Чтение онлайн

— Это возможно, но я так не думаю. От вас утаили правду. Я скажу вам сейчас, что я видел ее тело и могу утверждать, что ее связывали, прежде чем бросить в воду, где она и утонула. Приговор следствия был «преднамеренное убийство».

— Милостивый Боже! — воскликнула женщина. — Господи всемогущий! Нам сказали только, что она не сама утопилась. Так она все же была беременна? Если вы правы, то, возможно, из-за этого ее убили? Хотя зачем кому-то поступать так ужасно?

— Я не знаю, миссис Паргетер, — сказал Саймон. — Но я собираюсь сделать все возможное, чтобы выяснить. А пока мне думается, что вам лучше ни с кем об этом не разговаривать. Конечно, если у вас хватит сил.

Она подняла голову.

— Мне придется быть сильной. Мне представить трудно, что сделают Гарри и Джошуа, если им такое придет в голову, и один Господь ведает, что произойдет, если они узнают наверняка. — Когда Саймон уходил, она сжала его руку в молчаливой благодарности. — Вы были очень добры, сэр. Очень редко случается, когда человек в вашем положении проявляет такой интерес.

— Поверьте мне, — сказал он, — я сам не успокоюсь, пока во всем не разберусь. Когда я узнаю больше, я свяжусь с вами.

Через полчаса миссис Паргетер с удивлением увидела у своих дверей дворецкого сэра Уолфорда. Мэтью Лоуренс был напыщенным, самовлюбленным человеком, которого терпеть не могли остальные слуги, главным образом, потому, что мало что из происходящего в имении ускользало от его глаз, о чем он немедленно докладывал господину. Миссис Паргетер ничего не оставалось, как пригласить его зайти. Она уже начала говорить, что вернется на работу на следующий день, но он перебил ее.

— Это вы сами решите, так распорядилась миледи. Но я пришел сюда по другой причине. Мне сообщили, что у вас побывал гость. Человек из Лондона. Могу я поинтересоваться, почему он навестил вас именно сегодня, в такой день?

Она подивилась, как он смог узнать о визите так быстро.

— Это был доктор, господин Лоуренс. Доктор Саймон Форман. Он, похоже, случайно заночевал в деревне и, услышав о смерти Элайзы, зашел, чтобы выразить свои соболезнования, потому что она консультировалась у него в Лондоне. — Даже если бы Саймон не предупреждал ее, она настолько не любила дворецкого, что все равно больше бы ничего не сказала.

— Ясно. Он рассказал, зачем она к нему приходила?

— Он сказал, что она попросила лекарство для своей госпожи, леди Оливии, а так же, как многие молодые глупышки, хотела, чтобы он составил ее гороскоп.

Дворецкий подумал.

— И это все?

— А что еще может быть?

Дворецкий молча разглядывал женщину.

— Так вы говорите, что доктора звали Форман?

Миссис Паргетер кивнула и закрыла за ним дверь. Вернувшись в дом, Лоуренс немедленно взял перо и бумагу и быстро написал записку своему хозяину, сэру Уолфорду, после чего позвал слугу и приказал ему немедленно отвезти записку в Лондон, причем ехать быстро, останавливаясь только в случае крайней необходимости.

Усталый посыльный благополучно прибыл в дом сэра Уолфорда на следующее утро и после долгих препирательств с привратником был впущен в дом. Сэр Уолфорд, который по утрам обычно пребывал в дурном настроении, не проявил восторга, когда ему сообщили, что прибыл курьер со срочным посланием из поместья, но, прочитав записку, тут же послал за секретарем. Судьба Элайзы была настолько ему безразлична, что он даже не удосужился спросить, чем закончилось следствие. Девушка умерла, ее увезли домой, чтобы похоронить, и все, больше говорить не о чем. Если он вообще думал на эту тему, то только чтобы порадоваться, что дорогая безделушка была найдена на ее теле и возвращена в дом. Поэтому, когда ему напомнили об этом деле, он разозлился.

Когда Фрэнсис Даун вошел, он сунул ему письмо и потребовал объяснения. При этом он раздраженно ходил по комнате.

