Чтение онлайн

Вот как, у каждого свои раздражители... Сам ночью про жильцов дома даже и не задумывался.

– Будешь мой суп?

– Это он так пахнет? Нет, лучше снова кашу из банки.

– Тогда вот, рисовая есть.

– Со свининой? Ну, ладно, раз другой нет. В холодильнике твоей переславской молочки не осталось?

– Все, последняя вчера ушла. Теперь долго молока не найдешь, только сгущенка если. В холодильнике должна быть пара пакетов.

– Тогда кофе с молоком себе сделаю.

Дочка ушла умываться, шлепая тапочками по полу. А я выключил газ и прикрыл кастрюлю крышкой, пусть немного настоится. Слова про сгущенку снова вывели меня на цепь ассоциаций. После патронов продукты задача номер один. И каждый час задержки означает, что твою еду забирает кто-то другой. Рядом искать негде, наш магазин наверняка опустошили полностью. На продуктовый в «Бутусовском» поселке* (*соседний квартал в стиле конструктивизма, постройки 1920-х годов, назван именем заведующего ярославским губкоммунотделом) желающих еще больше, дальше, на Свердлова тоже домов хватает... Как бы не пришлось драться за ту же картошку.

А еще дочка невольно пристыдила за то, что не взял с собой оружие. Ладно здесь, на кухне, но когда на балконе одежду смотрел? Ведь заберись ночью какая тварь и все, приехали. Придется всегда при себе ружье иметь, хотя неудобно таскать при таких габаритах. Жаль, со сложенным прикладом не постреляешь.

Так, а почему, собственно? Блокировка оружия при сложенном прикладе это для мирного времени. Когда граждане ходят на охоту или в тир, и по дороге туда им стрелять из своих коротких ружей не только не надо, но и прямо запрещено. Сейчас время другое, прежние запреты ушли вместе с прежней властью. Надо бы снять блокировку, мало ли что случится, в машине стрелять, к примеру.

Но это позже, сейчас пора поесть и с телефоном разобраться. Прозвенела микроволновка, дочкина каша разогрелась. На этот звук Юля снова появилась на кухне, уже в своей обычной одежде и сверху жилетка Марины. Уже не морщила носик, просто забрала тарелку и уселась за стол.

– Приятного аппетита!

– Взаимно, - ответил, наливая себе получившееся варево. Как обычно, время не выдержал, получилось что-то вроде кулеша. Но мне и так сойдет, вкусно и питательно, главное, горячо!

Первый завтрак после возвращения хорош, почти как в мирное время. Не считая того, что тогда дочка такой завтрак не стала бы не только есть, но и даже смотреть на него. К чаю у нас остатки чанаха, выучил названия сыра, когда он закончился. Юля уже негласно взяла на себя мытье посуды. Вот когда пожалел, что не поставили нагреватель еще в ванной, чтобы сразу на кухню горячая вода шла. Тогда казалось более важным сэкономить, после установки окон мы особо в деньгах не купались. Даже, несмотря на то, что жена уже работала на своей тогдашней должности.

Поели, пора приниматься за дела, согласно плану. Первой у меня значилась починка телефона. Но сначала проверил, что там, на лоджии и во дворе, попутно загрузив стиральную машину. Дочку попросил потом развесить все на балконе, соблюдая осторожность. То есть, сначала просто выйти, осмотреться, а уж потом с тазиком заходить, стыдливо умолчав, что сам с утра прокололся на этом.

Ничего с ночи не изменилось, грузовик под окном, мертвяки так и не появились. Получается, они могут «мигрировать», ведь откуда-то они появились вчера, когда вернулся. И куда-то пропали, когда Пашкиного отца хоронили? Так что и из подъезда каждый раз следует выходить наготове, мало ли что было даже пять минут назад. И вообще, каждое утро и вечер проверять, что под окнами.

Успокоив совесть, прихватил в кладовке ящик с инструментом. Не тот, большой, черный с красной ручкой, где лежал основной комплект. А поменьше, серый, который у меня так и назывался, «электрический». В нем все для ремонта электропроводки и телефонной линии. Даже приспособление для обрезки и обжима сетевых проводов. Осталось у меня случайно, не успел вернуть своему сисадмину, теперь же не получится. Так, мысль за мыслью, неожиданно пришел к выводу, что, среди всего плохого, может затесаться и хорошее. Как минимум, кредит за квартиру оплачивать точно не придется.

