Чтение онлайн

– Я так считаю, – сказал Фантора.

– Он опасался, что она может напасть на мадам Дойль?

– Нет, – Фантора покачал головой.

– Не думаю, по-моему, он опасался за нее лично, что она… то есть…

– Самоубийство?

– Да, понимаете, она казалась такой разбитой и сломленной. Она жестоко винила себя. Она без конца повторяла: «Мне незачем жить».

– По-моему, – застенчиво вставила Корнелия, – ему было больно за нее. Он говорил так благородно. Он во всем обвинял себя; по его словам, он очень жестоко с ней поступил. Правда, он был такой милый.

Эркюль Пуаро задумчиво покачивал головой.

– Теперь относительно пистолета, – продолжал он.

– Что произошло с пистолетом?

– Она его уронила, – сказала Корнелия.

– А потом.

Фантора рассказал, как он вернулся за пистолетом, но не смог его найти.

– Ага! – сказал Пуаро.

– Вот мы и подошли к главному. Теперь, прошу вас, будьте как можно внимательнее. Пожалуйста, опишите мне точно все происходившее.

– Мисс де Бельфорт уронила пистолет. Потом она отбросила его носком ботинка.

– С ненавистью, – объяснила Корнелия.

– Я представляю себе ее чувства.

– И вы говорите, он закатился под банкетку? Пожалуйста, будьте очень внимательны. Мадемуазель де Бельфорт не поднимала пистолет прежде чем уйти из салона.

Фантора и Корнелия хором ответили:

– Нет!

– Точность! Мне нужна абсолютная точность, вы понимаете? Итак, мы дошли до того момента, когда мадемуазель де Бельфорт покинула салон. В это время пистолет находился под банкеткой. И поскольку мадемуазель де Бельфорт не оставалась одна, мсье Фантора, мадемуазель Робсон и мадемуазель Бауэрс поочередно находились при ней, – у нее не было возможности вернуться за пистолетом в салон. В какое время вы, мсье Фантора, пришли за ним?

– Должно быть, около половины первого.

– Как вы думаете, сколько прошло времени между тем, как вы и доктор Бесснер вывели мсье Дойля из салона, и тем, как вы вернулись за пистолетом?

– Минут пять, может быть, чуть больше.

– Таким образом, в течение этих пяти минут кто-то взял пистолет, лежавший под банкеткой. Это не мадемуазель де Бельфорт. Кто же? Очень возможно, что тот, кто взял пистолет из-под банкетки, является убийцей мадам Дойль. Этот человек, можно сказать с уверенностью, слышал или видел часть событий, предшествовавших убийству.

– Не понимаю, из чего вы это заключили, – возразил Фантора.

Вы сами нам только что сказали, – ответил Пуаро, – пистолет находился под банкеткой, и его не было видно. Поэтому вряд ли его нашли там случайно. Кто-то, точно знавший, где он, подобрал его. Отсюда ясно, что он наблюдал за происходящим. Фантора упрямо повторил:

– Я никого не видел на палубе, когда выходил из салона, а это было как раз перед тем, как раздался выстрел.

– Да, но вы вышли из двери на кормовую сторону.

– Да, с этой стороны находится моя каюта.

– Таким образом, если бы кто-нибудь смотрел сквозь стекло с другой стороны, вы бы его не увидели?

– Нет, – согласился Фантора.

– Кто-нибудь, кроме слуги-негра, слышал выстрел?

– Насколько я знаю, нет. Фантора снова заговорил:

– Видите ли, все окна были закрыты. Мисс Ван Скул ер еще в начале вечера пожаловалась на сквозняк. Поэтому вряд ли выстрел мог кто-нибудь услышать, а если бы и услышал, то принял бы за звук открываемой бутылки.

– Насколько мне известно, – сказал Рэйс, – никто не слышал второго выстрела – выстрела, который убил мадам Дойль.

– Об этом мы узнаем из дальнейшего допроса, – сказал Пуаро.

– А пока нас все еще занимает мадемуазель де Бельфорт. Нам следует послушать мадемуазель Бауэрс. Но прежде, чем вы уйдете, – он жестом задержал Корнелию и Фантора, – сообщите мне некоторые сведения о себе. Тогда нам не понадобится беспокоить вас вторично.

Сначала вы, мсье – ваше полное имя?

– Джеймс Ликдэйл Фантора.

– Адрес?

– Гладмор Хауз, Маркет Доннингтон, Нортхэмпшир.

– Ваша профессия?

– Я юрист.

– Что привело вас в эту страну.

Наступило молчание. Впервые за все время невозмутимый мистер Фактора смутился. Наконец, он сказал, вернее, пробормотал:

– Э-э… развлечение.

– Ага! – сказал Пуаро.

– Вы проводите здесь каникулы, не так ли?

– Э-э… да.

– Прекрасно, мсье Фантора. Изложите мне вкратце, что вы делали и где были прошлой ночью, с того момента, на котором мы остановились.

– Я тотчас же лег спать.

– Во сколько?

– В половине первого ночи.

– Номер вашей каюты 22 по правой стороне судна, это первая каюта от салона?

– Да.

– Я задам вам еще один вопрос. Вы не слышали какого-нибудь звука после того, как вошли в свою каюту.

Фантора задумался.

– Я очень быстро заснул. Но мне кажется, прежде чем уснуть, я слышал нечто вроде всплеска. Больше ничего.

Вы слышали звук, похожий на всплеск? Близко?

– Честно говоря, не знаю. Я уже почти спал.

– Когда это было?

– Около часу, должно быть. Точно сказать не могу

– Благодарю вас, мсье Фантора. Вы свободны.

Пуаро обратился к Корнелии.

– Итак, мадемуазель Робсон, ваше полное имя?

– Корнелия Рут. Мой адрес Ред Хауз, Беллфилд, Коннектикут.

– Что привело вас в Египет?

– Кузина Мэри, мисс Ван Скулер, взяла меня с собой в это путешествие.

– Встречали ли вы прежде мадам Дойль?

– Нет, никогда.

– Что делали вы прошлой ночью?

– После того, как я помогла доктору Бесснеру, я сразу легла спать.

– Номер вашей каюты?

– 43 со стороны кормы, моя каюта рядом с каютой мисс де Бельфорт.

– Вы что-нибудь слышали?

Корнелия покачала головой.

– Нет, я ничего не слышала.

– Никакого всплеска?

– Нет Но я и не могла, потому что моя каюта находится со стороны, обращенной к берегу.

– Благодарю вас, мадемуазель Робсон, – сказал Пуаро.

Фантора и Корнелия вышли.

– По-моему, все ясно, – сказал Рэйс.