Чтение онлайн

После душа вышел халате, почти «по мирному». На всякий случай, вдруг придется резко вставать, рядом поставил немецкие мокасины, шнурки на кроссовках спросонья не завяжешь. Де еще сгоряча наступишь, и растянешься на полу, только этого не хватало. На стул, принесенный из кухни, спортивный костюм, курточку вниз, штаны сверху. В армии, наоборот, китель укладывали сверху штанов. Эх, «кирзачи» бы еще! Сейчас многие смеются над ними, но те, кто по тревоге поднимался чуть не через день, так не думали. Сколько раз за два года взлетали по команде «Рота подъем! Тревога!» Одевались не за сорок пять секунд, быстрее. Поначалу портянки поверх раструба голенища, нога проскальзывает внутрь сапога моментом. Потом приучился быстро наматывать, лучше несколько лишних секунд потратить, зато потом ноги не собьешь. Да и вообще, портянки вещь полезна, надо бы потом поискать что-то подобное из фланели, или даже флиса, на холода.

В памяти снова армия, картинки ночных тревог, бежим в комнату хранения оружия, или, попросту, «ружейный парк», стуча каблуками по намастиченному деревянному полу. Хватаем автоматы, кому не повезло, и по штату пулеметчик, тот РПК* (*Ручной пулемет Калашникова), подсумки с магазинами. Опять грохочем, теперь уже по кафелю лестничных клеток и цементным ступеням. Вылетаем через дверь подъезда, которую предусмотрительно держит самый первый выбежавший. Неважно, какого ты призыва, так быстрее рота выстраивается на плацу, не тратя время на открытие створок. К концу службы часто приходилось надевать стальные шлемы и бронежилеты, прежде чем бежать в «ружпарк».

Но в основном через день ходили в караул, на вышку, порой в дозор или в секрет. Самые любимые, разумеется, секреты. Там можно и сидеть, и лежать, ожидая возможного нарушителя. Правда, почти всегда это оказывался проверяющий, обычно, в самую плохую погоду, когда ветер все заглушает и с неба сыплет то дождь, то снег. Но ждать под крышей все равно веселее, можно и вздремнуть по очереди. Главное, громко не говорить и не курить, чтобы проверяющий не засек издалека. На втором году уже старался отбирать себе в пару некурящего. О чем только не говорили, но почти никогда о девчонках.

Под такие воспоминания улегся под одеяло. Вспомнил, как прошлой ночью ронял автомат, «малыша-коротыша», переложил на «женскую» тумбочку, к пистолетам на тумбочке часы с настроенным будильником. А вот «Кедра» повесил рядом, на ручку одежного шкафа. Всегда ворчал, что она цепляются за все подряд, хотел поменять на другую, обтекаемой формы, теперь как раз к месту. Под подушку фонарик, и подумал, что постепенно схожу с ума, сплю, окружив себя оружием... А если завтра все сладится, куда новые стволы класть, под одеяло? С этим тоже что-то решать придется, может, пирамиду смастерить, но из чего? Надо вспоминать столярные и слесарные навыки, что еще в школе изучали.

Школа, стеллажи, полки, книги… Эта ассоциация привела в голову мысли о том, что совсем рядом, через парк, областная библиотека, естественно, имени Н.А.Некрасова. Надо бы сказать Олегу, чтобы свой народ попридержал, а то спалят ее часом, сдуру решат так от мертвецов избавиться. То, что там имеются зомби, это наверняка, хотя бы персонал. А библиотека пригодится, пусть кто-то и скажет, что сейчас народу не до книжек. Не про художественную литературу, хотя и ее забывать не стоит, а про техническую и прочу, «умную». На полках и в хранилищах собрано столько полезного, что со временем станет поистине драгоценным. Из города все равно уходить придется, многих людей надо заново учить жить. Спецов по селу и так немного оставалось, а теперь и подавно.

Можно позже проверить, хоть с тем же Олегом, набрать всего, что-то пригодится. По «столярке», «слесарке», сельскому хозяйству, строительству, машинам, котельным, по кулинарии, медицине. Особенно, старые советские, послевоенные книжки. Еще лучше двадцатых-тридцатых годов. Тогда старались написать так, чтобы самый малообразованный человек понял и мог повторить. И ведь учить детей придется, не сегодня, так завтра, а учителей почти не осталось. Поэтому учебников тоже нужно набрать, хотя бы для первых классов, не всех же малолетних в школах и детсадах поели...

