собирать вот это все, – вампир выразительно посмотрел на охапку тряпок в своих руках.

Авиджа, хоть и привык к вспыльчивому нраву хозяина, все равно был весьма недоволен, скрываемый кучей ткани. Выходя, он слегка подтолкнул тележку ногой в сторону молодого господина. Дракон остановил медленно катившуюся тележку, изящно подхватывая тарелки и ставя их на стол. Его друг поставил всё остальное – стаканы, графин сок, чайник чая и тосты с джемом из серебрянки, кисло-сладкой ягоды, растущей только в Приземье и на Портовой территории.

– Вижу ночь прошла на ура, – Нивалис сделал внушительный глоток апельсинового сока.

– Отвали, прихвостень адский.

Друзья приступили к завтраку. Как и положено, ели молча, иногда переглядываясь. За окном блистало солнце, освещая невероятной красоты витражи на окнах в той самой большой гостиной. Солнечные лучи будто оживляли драконов, изображенных на виражах. Такое утро должно было принести только радостные события, по крайне мере, дракон на это надеялся, похрустывая тостом с джемом.

Для Мелиссы дни тянулись медленно. Время будто нарочно решило замедлиться. Вокруг уже навалило снега, воздух пропитался морозом, ветер становился сильнее и холоднее. Деревья повсюду были укрыты белым снежным одеялом.

В доме тетушки Мэй и дядюшки Рисса поселилась грусть. Звонкий смех пропал, дети перестали играть во дворе. Всё свободное время семья проводила вместе, дома, в разговорах и рассуждениях. Малышка Нора стала часто плакать, близнецы Расс и Росс ходили угрюмыми, особенно, когда возвращались из школы. Отец семейства, Рисс, представитель старого рода волков, особой улыбчивостью тоже не отличался. О тёте Мэй можно было ничего не говорить, печаль поглотила её настолько, что та стала рассеянной, отчего еще больше расстраивалась.

Дядюшка Рисс, как и обещал, отправил письмо знакомому в Портовый Город, с просьбой о небольшой помощи.

– Дорогой, ты думаешь, Владмир не откажет? – тетушка Мэй теребила полотенце в руках.

– Он? Нет. Сердце у него на месте. Я ему всё в письме рассказал.

Мэй уселась рядом с супругом, тот обнял её за плечи.

– Ну что ты? Владмир за ней присмотрит. К тому же, он полукровка, наполовину домовой, ты помнишь? – тихо приговаривал Рисс, пытаясь успокоить жену.

– Угу, – продолжала всхлипывать тетушка.

– Родная, перестань, – дядя обнял её как можно нежнее и с таким теплом, что хватило бы согреть весь городок. – Она сильная девочка, она справится. Ей нужна эта свобода.

– Она наша девочка, Рисс, так же, как и остальные. Она еще мала, чтобы во всем разбираться самой. Да и опасно в том городе, – Мэй еле сдерживала слезы. Воспоминания о том, как она не уберегла сестру, нахлынули, как волна.

– Перестань, дорогая. Всё будет хорошо.

Мелисса слышала каждое слово. Она шла на кухню за молоком для Норы и печеньем для близнецов, но вовремя остановилась. Глаза снова защипало. Она утерла рукавом наворачивающиеся слезы, горько улыбнулась и вошла на кухню.