Чтение онлайн

Сегодня заседание министров иностранных дел НАТО. Заседает и группа G8. Ждём результатов. Венгры уже второй день не пропускают через свою территорию 70 грузовиков с гуманитарной помощью из России. Если дойдёт до крупной войны, то русские им это припомнят. Говорят, что проверяли каждый ящик, каждый пакет. Стало известно, сколько времени требуется, чтобы перенацелить русские ракеты на страны НАТО в Европе. Речь идёт о 12 минутах для Великобритании. Для остальных стран ещё меньше. Сегодня Союзная скупщина (парламент СРЮ – Прим. перев.) должна утвердить решение Правительства о вступлении в союз с Россией и Белоруссией. В январе мы получили особый статус специального наблюдателя в этой союзной организации. Я уверен, что если нас со всех сторон окружит НАТО, то когда-нибудь опять на этой земле будет война. НАТО не успокоится, пока мы будем зоной влияния России. Мы отрезаны от России территорией Венгрии.

Дождливый день превратился в солнечный. Дует ветер, и это хорошо. Малетич говорит, что хотел работать в Батайнице, а они разбили аэродром. Неудобно ему ехать из Голубинаца в Яково. Я предлагаю ему в Якове построить жильё. Смеётся. Говорит: „Могла бы местная община Яково и участок выделить каждому“. „Могли бы и в Белграде дать квартиру“, – отвечаю я шутя. „Хрен дождёшься!” – прокомментировал он.

Небо чистое, голубое, с одинокими белыми облаками, которые как будто хотят нарушить эту синеву. Мне это показалось очень красивым. Наслаждаюсь. Спокойно на душе. Так должно быть всегда. Волф опять играет в тетрис. Солдат-резервист Славиша расположился в середине кабины электропитания, у них хороший тандем с Малетичем. Земля почти просохла. Теперь не нужно пробираться по грязи. Доктор Джукич ещё не пришёл. Он должен перевязать палец Муминовичу и принести мазь для ног Малетичу. У него раны на ногах от пота и сапог.

Уже третий день албанцы нападают на наши пограничные переходы. Их разбили, вероятно, с большими потерями для них. Олбрайт предложила продолжить воздушные удары, пока не будут достигнуты их цели. Больная и сумасшедшая. Пентагон и ЦРУ критикуют её за то, что она не прислушалась к предупреждению о том, что Югославия не Ирак. Будут перемены. Я бы хотел, чтобы медведь пришёл в гости и к ним в дом – к умалишённым творцам нового мирового порядка.

Мы ещё не восстановили привод по углу места, а уже 14.15. Опять бьёмся варёными яйцами с Малетичем. Разбил ему переднюю часть яйца, а он мне заднюю. 4–2 в его пользу. Никак не могу сократить разницу в счёте. Из Шимановцев от Зорана, который нам установил связь, получил зажигалку в виде мобильного телефона и химический карандаш его фирмы. И то, и другое я ещё использую. Прибыл обед. Понимаю это по пикапу, который приехал на позицию. Стоименов отнёс им камеру ТОС. Отвезут её в Прогар Байичу для ремонта. Хорошо, что они не летают днём. Мы уже давно не спали. Даю Лукичу ключ от моего служебного „кеца“ (от серб. „кец“ – единица, кол; малолитражный легковой автомобиль «Застава 101» – Прим. перев.). Нужно взять из него несколько подшипников для пикапа. Возвратит мне его, когда в 16.00 придёт смена. Должен изготовить дубликат ключа зажигания, потому что этот треснул. Варга ещё не привёз топливо, хотя должен был ещё утром доставить на позицию две бочки.

В 13.00 из лагеря пришли Тиосавлевич, Голубович и Янкович, потому что возникла неисправность в системе управления антенной. На командном пункте Бригады полковник Станкович. Около 18.00 неисправность на приводе устранена. Были повреждены три провода в кабельном жгуте на УНВ. Заменили на новые. Кроме того, в блоке УК-64 привода антенны сгорели некоторые резисторы. Дани после дежурства отправился к Милану, чтобы найти электрика. Там он пообедал, помылся и побрился. Рассказал им, сколько раз был женат его отец. Двадцать три раза! Поразительно! Милан попросил меня сходить к местному художнику-любителю Обраду. Хочет мне и Дани подарить картину, посвящённую уничтожению F-117А. Он не представляет себе, как выглядит самолёт и ракеты, которые его сбили. Я показал их ему в разных номерах журнала „Армия“. Просматриваю почту. Црнобрне нужно свезти Седлака в Огар по каким-то делам. На днях Лукич и Стоянович не нашли его в казарме.

Конец ознакомительного фрагмента.