Чтение онлайн

Тем лучше. Значит, поезда, самолёты, трамваи и бомбы на экране его тоже не удивят. И пусть за сегодня Ева посмотрит «Замок» уже второй раз (первый случился, пока она записывала перевод, зачитывая на диктофон мелькающие на экране субтитры — смотреть аниме в озвучке Ева не любила), но эту вещь она могла пересматривать бесконечно.

То, что эту самую вещь она давно уже знала наизусть, её не останавливало.

— Ты ведь не знаешь нашего языка. Я записала перевод на керфианский. Он будет звучать вместе с картинками. — Хвала планшету, который позволял включать два плеера одновременно. Ну и переводческой магии, которая позволила её речи в записи звучать на керфианском: прежде, чем записывать всё целиком, Ева сделала маленький кусочек начала, который протестировала на Эльене. — Только лучше не прерываться и не ставить на паузу, потому что синхронизировать всё это дело очень сложно… Готов? И печенье возьми!

Дождавшись его кивка, она щёлкнула на кнопку «play» в одном проигрывателе, чтобы тут же развернуть другой.

Паузы не понадобилось. Они ни разу не прервались. И этот просмотр вышел для Евы самым, наверное, странным из всех. Во-первых — из-за собственного голоса, звучавшего из динамиков. Во-вторых — из-за нервного чувства, которое всегда испытываешь, показывая кому-то любимый фильм: когда пытаешься посмотреть на хорошо знакомую вещь глазами того, кто сидит рядом, в процессе вдруг находя в ней миллион гипотетических недостатков и боясь, что её не оценят.

В-третьих — из-за самого факта, что она смотрит «Ходячий замок» на планшете в настоящем иномирном замке, пока рядом с ней на постели сидит и ест печенье принц-некромант.

Герберт не произнёс ни слова до самых финальных титров. И не смеялся, когда смеялась она. Но улыбку, которую Ева пару раз замечала на его лице, когда на него смотрела — обычную, тёплую, ни капли саркастичную, — она сочла хорошим признаком. Как и то, что к концу просмотра кружка почти опустела, а печенья в миске стало значительно меньше.

— Какая… милая сказочка, — прокомментировал Мэт под аккомпанемент чудесного музыкального завершения от Хисайси Дзёэ. Демон материализовался где-то на середине мультика, сделав просмотр ещё более странным; хорошо хоть не сыпал комментариями и попкорн не прихватил — просто завис над кроватью позади них, устроившись в воздухе по-турецки. — Правда, этот Кальцифер такой глупый. Влюблённых голубков обмануть проще простого, так что на его месте…

— Сгинь, — посоветовала Ева.

— Да с радостью, — на удивление безропотно отозвался тот, истаивая в прозрачность. Правда, безропотность компенсировалась в высшей степени скабрезной улыбкой. — Не буду вам мешать.

Ева сердито провела подушечкой пальца по тачпаду док-станции. Тот откликнулся не сразу: сказывалось то, что её руки были куда холоднее обычного.

— Должен признать, ваши представления о магии весьма правдоподобны. В большинстве случаев. Хотя демонов вы явно идеализируете, — небрежно изрёк некромант, когда Ева дважды щёлкнула на красный крестик в углу экрана. Рассеянно потянулся за очередным печеньем. — Этот Хаул такой фигляр… Чем-то напоминает Миракла.

— А, по-моему, тебя, — хмыкнула Ева, с облегчением наблюдая, как он жуёт, явно размышляя над увиденным. — Местами.

— Разве только внешне, — глотнув чаю, непреклонно откликнулся Герберт. — В начале. Немножко. — Касаясь губами кружки, он как-то странно усмехнулся; и главной странностью было ребячество, которое Ева не привыкла видеть в его лице. — Но Софи точно вылитая ты.

— Да? — протянула она в искреннем удивлении.

— Такая же угрожающая доброта ко всему вокруг. — Сделав последний глоток, Герберт почти поморщился. — И обезоруживающее нахальство.

Глядя, как старательно он разыгрывает недовольство её персоной, Ева невольно рассмеялась.

— Так тебе понравилось?

Некромант аккуратно отставил пустую кружку на стол.

— Хорошая сказка. — Похвала вышла сдержанной, но — Ева поняла по голосу — вполне искренней. — Айрес тоже не мешало бы её посмотреть. — Выпрямившись, Герберт уставился куда-то в угол комнаты. — Хотя не думаю, что даже такая хорошая сказка заставила бы её передумать. И не развязывать войну.

Думая над тем, чем лучше поддержать разговор, Ева наблюдала, как его застывший было взгляд оживает, скользя по знакомым предметам. Вновь замирает, дойдя до футляра с Дерозе.

— Знаешь… в нашем мире ведь тоже есть музыка, — изрёк Герберт. — И места, где ей обучают. Академия Музыкальных Чар, к примеру.

Закрыв планшет на манер ноутбука, Ева заинтересованно села рядом с ним:

— Академия Музыкальных Чар?..

— Королевская Академия Музыкальных Чар и Боевых Искусств. Там учат людей с таким даром, как у тебя. Это в столице Лигитрина, и там же есть и обычная консерватория… для простых музыкантов. — Его тон был почти небрежным, будто он сообщал что-то совершенно неважное. — Туда в своё время поступил мой дядя. Думаю, ты тоже могла бы там учиться. Если бы захотела.

Куда же в волшебном мире без магической академии… Правда, этот жанр Ева как раз не особо жаловала. Может, потому что в её родном колледже директор был очень милым, но пожилым мужчиной лет эдак за шестьдесят, так что Еве никогда и в голову не пришло бы делать объектом своих романтических грёз брутального ректора. Но в музыкальном обрамлении идея академии звучала довольно интересно. Даже привлекательно.

По крайней мере, побывать в этой Академии Ева определённо не отказалась бы.

— Твой дядя? — вдруг осознала она. — Кейлус?

— Да. Он сочиняет музыку. На досуге.

Информация была неожиданной. Впрочем, на отношение Евы к дражайшему лиэру Кейлусу она никак не повлияла. Гитлер в своё время тоже писал акварели — довольно посредственные.

— И он учился в консерватории? Не в магической академии?

— Он некромант и лишён стихийного Дара. В Академию путь ему был закрыт. Да он и не особо стремился.

— Так он тоже некромант?

— Слабенький. Очень. И способностями своими почти не пользуется.

Ева вспомнила мальчишку, которого несколько дней поймала в саду. Поймала, чтобы отпустить.

Нервно сцепила ладони.

— Но, Герберт… если Кейлус учился там, рядом с музыкальной Академией… вдруг он знает о том гипнозе, которым пользуюсь я?

Судя по тому, как посмотрел на неё Герберт, он прекрасно понял, к чему она ведёт. И мысль не была для него в новинку.

Это немного успокаивало.

— Даже если он поймёт, что на мальчишку наложили блок, он не станет рисковать его жизнью, пытаясь его взломать, — интонацию окрасило терпение, и на сей раз — не обидное: это было не терпение, замешанное на раздражении от чужой глупости, а терпение, с каким утешают испуганных детей. — Если всё-таки рискнёт, скорее всего, мы узнаем о скоропостижной кончине его секретаря. Не факт, что даже тогда он что-то выяснит, но мы будем начеку. — Некромант вновь отвернулся, уставившись не то в угол, не то на футляр. — Впрочем, мы и так начеку.