Чтение онлайн

ХЭППИ ( Бифу). Господи, неужели он снова угробил машину?

ЛИНДА ( вслед Вилли). Осторожнее спускайся по лестнице, дружок! Сыр на средней полке. ( Подходит к кровати, берет пиджак и выходит из спальни.)

В комнате мальчиков загорается свет, Вилли теперь не видно, слышно только, как он разговаривает сам с собой… «Сто тридцать тысяч километров…» и его тихий смешок. БИФ встает с постели и внимательно прислушивается. Он на два года старше Хэппи, хорошо сложен, но у него усталое лицо и куда меньше самоуверенности. Он не так преуспел в жизни, как брат, желания его глубже, а мечты труднее осуществимы. Хэппи — высокий, крепкий. Его чувственность — словно отличительный цвет или запах — явственно доходит до большинства женщин. Он, как и брат, чувствует себя потерянным, но совсем по другой причине. Он не решается взглянуть в лицо неудаче, все ему кажется зыбким и враждебным, хотя мир и представляется Хэппи куда более приемлемым, чем Бифу.

ХЭППИ ( поднимаясь с постели). Если так будет продолжаться, у него отнимут права. Знаешь, он меня очень беспокоит.

БИФ. У него портится зрение.

ХЭППИ. Нет, я с ним ездил. Видит он хорошо. У него просто рассеивается внимание. На прошлой неделе я поехал с ним в город. Он останавливался перед зеленым светом, а когда светофор загорался красным, включал газ. ( Смеется.)

БИФ. Может, у него дальтонизм?

ХЭППИ. У папаши? Что ты, у него такой тонкий глаз на оттенки. Еще бы, при его профессии… Неужели ты не помнишь?

БИФ ( садится на кровать). Я, пожалуй, засну.

ХЭППИ. Ты на него сердишься?

БИФ. Нет. Чего там…

ВИЛЛИ ( снизу, из гостиной). Да, сэр, сто тридцать тысяч километров, даже сто тридцать три!

БИФ. Ты куришь?

ХЭППИ ( протягивая ему пачку). Бери.

ВИЛЛИ. Вот это уход за машиной.

ХЭППИ ( с чувством). Смешно ведь, а, что мы с тобой опять спим вместе? На тех же кроватях. ( Нежно похлопывает свою постель.) Чего они только не слышали, эти кровати! О чем только не было переговорено… Вся жизнь прошла.

БИФ. Угу. Все наши мечты и думы.

ХЭППИ ( с утробным, чувственным смешком). Не меньше пятисот женщин хотели бы знать, о чем говорилось в этой комнате.

Оба беззвучно смеются.

БИФ. Помнишь ту, большую Бетси, или как там ее? Черт возьми, как же ее звали? Ту, что с Башуик-авеню?

ХЭППИ ( причесываясь). У нее была собака?

БИФ. Та самая. Я тебя к ней привел, помнишь?

ХЭППИ. Да, это, кажется, была моя первая… Ну и свинья же она была! ( Смеется, грубо.) Ты научил меня всему, что я знаю о женщинах. Помнишь, это ты меня научил!

БИФ. Как ты тогда стеснялся. Особенно с девушками.

ХЭППИ. Да я с ними и сейчас стесняюсь.

БИФ. Рассказывай!

ХЭППИ. Я просто не показываю виду, вот и все. Но, по-моему, я теперь стесняюсь меньше, а ты больше. Почему это, Биф? Где твоя былая удаль, твоя уверенность? ( Шлепает Бифа по колену.)

Биф встает и беспокойно шагает по комнате.

ХЭППИ. Что с тобой?

БИФ. Почему отец надо мной издевается?

ХЭППИ. Да он не издевается, он просто…

БИФ. Что бы я ни сказал, у него на лице издевка. Между нами стена.

ХЭППИ. Ему хочется, чтобы из тебя вышел толк, вот и все. Я давно собираюсь с тобой о нем поговорить. С папашей что-то неладно… Он сам с собой разговаривает.

БИФ. Я заметил сегодня утром. Но он всю жизнь бормотал себе под нос.

