Чтение онлайн

– Все так ясно, не правда ли? И что же дальше делает убийца? Естественно, он оставляет пистолет Жаклины де Бельфорт – проклятый пистолет! – на видном месте, где каждый может его найти. Но вместо этого убийца бросает пистолет, эту особенно важную улику против Жаклины де Бельфорт, за борт. Почему, мой друг, почему?

– Очень странно, – отвечал Рэйс.

– Более чем странно, это – немыслимо!

– Как же немыслимо, раз так случилось?

– Я имею в виду другое. Я имел в виду немыслимую последовательность событий. Здесь что-то не так.

Полковник Рэйс посмотрел с любопытством на своего коллегу. У него были все основания уважать Эркюля Пуаро, и он его искренне уважал. Однако в данный момент ход рассуждений знаменитого детектива был ему непонятен. Тем не менее, он не стал задавать вопросов. Он вообще редко задавал вопросы. Он просто занялся первоочередными делами.

– Кого мы пригласим следующим? Может быть, эту девицу Оттерборн.

Вошла Розали Оттерборн. Она не нервничала и не была испугана.

– Ну, зачем я понадобилась вам? – спросила она угрюмо.

Ей ответил Рэйс:

– Мы расследуем причины гибели миссис Дойль, – объяснил он.

– Пожалуйста, расскажите, что вы делали прошлой ночью.

– Мы с мамой рано легли спать. Ничего особенного мы не слышали – какая-то суета в каюте доктора Бесснера. Я слышала, как старый доктор громко говорил по-немецки. Разумеется, до утра я понятия не имела, в чем дело.

– Вы не слышали выстрела?

– Нет.

– Вы уверены.

Розали удивленно уставилась на него.

– Что вы хотите сказать? Разумеется, уверена.

– И вы не выходили из каюты, не проходили на правую сторону судна и ничего не бросали за борт.

Розали покраснела.

– Разве есть правила, воспрещающие выбрасывать в воду ненужные вам вещи?

– Нет, таких правил, разумеется, нет. Значит, выбрасывали?

– Нет. Я этого не говорила. Я же сказала, я не выходила из каюты.

– Значит, если кто-то утверждает, что видел вас ночью на палубе…

Она перебила его:

– Кто это утверждает?

– Мисс Ван Скулер.

– Мисс Ван Скулер?

– Розали чрезвычайно удивилась.

– Да. Мисс Ван Скулер выглянула из своей каюты и увидела, как вы бросили что-то за борт.

– Это чистейшая ложь, – отчеканила Розали. И вдруг, будто ее осенила какая-то мысль, спросила:

– Когда, по ее словам, это произошло.

На этот раз ответил Пуаро:

– В десять минут второго, мадемуазель.

Розали задумчиво кивнула головой.

– Она видела что-нибудь еще.

Пуаро, удивленно взглянув на нее, взялся за свой подбородок.

– Видела ли она? Кажется, нет, – ответил QH, – но она кое-что слышала.

– Что же именно?

– Она слышала, как кто-то ходил в каюте мадам Дойль.

– Ах, вот как, – пробормотала Розали. Она побледнела, смертельно побледнела.

– Значит, вы продолжаете утверждать, что ничего не бросали за борт, мадемуазель?

– Какого черта я буду бегать по палубе среди ночи и швырять за борт какие-то предметы?

– На это у вас могли быть причины, хотя, возможно, совсем невинные.

– Невинные? – резко повторила девушка. Да, я сказал именно так. Однако, поймите, мадемуазель, прошлой ночью за борт было выброшено нечто отнюдь не невинное.

Рэйс молча открыл сверток бархатной материи и показал его содержимое. Розали Оттерборн отпрянула назад.

– Ее убили вот этим?

– Да, мадемуазель.

– И вы подозреваете меня? Какая глупость! Подумайте, чего ради стала бы я убивать Линнет Дойль? Я с ней даже не была знакома.

Она презрительно засмеялась и встала.

– Запомните, мисс Оттерборн, – сказал Рэйс, – мисс Ван Скулер готова поклясться, что ясно видела ваше лицо при лунном свете.

Розали снова засмеялась.

– Эта старая ведьма? Да она же полуслепая. Она видела не меня.

– И после паузы спросила:

– Я могу идти.

Рэйс утвердительно кивнул, и Розали Оттерборн вышла из комнаты. Рэйс закурил сигарету.

– Так. Чистейшее противоречие. Кому из них верить?

– Я думаю, – сказал Пуаро, покачивая головой, – ни одна из них не была правдивой до конца.

– Это и есть самое трудное в нашей работе, – сказал Рэйс удрученно.

– Будем продолжать допрос пассажиров?

– По-моему, да. Всегда надо придерживаться выбранного метода.

Вошла миссис Оттерборн в платье из пестрой легкой ткани. Она повторила утверждение Розали о том, что они обе легли спать около одиннадцати. Она лично не слышала ничего интересного и не могла сказать точно, выходила ли Розали из каюты. Что касается мотивов преступления, у нее было множество соображений, которые ей не терпелось высказать.

– Преступление страсти! – вскричала она.

– Примитивная тяга к убийству так тесно сплетается с сексуальным порывом. Жаклина наполовину латиноамериканка, ею управляет инстинкт, глубоко подавляемый до поры. С револьвером в руках она крадется…

– Но Жаклина де Бельфорт не могла застрелить миссис Дойль, – объяснил Рэйс.

– Это точно доказано.

– Тогда это муж, – тотчас же нашлась миссис Оттерборн.

– Кровавая похоть и сексуальный порыв – преступление на половой почве. Могу привести сотни хорошо известных примеров…

– Мистер Дойль ранен в ногу и не может передвигаться – сломана кость, – остановил ее Рэйс, – мистер Дойль провел ночь в каюте доктора Бесснера.

Даже это не охладило миссис Оттерборн, она продолжала еще более оживленно:

– Разумеется! Боже, как же я глупа! Мисс Бауэрс! Половой психоз! Старая дева! Сходит с ума при виде молодых страстно влюбленных супругов. Конечно же, это она! Сексуально не привлекательная, от природы скромная, все сходится! В моей книге «Бесплодное вино»…

Полковник Рэйс осторожно перебил ее: