Чтение онлайн

– Сами в рыболовный магазин не заходили?
– спросил, думая, вдруг еще можно наведаться?

– Что заходить-то, сначала, похоже, ты там с парнишкой пошарил, после вас еще кто-то. Мы на другой день проходили мимо, а там все чисто. То есть, вообще ничего, словно ремонт делать собрались. И остальные, что рядом, пустые, по ним тоже солидно поработали.

Подумал, не зря поторопились, хоть теперь людям пользу приносим.

– Андрей, вопрос очень серьезный. Раз подготовка есть, стрелять умеешь, как относишься к тому, что в будущем оружие получишь?

– Сейчас не скажу, хоть багром и топором махал, даже кому-то въехал. Не готов пока. Если на Настю какая-то тварь полезет, замочу без колебаний. Себя защитить постараюсь, как-то отмахнуться. А вот так, чтобы оружие... Стрелять, даже по мертвым, не смогу. Говорю же тебе, когда-то что-то надломилось во мне, до сих пор распрямиться не могу. Хотя насмотрелись тут всего, и детишек мертвых, и баб, но уж слишком большая обида у меня на людей. Кроме Насти, ни за кого не вступлюсь. Не серчай, Игорь, ты мужик хороший, но пока боимся и просто прячемся.

– За что извиняться, Андрей, у каждого своя дорога. Но живешь среди людей, привыкнешь, там видно будет.

– Понял тебя, я не из трусливых, но осторожный.

– Если бы только от нас все зависело.

– Все равно, Игорь, чему быть, того не миновать. Но, раз мы еще живы, значит так и надо?

– Ну что, Андрей, пойдем мы, а то совсем светло. Нам еще ехать по делам.

– Удачи тебе, Игорь.

На самый верх не стал подниматься, живых в мансарде новые товарищи не видели. А ходить там, где когда-то общался с друзьями, и вызывать воспоминания сейчас на время. Тем более, кофе больше не пью, и кофейный автомат в приемной директора останется без работы.

Пашка не переставал болтать с Настей, теперь на кухне, среди холодильников и микроволновок. Женщина, которую теперь прямо не узнать, умудрилась снова напоить его чаем с какой-то печенюшкой. Пашка румяный и довольный, сидел за столом с большой кружкой, явно не из этого офиса. Подумал, может, и хорошо, что он встретил эту женщину, которая помогла ему хоть немного снять груз с души. Кто бы знал, что бродяжка такая приятная женщина. Да, повезло Андрею во всех смыслах.

Пожали руки, рукопожатие оказалось неожиданно крепким. Напоследок Андрей одарил меня бритвой «Жиллет» и парой коробок с запасными кассетами. Намек понял, потому что брился далеко не каждый день. Может, для того, чтобы не приняли за зомби? Спасибо и на этом, а то за мелочами бегать не досуг.

Осторожно выбрались за дверь, осмотрелись, куда без этого. Пошли по Чайковского в сторону своего дома. Ни выстрелов, ни машин, ничего не слышно, даже в отдалении. Спросил Пашка, о чем они так долго болтали с Настей. Он, не смущаясь, ответил, что обо всем, про жизнь и прочее. Парнишка поведал о своих переживаниях, она о своих. Оказалось, не зря пошутил про банкиров, Настя когда-то работала в банке оператором, там и попала в нехорошую историю. В общем, деньги пропали, то ли на нее свалили, то ли как-то причастна, но пришлось скрываться, чтобы не попасть под уголовное дело. Семья от нее открестилась, сколько лет скиталась, поначалу оставалось, на что прятаться, потом на улице оказалась. Сама не ярославская, издалека, с Урала, как сюда попала, долго рассказывать. Говорит, жалеет, что не попала в тюрьму, уже бы отсидела и вернулась. Только теперь все равно, некуда возвращаться.

Как раз проходим мимо приземистой постройки энергетиков. Осторожно постучал в стекло за решеткой из арматуры, не просто так, изобразил что-то вроде азбуки Морзе. Нехитрый прием подействовал, может, подумали, что неправильно услышали сигнал, может, еще почему. Или потому, что не орал и не долбил по стеклу. Светонепроницаемая занавеска приподнялась, показалось лицо, за стеклом кажется худым и бледным, чисто мертвяк свежий. Приложил правую руку к козырьку горной кепки, за стеклом кивнули в ответ. Сложил руки рупором, приложил к стеклу, сказал, «Как вы тут, товарищи?» Товарищи вырвалось машинально, а как еще по-другому говорить? «Господа», «парни», «мужики? Вот, на «товарища» рука потянулась к замку и открылась створка.

– Ничего, держимся.

– Долго еще протяните?

– Да мы-то хоть сколько. Пока еду привозят и семьи охраняют, жить можно - видимо, он принял нас за кого-то из бойцов.

– Благодаря вам и мы держимся. Спасибо, ребята.

– Куда деваться, пока энергия идет с Рыбинска и наших ТЭЦ, смысл есть оставаться.

– Вторая тоже работает, которая у Моторного?

– Пока тянут, газ кончился, мазут тоже на исходе, но еще месяц протянут на угле, если с водой проблем не будет.

– Связь есть с ними, с диспетчером?

– Со «второй»? Есть. А что тебе там надо?

– Можешь узнать, начальник смены, Люба Волкова не там, часом?

– Понятно, родственник, что ли? Там она, с самого начала застряла, вот и крутятся неполной сменой круглосуточно. Замену хотят организовать, но пока просто некем.

– Спасибо и на этом, - добрая весть, отлегло сердце немного стало. Тимофей, уверен, сможет ее вывезти, если она цела, в этом уверен точно.

– Покурить не найдется, браток?
– неуверенно спросил диспетчер.

Вспомнил свое новое правило, потянулся за спину, ко второй «утилитке», что висит сзади на ремне. Там пара пачек сигарет, обе отдал, сказав «Спасибо, братишка»! Диспетчер, заметно обрадованный, кивнул, мы помахали друг другу, и он закрыл окно. Про ночных посетителей конторы напротив спрашивать не стал. Раз их охрана не вмешалась, значит, и нам дело до этого нет.

Во двор вошли без сюрпризов, времени уже почти девять, вызвал на связь Юру и Володю. Они уже бодрствовали, удивились нашему сигналу, подумали, что мы издалека их потревожили. Сказал, что «так получилось, но есть новости». Пусть подходят через десять минут. Поднялись в квартиру, скинули снаряжение, Пашку отправил умыться, затем на кухню, готовить «походный завтрак».

Снял с зарядку станцию, что на «тридцать третьей волне», попробовал вызвать Олега. «Рыбак» отозвался со второго или третьего раза. Сказал, что это Волк, есть некоторая информация, пусть подумает, как пересечься. Он ответил, лучше у синагоги, место подходящее, заодно обсудим идею устроить в парке открытый крематорий. Договорились через полчаса, а сам пока пошел в душевую, пусть своя бритва есть, но так приятно опробовать подарок нового знакомого! Тем более, и правда, хожу небритый, как югославский партизан.

Тем временем Юрка с Вованом подошли, коротко рассказал, что произошло ночью, о том, что мы сейчас перекусим, где-то через час уедем. Они особо не обрадовались, но не огорчились, когда рассказал про бомжей. Тому, что теперь у нас еще один форпост с улицы Свободы, тоже не удивились.

Пашка нажарил колбасы, положив ее на засохший хлеб. Посыпал сверху тертым сыром, беречь который теперь смысла нет. Чудесный запах с кухни разбудила аппетит не только у меня, но и моих товарищей. Сегодня решил кофе попить, раз сгущенка появилась, сварил на всех. Моя кухня давно не испытывала такой нагрузки, чтобы сразу четыре человека за одним столом. Бутерброды смели моментально, Пашке пришлось еще раз ставить сковородку, мы все уму немного помогали, пока он не прогнал на свои места.