Чтение онлайн

— А если второго туда, а седьмого обратно?

Нафиса молча повернулась и вышла в приемную, связалась с агентством, вновь зашла к начальнику.

— Вот…

— Иди.

Только Нафиса втянулась в ритм работы, освоила все свои многочисленные обязанности — шеф теперь кричал на нее не более пяти — шести раз в день, — как уволился диспетчер по водителям. Разумеется, его обязанности автоматически взвалили на нее. Теперь телефон звонил не переставая: каждые три минуты звонок — то от водителя, мол, потерял пассажира, звони, ищи его; то от директора: «У меня встреча, срочно нужна машина». А чтобы найти свободную машину, Нафисе приходилось делать по нескольку звонков: одна машина уехала на мойку, другая сломалась, водитель третьей отпросился и так далее. Кроме того, еженедельно надо было сдавать отчеты по чекам за бензин, мойку, мелкий ремонт и прочее. Хорошо, что Нафиса на курсах ознакомилась с компьютерной программой excel, в ней она нашла форму для составления отчета. Умная программа все рассчитывала сама по формулам, надо было только вводить исходные данные.

Как-то в самом начале ее карьеры Галина Семеновна сказала:

— Думаю, ты тут долго не выдержишь, была бы хоть физически покрепче, а то в чем душа держится.

Но Нафиса оказалась крепким орешком. Месяц она совмещала обязанности помощника и диспетчера. Теперь ей и ночью не было покоя, даже в четыре утра какой-нибудь водитель мог позвонить:

— Нафиса, я в аэропорту торчу уже сорок минут, рейс прибыл, а вашего клиента нет до сих пор. Что делать? Найди его.

То сам босс бесцеремонно будил в два часа ночи:

— Нафиса, я забыл забронировать на завтра конференц-комнату в офисе, а встреча начнется в восемь часов. Подъезжай пораньше, организуй там все. Не забудь проектор подготовить.

Она ждала, когда же станет полегче, когда же возьмут нового диспетчера. Но на это место все никак не могли найти человека, а возможно, специально тянули, экономили.

А вскоре ей стало еще труднее: уволилась телефонистка внутренней телефонной станции, автоматически ее обязанности легли на Нафису. Ей пришлось пересесть в холл к коммутатору — отвечать на все звонки и не пропускать внутрь подозрительных личностей. Подозрительными здесь называли налоговиков.

Почти месяц она совмещала три должности. Потом чуть ли не одновременно все же приняли двух девушек. Нафиса, как опытный работник, консультировала их по всем вопросам. Казалось, она уже знала все, что только можно ожидать от шефа, но он был непредсказуем:

— Нафиса, — кричал он из кабинета, — дай мне расписание самолетов на Берлин на семнадцатое число, утром, и на двадцатое — обратных рейсов, вечером.

Нафиса позвонила в агентство и попросила расписание на эти даты, а заодно на два предыдущих дня и на два дня вперед. И торжествуя про себя, пошла к шефу.

— Вот самолеты на семнадцатое туда и на двадцатое обратно, — протянула ему распечатку.

— А если поехать пораньше?

— Вот, — вытащила из папки другой лист.

— А если наоборот, вылететь позже, на следующий день?

— Вот.

— А если в Берлине задержаться, уехать оттуда попозже?

— Пожалуйста.

Нафиса ликовала — как она все предусмотрела! В этот момент шеф, задумчиво пожевав губами, протянул:

— А если поездом?

У Нафисы опустились руки — господин Белами просто неистощим!

— Сейчас узнаю.

— Иди, работай.

Нафиса зашла к Галине Семеновне, упала на стул:

— Я так больше не могу…

— Ничего, ничего, ты справляешься, молодец. Старайся пропускать мимо ушей его выпады… Знаешь, если бы я так реагировала на неприятности, как ты, то давно бы уже уволилась. Но и на другом месте нашлись бы проблемы. Ты, Нафиса, главное, дома о работе не думай. Вышла из офиса — все, забудь обо всех белами.

— Дома… дома еще хуже, там моя хозяйка сидит со своей собакой. Они меня скоро съедят.

— В смысле? Злобствует старуха?

— Да нет, она неплохая, и поговорить с ней можно. Съест — в буквальном смысле. Она вечно голодная, все время ест и ест. А кормлю ее я. Сколько ни принесу — все съедает, ничего нельзя взять в запас, на завтра.

— Ой, наверное, ее надо ограничивать. Такое бывает у пожилых — нет чувства насыщения. Ты много еды дома не оставляй, а то переест, еще плохо от этого станет.

— Да я так и делаю, ношу продукты каждый день. Сама ужинаю один раз, а Анна Ивановна раз пять присядет к столу, пока все не съест. На завтрак остается только кофе или чай. Пойду работать, а то шеф сейчас кричать начнет… Спасибо, Галина Семеновна, поговорила с вами, и как-то легче стало.

И тут же донесся громкий зов: «Нафиса!!!»

— Ну вот, дождалась…

А что творилось в праздники! Это был шквал поручений: кого-то поздравить, что-то заказать. И поздравить не одного-двух человек, а сотни. Приходилось заранее составлять списки, обязательно получить одобрение шефа — завизировать эти самые списки, адреса из базы конвертнуть, то есть распечатать на конвертах, закупить подарки, подписать открытки, разложить все по пакетам и потом отправить по адресам. Нафиса даже маршруты продумывала, чтобы машинам не приходилось кружить по городу впустую.

Рабочий день заканчивался в шесть, но она не могла уйти раньше шефа. Если у него было совещание, Нафиса сидела, ожидая, пока закончится. Зачастую господин Белами выходил через пару часов и спокойно заявлял, что ему ничего не надо и она может ехать домой.

За все время работы он ни разу не извинился. Девушка, сжав зубы, терпела, настраивая себя, как минимум, на два таких года: чтобы найти хорошую работу, нужно иметь не менее двух лет стажа. Но выдержала лишь год и плюнула — пусть не помощником, а просто секретарем, разница небольшая, но она уже сможет найти себе место. И после очередной истерической вспышки индуса написала заявление на увольнение, сунула его в папку с документами на подпись и оставила на столе у шефа. Он вызвал ее к себе часа через два.

— Что это?

— Мое заявление на увольнение.

— Я вижу, почему?

— Меня не устраивает такая работа.

— Работа или зарплата?

— И то, и другое.

— Иди, я подумаю.

А на следующий день вызвал и сказал, что она будет ассистентом отдела продаж и что теперь ее зарплата будет больше в два раза.

— Займешь стол в кабинете напротив. Да, сначала дай объявление о вакансии помощника, сама подберешь человека на свое место и введешь его в курс дела. После этого займешь тот кабинет. Иди, работай.

Нафиса вышла, не зная, плакать ей или смеяться. Зарплата обещана такая, что жалко терять, но работать и дальше с грубияном-индусом… Заглянула в соседний кабинет, посмотрела на свой будущий стол… и пошла давать объявление о вакансии. По крайней мере, к этому самодуру она уже привыкла.

Нафиса еще сидела, раздумывая, не уйти ли все же, а ее уже стали поздравлять сослуживцы — новость распространилась быстро. Разумеется, господин Белами и тут схитрил: пока она оставалась в приемной, зарплата оставалась прежней, но обязанностей сразу стало больше.