Второй день не досыпаю, долго так не протянешь. Пора Пашку переселять и по полночи дежурить, а то от каждого шороха просыпаешься. Даже четыре часа нормально сна все же полезнее, чем всю ночь в тревоге ворочаться. Еще лучше, защитить подъезд и заселить вместе всех нормальных выживших, организовав охрану. Вот получится завтрашнее мероприятие, так и начну делать.

Замечаю, что сейчас почти тихо, выстрелы редко слышны. Несмотря на эхо, уже получается определять направление, откуда стреляют. Теперь представляю, какие кварталы «мертвые», какие еще нет. Понятно, почему стрельба, которую часто слышал, никогда не шла по направлению от трамвайного парка или стадиона. Или со стороны «Бутусовского» поселка. Если слышалась со стороны Свободы, или того же Волковского театра, то отдаленно. А со стороны моста, похоже, на исходе первой недели только редкий грохот крупнокалиберного оружия. Видно, мутанты так и не перестают из-за Волги рваться. Остальной народ почти не выбирается на улицы, просто выживает и выжидает.

С такими мыслями до утра ворочаться придется, а ведь хотел собраться и выехать пораньше. Надо поставить второй будильник, на часах не такой громкий, где там моя верная «Нокия»? Поставил «подъем» на шесть утра, прежде, чем погасить экран, невольно пощелкал клавишами к значку входящих сообщений. Не для того, чтобы в который раз перечитать строчки от Ники или Светы. И не для любования фотографией любимой девушки, которую перекинул неугомонный Пашка. Просто снова нашел утреннее сообщение моего шефа от девятого апреля. Совсем короткое, похоже, рассылка.

«Друзья, наглухо застрял под Ростовом. В моем кабинете в комнате отдыха оставлено оружие по разнарядке. Кто сможет добраться, заберите свою часть».

Вот из-за этих строчек и рвусь туда, к набережной, на площадь Челюскинцев... Может, второй раз тоже повезет, как с Егоркиной «посылкой»? Сколько может продлиться это мое везение?

И так уплыл в сон...

Глава 44. «Ночные гости» 15.04.2008, очень раннее утро. Дом на Пушкина.

Разбудил шум, причем, явно не на улице. Несмотря на все происходящее, прежде ночью спал не так чутко. После вчерашнего утреннего происшествия, похоже, подсознательно ожидал новый сюрприз. Шум вроде бы стих, потом снова что-то поскрипывать начало. Еще раз пожалел, что не смог уговорить Пашку остаться ночевать в детской комнате. Так спокойнее, если что, вдвоем отбиться легче.

Схватился было за рацию, но потом подумал, что, может, не стоит торопиться? Шум не угрожающий, но достаточно бесцеремонный, послышался скрежет, явно внутри дома и точно ниже этажом. Свет включать не стал, потянулся за одеждой, потом за автоматом. Несмотря на свой малый вес, «Кедр» добавлял уверенности. Шум продолжился, гадать, что там происходит, бесполезно. Могли оказаться зомби, могли те самые «архаровцы», что сбежали с третьего этажа. И даже новые знакомые из соседнего подъезда, мало ли что им в голову взбрело? Дотянулся до фонарика, поднялся, прислушался.

Вроде показалось, что в квартире снизу кто-то топает. Неужели хозяйка сорвалась со своей веревки и теперь бродит по квартире? Тогда так до утра и не заснуть, не взламывать же квартиру, чтобы успокоить? Осторожно открыл балконную дверь и вышел на лоджию. Мне не померещилось, судя по звукам, внизу кто-то ходил. Не могу разобрать, подо мной, или в соседней квартире. Неужели пропавший сосед вернулся и никак не успокоится? Осторожно отодвинул створку, в ночной тишине показалось, что скрипит на весь двор. Дождя уже нет, прохладно, даже зябко. На небе облака, временами луна пробивается. Но и без нее все видно, уличное освещение пока не подводит.