Чтение онлайн

– Смотри, отвечаешь за него головой!
– пригрозил Качан и, увидев, что Юрка открыл глаза, тронул товарища за плечо: - Потерпи, Юрка, потерпи. Сейчас тебя перевяжут - легче будет. Ты держись, Юрка!

Десантник вместо ответа закрыл и вновь открыл глаза.

– Теперь к детям, Паша - мало ли что!
– крикнул Качан и они побежали к зелёнке.

Наперерез им из-за кустов с рёвом выскочила и остановилась боевая машина десанта, башня которой начала медленно разворачиваться в сторону зелёнки, что должны были находиться дети.

– Совсем охренели, что ли?!
– крикнул Карпович.

Качан подбежал к БМД и что есть силы принялся колотить прикладом автомата по броне.

– Тебе чего?
– недовольно спросил высунувшийся из люка капитан.

– Там за стрельбищем дети, товарищ капитан! Мы их в зелёнке спрятали. Их надо вывезти оттуда. Лучше ударьте по сопке и кладбищу - там "духи".

– Понял, - кивнул капитан, скрылся в люке и БМД гулко ахнула по высоткам, чередуя выстрелы из пушек с пулемётной дробью.

– Теперь возвращаемся в парк!
– крикнул Качан Карповичу и они побежали назад.

В парке с новой силой разгорелся бой, потому что сюда подошли с одной стороны боевики, недавно осаждавшие казарму и дом, а с другой - танкисты из той же казармы и прорвавшиеся в часть офицеры. Карпович и Качан выскочили в тыл группе боевиков и с ходу открыли огонь. Несколько грузин упали на землю,

а остальные стали отходить. Качан подбежал к большой липе, выглянул из-за ствола и неожиданно услышал прямо над головой слабый одиночный хлопок. Подняв голову, Качан увидел чернобородого снайпера с винтовкой с оптическим прицелом. Снайпер сидел среди ветвей и увлечённо целился в кого-то из наших солдат, не замечая опасности. Качан, приложив палец к губам, жестом осторожно подозвал Карповича. Показав на снайпера, Качан шепнул:

– Это он, сука, Юрку подстрелил. Пора и рассчитаться!

Подняв автомат, Качан громко позвал:

– Эй, грузин!

Снайпер взглянул вниз и тут же направил на Качана винтовку, но пограничник вовремя нажал на крючок и выпустил в грузина полрожка патронов. Голова снайпера, буквально взорвавшись на глазах, разлетелась в сторону и ствол забрызгало разорванным слегка желтоватым, окровавленным мозгом. Часть мозга и крови попали Качану на лицо. Александр вытер лицо руками и, взглянув на свои ладони, почувствовал, как к горлу подкатился комок и его стало мутить. С дерева шлёпнулся труп снайпера с кровавым месивом на том месте, где раньше была голова. Качана стошнило и он, вытерев губы, выругался и пнул труп ногой.

– Ты как?
– испуганно спросил Карпович.

– Ничего - в порядке!
– махнул рукой Качан.

Из-за угла столовой выскочили несколько боевиков, вслед за которыми показался танк. Танк догнал нескольких грузин и подмял их гусеницами, превращая человеческие тела в кроваво красное месиво. Качан и Карпович дружно открыли огонь и уничтожили троих уцелевших боевиков. Люк водителя открылся и оттуда высунулся... татарин:

– Эй, Бульба - опять мы с тобой. Давайте ко мне на броню - "духи" к КПП отходят.

Качан и Карпович заскочили на танк и машина рванулась вперёд.

– Если бы ещё снаряды были - цены бы этому танку не было!
– крикнул Качан, перекрывая рокот двигателя и Карпович согласно кивнул головой.