— Что это значит? — прорычал он, когда Даун прочитал письмо управляющего. — Этот доктор Форман. Это не тот человек, который приходил сюда и рассказывал нам о смерти девицы?

Дайн подтвердил, что да, тот самый.

— Тогда какого черта он рыскает по моему имению?

— Если верить письму Лоуренса, он оказался в деревне случайно, он так сказал миссис Паргетер, — спокойно ответил секретарь. — Но если хотите знать мое мнение, то я считаю, что он поехал туда намеренно, с собственной целью.

— И какой целью? Почему он вмешивается в мои дела?

— Наверное, сэр, вы не знаете, что выяснилось во время следствия?

— Чего я не знаю? Только ради бога, не ходи вокруг да около.

Даун заговорил самым своим ласковым тоном.

— Не знаете, что приговор по делу Элайзы был — «преднамеренное убийство»? И все благодаря доктору Форману.

Сэр Уолфорд так удивился, что застыл на месте.

— Ты что, совсем рехнулся?

— Доктор Форман заметил следы на запястьях девушки, — продолжил Даун. — Следы эти, как он сказал, могли быть оставлены только веревкой, которой она была связана. Были и другие признаки, которые говорили о том, что она была убита, и присяжные с удовольствием согласились, хотя коронера это разозлило. Поэтому я полагаю, что Форман направился в Вейл, чтобы узнать, не найдется ли там других доказательств его версии.

— Этот человек представляет для нас угрозу! — рявкнул сэр Уолфорд.

— Не возражаю, — согласился Даун.

— Так что мы будем с этим делать, — снова проревел хозяин, — пока он не поставил на уши не только весь город, но и предместье?

— Если вы дадите мне высказаться, сэр, — ответил Даун, — то я скажу, что, по моему мнению, есть два способа помешать ему причинить нам еще большее зло. Во-первых, когда я рассказал вашей дочери в приговоре, она поведала мне, что Элайза как-то говорила ей, что завела буйного любовника, который иногда ее поколачивал. Ваша дочь из сочувствия к горничной умоляла ее бросить этого любовника. Если доктор Форман прав, то можно сделать вывод, что она не последовала совету леди Такетт. В таком случае на нее могли напасть, прежде чем утопить, и виновником здесь, без сомнения, является этот ее любовник. Возможно, даже, что она собиралась передать ему украденную подвеску, но прежде чем она успела это сделать, они разругались.

Сэр Уолфорд задумался.

— А Оливия знает, как зовут этого человека?

— Не думаю. Она только сказала, что он вроде бы моряк. Нет сомнений, что в данный момент он уже благополучно плывет на другой конец света.

— Ну, это хоть что-то, — проворчал сэр Уолфорд. — Так какое это имеет отношение к доктору Форману?

— Я предложил вашей дочери написать письмо коронеру, изложив ситуацию и пояснив, что она была слишком расстроена, чтобы сообщить ему об этом до следствия. Она также может предложить рассказать об этом доктору Форману, если он никак не успокоится. Это поможет утрясти дела с конторой коронера.

— А Оливия написала?

— Я не спрашивал.

— Тогда давай выясним. Пойди и скажи ей, что я желаю немедленно ее видеть.

Он ждал с нарастающим нетерпением, но Даун вернулся и сообщил, что леди Оливия куда-то уехала.

— Ладно, тогда я напишу коронеру! Вернее, ты напишешь, а я подпишу. Сделай это сейчас же. И немедленно отправь! — Сэр Уолфорд помолчал. — Ты вроде говорил, что есть еще второй способ избавиться от Формана?

Даун улыбнулся.

— Я потрудился и собрал все сведения о нем. От вашего имени, — поспешно добавил он. — И я узнал, что Королевский колледж врачей не слишком хорошего о нем мнения. Он никто, появившийся ниоткуда, и ему пришлось постараться, чтобы убедить Королевский колледж, что он обладает хорошей квалификацией. Более того, они вызывали его на Совет несколько раз. Один из них даже сказал мне, что считает Формана самозванцем. Они некоторое время отказывали ему в лицензии на практику.