Смерть на Ниле (= Убийство на пароходе 'Карнак')
Шрифт:
– Так это ваше, мисс Ван Скулер?
– Разумеется, это мое!
– закричала старая дама.
– Я потеряла ее вчера вечером и спрашивала про нее всех и каждого.
– Где вы видели свою накидку в последний раз, мисс Ван Скулер?
– Вчера вечером в салоне я была в ней, но перед уходом я обнаружила, что накидка исчезла.
– Теперь вы поняли, для чего использовали вашу накидку?
– спокойно спросил Рэйс.
Он расстелил мокрый бархат и пальцем показал подпалину и несколько маленьких дырочек.
– Убийца завернул в нее пистолет, чтобы заглушить звук выстрела.
– Возмутительно!
– провозгласила старуха, и ее ссохшееся лицо покраснело.
– Я буду весьма вам признателен, мисс Ван Скулер, если вы расскажете нам, как давно и сколь близко вы знали миссис Дойль, - попросил Рэйс.
– Я совсем не знала ее раньше.
– Но вы знали о ней?
– Разумеется, я знала, кто она.
– Ваши семьи не были знакомы?
– Наша семья, полковник Рэйс, занимает в обществе исключительное положение, мы поддерживаем знакомство лишь с равными нам. Моя дорогая матушка не стала бы водить знакомство с семьей, подобной Хартцам, они были богачи, но без рода и имени.
– Можете ли вы что-нибудь еще сообщить нам?
– Мне нечего добавить к тому, что я сказала. Линнет Риджуэй выросла в Англии, я никогда не видела ее до поездки в Египет.
Она встала. Пуаро открыл ей дверь, и она с достоинством удалилась.
– Розали Оттерборн? Я не ожидал, - проговорил Рэйс.
Пуаро, казалось, был в замешательстве. Вдруг он ударил кулаком по столу.
– Но это же бессмыслица!
– закричал он.
– Это бессмыслица!
– Что именно вы имеете в виду?
– Мы блуждаем в потемках. Кто-то хотел избавиться от Линнет Дойль. Кто-то подслушал сцену в салоне прошлой ночью. Кто-то прокрался в салон и подобрал пистолет, - пистолет Жаклины де Бельфорт, не забывайте. Кто-то застрелил Линнет Дойль этим именно пистолетом и написал кровью на стене букву "Ж"
– Все так ясно, не правда ли? И что же дальше делает убийца? Естественно, он оставляет пистолет Жаклины де Бельфорт - проклятый пистолет!
– на видном месте, где каждый может его найти. Но вместо этого убийца бросает пистолет, эту особенно важную улику против Жаклины де Бельфорт, за борт. Почему, мой друг, почему?
– Очень странно, - отвечал Рэйс.
– Более чем странно, это - немыслимо!
– Как же немыслимо, раз так случилось?
– Я имею в виду другое. Я имел в виду немыслимую последовательность событий. Здесь что-то не так.
16
Полковник Рэйс посмотрел с любопытством на своего коллегу. У него были все основания уважать Эркюля Пуаро, и он его искренне уважал. Однако в данный момент ход рассуждений знаменитого детектива был ему непонятен. Тем не менее, он не стал задавать вопросов. Он вообще редко задавал вопросы. Он просто занялся первоочередными делами.
– Кого мы пригласим следующим? Может быть, эту девицу Оттерборн.
Вошла Розали Оттерборн. Она не нервничала и не была испугана.
– Ну, зачем я понадобилась вам?
– спросила она угрюмо.
Ей ответил Рэйс:
– Мы расследуем причины гибели миссис Дойль, - объяснил он.
– Пожалуйста, расскажите, что вы делали прошлой ночью.
– Мы с мамой рано легли спать. Ничего особенного мы не слышали какая-то суета в каюте доктора Бесснера. Я слышала, как старый доктор громко говорил по-немецки. Разумеется, до утра я понятия не имела, в чем дело.
– Вы не слышали выстрела?
– Нет.
– Вы уверены.
Розали удивленно уставилась на него.
– Что вы хотите сказать? Разумеется, уверена.
– И вы не выходили из каюты, не проходили на правую сторону судна и ничего не бросали за борт.
Розали покраснела.
– Разве есть правила, воспрещающие выбрасывать в воду ненужные вам вещи?
– Нет, таких правил, разумеется, нет. Значит, выбрасывали?
– Нет. Я этого не говорила. Я же сказала, я не выходила из каюты.
– Значит, если кто-то утверждает, что видел вас ночью на палубе...
Она перебила его:
– Кто это утверждает?
– Мисс Ван Скулер.
– Мисс Ван Скулер?
– Розали чрезвычайно удивилась.
– Да. Мисс Ван Скулер выглянула из своей каюты и увидела, как вы бросили что-то за борт.
– Это чистейшая ложь, - отчеканила Розали. И вдруг, будто ее осенила какая-то мысль, спросила:
– Когда, по ее словам, это произошло.
На этот раз ответил Пуаро:
– В десять минут второго, мадемуазель. Розали задумчиво кивнула головой.
– Она видела что-нибудь еще.
Пуаро, удивленно взглянув на нее, взялся за свой подбородок.
– Видела ли она? Кажется, нет, - ответил QH, - но она кое-что слышала.
– Что же именно?
– Она слышала, как кто-то ходил в каюте мадам Дойль.
– Ах, вот как, - пробормотала Розали. Она побледнела, смертельно побледнела.
– Значит, вы продолжаете утверждать, что ничего не бросали за борт, мадемуазель?
– Какого черта я буду бегать по палубе среди ночи и швырять за борт какие-то предметы?
– На это у вас могли быть причины, хотя, возможно, совсем невинные.
– Невинные?
– резко повторила девушка. Да, я сказал именно так. Однако, поймите, мадемуазель, прошлой ночью за борт было выброшено нечто отнюдь не невинное.
Рэйс молча открыл сверток бархатной материи и показал его содержимое. Розали Оттерборн отпрянула назад.
– Ее убили вот этим?
– Да, мадемуазель.
– И вы подозреваете меня? Какая глупость! Подумайте, чего ради стала бы я убивать Линнет Дойль? Я с ней даже не была знакома.
Она презрительно засмеялась и встала.
– Запомните, мисс Оттерборн, - сказал Рэйс, - мисс Ван Скулер готова поклясться, что ясно видела ваше лицо при лунном свете.
Розали снова засмеялась.
– Эта старая ведьма? Да она же полуслепая. Она видела не меня.
– И после паузы спросила:
– Я могу идти.
Рэйс утвердительно кивнул, и Розали Оттерборн вышла из комнаты. Рэйс закурил сигарету.