Боевики не стали задерживаться возле КПП и начали отходить в город. Некоторые, кому повезло, на уцелевших машинах, остальные - бегом. За ними в погоню отправились несколько БМП и танк, на котором сидели Карпович и Качан. На БМП тоже сидели танкисты-авоматчики. В отличие от танка БМП были с боекомплектом и боевикам приходилось несладко - их отступление превратилось в паническое бегство и стало ясно, что бой они окончательно проиграли. Качан с удивлением увидел на башнях двух соседних танков дембелей-танкистов в гражданке, утром уехавших на вокзал, чтобы ехать домой, но теперь добровольно вернувшихся в часть помочь своим.

– Вот это мужики - не то, что тот "чмошник" в зелёнке, - сказал Качан Карповичу.

Карпович кивнул и, выпустив очередь, выругался - боевик, в которого он стрелял, благополучно скрылся в придорожных кустах. Возле кустов тут же остановилась БМП, сверху и изнутри которой посыпались танкисты, начавшие прочёсывать местность.

Танк шёл в авангарде и Карпович и Качан на броне первыми ворвались в Гори и принялись стрелять сверху по разбегающимся бандитам. Те в панике отступали, лишь изредка отвечая короткими очередями. Неожиданно по броне прицельно защёлкали пули и одна из них тернула Качана по пряжке ремня.

Татарин остановил машину и, приоткрыв люк, показал на стоящий неподалёку одноэтажный домик:

– Оттуда стреляют. Давайте с брони вниз - а то подстрелят. Я и сам справлюсь.

Качан с Карповичем соскользнули вниз и залегли по обе стороны от ствола большого, старого каштана. Татарин вновь завёл двигатель и, отведя ствол назад, бросил танк прямо на дом. Танк со скрежетом ударился о фасад и вниз на броню полетели кирпичи и куски штукатурки. Стена выдержала первый удар, но после второго броска танка в ней появилась большая трещина и, наконец, весь дом медленно, словно при замедленной съёмке, накренился вперёд и, словно переключили скорость ленты, в мгновение ока рухнул прямо на танк. Танк тяжело заурчал и, словно большой жук, выкарабкался из-под обломков, подняв большое облако пыли.

Держа наготове автоматы, Качан и Карпович подбежали к развалинам. В самом центре под тонким слоем кирпичных обломков лежал бородатый грузин в камуфляже. Рядом торчал пулемётный ствол.

– Отвоевался, падла!
– сплюнул Карпович.

– Ну что - опять ко мне?
– спросил вновь высунувшийся из люка танка татарин.

– Мы своим ходом - в городе на своих двоих удобнее!
– махнул рукой Качан.

Танк поехал вперёд, а спецназовцы выскочили на одну из боковых улочек. Из дверей винного магазина по ним тут же полоснул очередью притаившийся боевик. Качан дал ответную очередь и грузин со стоном упал на тротуар.

– Пошли, проверим внутри!
– крикнул Качан и, расстреляв витрину, прыгнул внутрь.

Карпович последовал за ним.

В магазине был ещё один грузин, который лихорадочно пытался сменить рожок автомата. Карпович выстрелил почти в упор и грузин замертво упал на пол.

– Ни фига себе, сколько здесь вина!
– присвистнул Карпович.

– Вот вам, б... черножопые, ваше вино!
– заорал Качан и принялся расстреливать из автомата стеллажи с бутылками.

Бутылки, словно в американском вестерне, разлетались на куски и заливали своим содержимым прилавки. Перед глазами у Качана были раненная Таня, истекающий кровью Юрка и идущие цепью боевики. Это было его местью. Местью сытым и обнаглевшим торговцам. Качан стрелял до тех пор, пока у него не кончились патроны. Полный рожок выпустил и Карпович.

– Всё - пошли. Они нас на всю жизнь запомнят!
– сказал Качан и сменил рожок.

Преследуя одного из боевиков, Качан и Карпович выскочили на городскую площадь. Площадь, как и весь город, была совершенно пустой - напуганные жители попрятались по домам, надеясь переждать бой. С противоположной стороны на площадь неожиданно выскочили два УАЗика без брезентового верха, до отказа набитые боевиками. Убегавший от спецназовцев боевик бросился прямо к ним и принялся что-то кричать по-грузински, показывая в сторону русских.