С чего бы это такая мысль? Прикинул, ну да, окна, квартира, ремонт, деньги, кредит, все логично! Обиделся, наверное, Серега на меня, если жив остался, конечно. Сколько же всего сейчас поменялось, стало неважным, пустым, ничего не значащим. Если действительно катастрофа таких масштабов, как мне кажется, то скоро можно занимать любую шикарную квартиру. Только жить в ней долго не выйдет.

С такими думами подошел к выходу, открыл внутреннюю дверь, прислушался. Вроде никого не слышно, посмотрел в глазок, действительно ни вверху, ни внизу никого не заметно. Тихо отпер замок, осторожно приоткрыл дверь. Запах подъезда все еще «тот самый», хотя и слабее, «вчерашнее» окно между этажами еще вечером закрыл, а на самом верху оставил. Быстро вышел на лестницу, прикрыв обе двери, ящик на плитку, осмотрелся еще раз, прислушался. Снял «Сайгу» с предохранителя, не торопясь, «по вчерашнему», спустился, сначала на площадку между этажами, осмотрелся. Затем дошел до тамбура подъезда. Ничего не изменилось, все, что вчера попытались отмыть, высохло, и там уже жужжали невесть откуда взявшиеся мухи.

На улицу не стал выходить, не до этого, и так тут запах не слишком хороший. Лестницу проверил до третьего этажа, стучаться ни к кому не стал. Вот теперь можно и посмотреть, что там делается с проводкой. Но, все же, прислушиваюсь, как бы внезапно не открылась соседняя дверь.

Для начала проверил ввод в квартиру, подсвечивая подствольным фонарем. Телефонный провод шел от моей двери, прибитый гвоздиками. Стоит подчеркнуть, что у нас стандартный электрощит на две створки. Одна большая, с четырьмя окошками под счетчики, другая поменьше, с остальными коммуникациями. Счетчиков всего два, как и квартир, но в начале девяностых этим не заморачивались. Щиток закрыт, как вводится куском проволоки на проушинах. Открыть их не проблема, вот уже распахиваю дверки.

Смотрю, что же с проводами моего телефона, которые заходят внутрь щитка. Причем гляжу не просто так, снова подсвечиваю фонарем, заливая все ярким светом. Так, первый сюрприз, что мои провода, что соседские, обрезаны. Причем грубо, ножом, можно сказать, просто «на рывок».

Вот это интересно, кто это сделал, когда и зачем? Похоже, настал черед снова побеспокоить соседей. Нажимаю на кнопку звонка, потом стучу, реакции никакой, дверь явно закрыта. Тоже железная, не такая крепкая, как у меня, но пинком не выбить. Будем надеяться, что соседи просто успели уехать. Только надо посмотреть в гараже, чтобы удостовериться в том, что так и есть. По крайней мере, никаких сильных запахов от их двери не исходит.

Ремонт телефонной линии много времени не занял. Если бы еще и не необходимость держать на плече ружье, хватило бы пяти минут. Помогла моя привычка всегда оставлять немного лишнего провода, как раз на случай облома. Почти полметра скручено и прихвачено изолентой. Почему те, кто оборвали провода, не подумали, что можно легко восстановить, задумываться не стал. Как есть, так и есть, зачистил, прикрутил, закрыл. Все, готово, можно опять к себе домой.

Впрочем, вернулся еще раз, прихватив болт на восемь, две шайбы с гровером и гайки. Этого добра у меня хватало, целая банка в кладовке. Более мелкие метизы хранил в специальных коробочках, которые мне как-то подарили на День Красной Армии. А эти, большие, куда их девать, оставил в банке, вот теперь и пригодились. Надел одну шайбу под головку болта, засунул все в проушины, затем еще шайбу, гровер и две гайки. Ключами крепко-накрепко затянул, сильно поджав контргайку. Понятно, не панацея, но если кто-то захочет снова открыть щиток, то придется попотеть. По крайней мере, пошуметь точно, надеюсь, в это время появлюсь рядом со своей «Сайгой».