ХЭППИ. Не так. Дело дошло до того, что я послал его отдохнуть во Флориду. И знаешь? Он почти всегда говорит с тобой.

БИФ. И что он обо мне говорит?

ХЭППИ. Не могу разобрать.

БИФ. Я спрашиваю, что он обо мне говорит?

ХЭППИ. Да про то, что ты еще не устроен, что ты вроде как висишь в воздухе…

БИФ. Его гложет не только это.

ХЭППИ. А что?

БИФ. Ничего. Только не вали все на меня.

ХЭППИ. Уверен, как только ты встанешь на ноги… Послушай, там у тебя есть на что рассчитывать?

БИФ. А почем я знаю, Хэп, на что человек должен рассчитывать? Почем я знаю, чего мне, собственно говоря, добиваться?

ХЭППИ. То есть как это так?

БИФ. Да очень просто. После школы я шесть или семь лет пытался выбиться в люди… Транспортный агент, коммивояжер, приказчик… Собачья жизнь. Лезешь душным утром в подземку… Тратишь лучшие годы на то, чтобы с товаром все было в порядке, висишь на телефоне, продаешь, покупаешь… Мучаешься пятьдесят недель в году, чтобы получить несчастные две недели отпуска. А что тебе нужно? Скинуть с себя все и выйти на вольный воздух. Но ты постоянно ловчишь, как бы обойти, обскакать другого… Для чего? Чего ты добьешься?

ХЭППИ. Значит, тебе и в самом деле хорошо на ферме? Ты доволен?

БИФ ( с возрастающим жаром). Послушай, с тех пор как я ушел из дому, я переменил двадцать или тридцать мест, и всюду было одно и то же. Я понял это совсем недавно. В Небраске, где я пас скот, в Дакоте, в Аризоне, а теперь и в Техасе… потому я и приехал домой, что понял это. Ферма, где я работаю… там сейчас весна, понимаешь? И целый табун молоденьких жеребят. До чего же хорошо смотреть на кобылиц с их детенышами, разве есть на свете что-нибудь красивее! Там сейчас прохладно, понимаешь? В Техасе сейчас очень прохладно, весна. А когда туда, где я живу, приходит весна, меня вдруг начинает мучить, что я еще ничего не достиг! Какого дьявола я валяю дурака возле лошадей за двадцать восемь долларов в неделю? Мне уже тридцать четыре года, пора подумать о будущем. И вот я мчусь домой, а, приехав, не знаю, что с собой делать. ( Помолчав.) Всю жизнь я хотел одного: не жить зря. А, вернувшись сюда, понимаю, что жизнь моя прошла мимо, попусту.

ХЭППИ. Да ты вроде как поэт, Биф! Настоящий идеалист!

БИФ. Куда там, в голове у меня туман, каша. Может, мне надо жениться. Может, мне надо прибиться к какому-нибудь берегу, за что-нибудь уцепиться: Не знаю. В том-то и беда. Я все еще как мальчишка. Не женат. Не привязан ни к какому делу, живу себе да живу: Совсем как мальчишка. А ты доволен своей судьбой, Хэп? Ты ведь счастливчик, правда? Ты-то хотя бы доволен?

ХЭППИ. Черта с два!

БИФ. Почему? Ты ведь хорошо зарабатываешь?

ХЭППИ ( энергично расхаживая по комнате и жестикулируя). Мне осталось только ждать его смерти. Начальника торгового отдела. Ну, предположим, меня поставят на его место. А что с того? Он мой приятель, только что отгрохал себе шикарную виллу на Лонг-Айленде. Пожил два месяца, продал, сейчас строит другую. Стоит ему что-нибудь довести до конца, сделать, оно ему перестает доставлять удовольствие. И со мной, знаю, будет то же самое. Убей меня бог, если я понимаю, для чего я работаю. Иногда вот сидишь у себя дома, один, и думаешь: сколько же денег швыряешь ты на квартиру! С ума сойти можно! Но ведь я всю жизнь этого и добивался: собственной квартиры, машины и женщины, вдоволь женщин. Да пропади они пропадом: все равно одинок, как пес!