Чтение онлайн

— Выходит, он не настоящий врач? — спросил сэр Уолфорд.

— Он утверждает, что обучался в Италии, и создается впечатление, что в конечном итоге ему удалось убедить Кембриджский университет признать его, так что Колледж был вынужден последовать примеру университета. Но имеется изрядное количество людей, которые были бы рады, если бы у него отняли лицензию. Разумеется, стоит привлечь их внимание к врачу, который вмешивается в дела других людей, не имеющих ничего общего с медициной. Если еще учесть, что он только что огорчил выдающегося коронера. Юридической жалобы в Королевский колледж будет достаточно, чтобы лишить его практики.

Сэр Уолфорд потер ладони.

— Ты хорошо поработал, Даун, очень хорошо. Напиши письмо врачам и отправь его поскорее. Я не позволю никому вмешиваться в мои дела!

Саймон и Джон вернулись с Лондон на следующее утро, проведя ночь в гостинице примерно в пятнадцати милях от города. Как всегда случалось во время его отсутствия, казалось, половина местного населения захворала и почувствовала необходимость во врачебной консультации. Аптекарь приходил дважды, чтобы узнать, какие ингредиенты требуются для лекарства от опоясывающего лишая, и сейчас он снова сидел на кухне, дожидаясь возвращения Саймона. Анна также сообщила ему, что накануне приходила леди в сером и, не обнаружив его дома, вернулась сегодня утром. Она отказалась назваться.

Он первым делом дал аптекарю список ингредиентов для лекарства от лишая: прокипятить листья подорожника в ячменном отваре, в который потом добавить размельченный фиалковый корень, немного железистой глины и немного размельченного красного железняка. Аптекарь все аккуратно записал и поблагодарил Саймона. Хотя Саймон в основном сам готовил свои лекарства, аптекарь всегда просил у него совета, держал у себя большие запасы микстур, мазей и других ингредиентов, которыми пользовался Саймон, и поставлял их ему в готовом виде. Как и большинство специалистов его профиля, аптекарь не только снабжал врачей, но и прописывал лекарства сам, в основном тем, кто был слишком беден или боялся обратиться к врачу.

— От этой скверной погоды, доктор, много случаев цинги. Как ее лучше лечить?

— Если дело не зашло слишком далеко, пусть едят водяной кресс. Полагаю, вы им это уже посоветовали или давали сами вместе со сладкой кашей.

— Ага, — подтвердил аптекарь, — но во многих случаях болезнь не отступает.

— Тогда попробуйте репяшок, лакричник и ревень, сваренные в отваре полыни и корицы. Но больше всего им нужно хорошее лето, а с этим дела обстоят неважно. — Аптекарь поблагодарил Саймона и ушел.

Вояж в Эссекс дал Саймону обильную пищу для размышлений. Он отказывался думать, что неожиданное богатство Элайзы не имеет никакого отношения к ее гибели. Что касается доктора Джеймса Филда и его потерянного наследства, он не мог решить, значит это что-нибудь или нет. Вот если бы из Темзы выловили Оливию, тогда деревенского священника можно было бы заподозрить, — Саймон отдавал себе отчет, что начинает фантазировать. Но Филд ничего не выигрывал от смерти ее горничной. Все было очень запутано.

В этот момент вошла Анна и доложила, что леди в сером вернулась и требует, чтобы он немедленно ее принял. Ее провели в кабинет. Моя на кухне руки, Саймон забавлял себя мыслью, что темноволосая Авиза нашла его столь же неотразимым, какой нашел ее он, и вследствие этого пришла к нему за консультацией.

Когда он открыл дверь в кабинет, девушка в сером стояла на том же самом месте и в той же позе, что Элайза во время первого визита. На мгновение он похолодел. Но это не была беспокойная душа, не нашедшая успокоения. Рост, фигура, даже осанка были практически одинаковыми, но это не была Элайза Паргетер. Волосы Оливии Такетт были цвета темного золота, а бледно-серое платье сшито из отличного бархата. Он учтиво поздоровался, пододвинул к ней стул и предложил сесть. Они сели друг напротив друга по разные стороны стола. Он дивился, зачем она пришла.

— Жаль, что меня не было дома, когда вы приходили раньше, — сказал он.

Она пожала плечами.

— Я приходила без предупреждения, но, как видите, я все же вас застала. — Она начала говорить без всяких предисловий. — Вы явились причиной целого ряда лишних неприятностей, доктор Форман. Я полагала, вы достаточно заняты, чтобы проявлять столь живой интерес к смерти моей горничной.

Ему невольно понравилась ее откровенность.

— Боюсь, я не понимаю, — сказал он. — Может быть, вы будете так любезны и просветите меня относительно тех неприятностей, которые я якобы причинил, леди Такетт. Тело вашей горничной по чистой случайности оказалось на берегу около моего дома. Так как это тело досталось мне, я поставил в известность коронера и осмотрел его, как поступил бы в любом подобном случае.

— Но вы пошли дальше, не так ли? — продолжила она. — Заявили на следствии, что, по вашему мнению, ее убили.

— Я действительно так думаю. Основываясь на характере полученных ею травм. Как вы уже знаете, присяжные со мной согласились.

Оливия встала, волнение мешало ей сидеть спокойно.

— Очень жаль, что вы сначала не пришли ко мне и ничего мне не рассказали. Есть вопросы, которые я могла бы для вас прояснить.

«Интересно, что последует за этим?» — подумал он.

— Тогда, ради Бога, сделайте это сейчас, леди Такетт.

Она наклонила голову.

— Прекрасно. Если бы вы спросили, я бы рассказала вам, что у Элайзы уже несколько месяцев был буйный любовник, который иногда ее бил, и в вечер ее смерти у нее было с ним свидание. Я сообразила, что она пропала, только на следующее утро, в то самое, когда ее нашли в реке, потому что я провела предыдущий вечер в «Доминиканце» вместе с моей подругой Селией Уинтер. Наши отцы коллеги. Вернулась я значительно позже, чем рассчитывала, — у меня вдруг закружилась голова. В дом отца я приехала после полуночи, и, естественно, поскольку Элайзы не было в моих покоях, я решила, что она спит. И не стала ее будить.

— Я не раз предупреждала ее насчет этого любовника, но она не слушалась. Возможно, она испытывала удовольствие, когда ей причиняли боль. Вы должны знать, что есть такие женщины, да и мужчины тоже. Получается, что если ваши подозрения справедливы, то следует искать этого мужчину.

Саймон откинулся на спинку стула.

— Ясно. Разумеется, несть числа странностям, к которым прибегают некоторые мужчины и женщины, чтобы получить удовольствие, но я не верю, что Элайза Паргетер была одной из них. Я готов поклясться, что, когда она в первый раз приходила ко мне, у нее еще вообще не было любовника — никакого, не говоря уж о буйном. Из ее слов можно было сделать вывод, что она не имела никакого понятия о мужчинах, в то время, во всяком случае. Потом, естественно, она кого-то себе завела, потому что умерла беременной. Но я не думаю, что ее убил буйный возлюбленный. Теперь прошу меня извинить. Если это все, что вы собирались мне сказать, то мне нужно заняться приемом пациентов — меня не было почти три дня.

Оливия круто повернулась.

— Но это еще не все. Я также хотела проконсультироваться с вами, как со специалистом. Вы ведь врач, в конце концов.

— Чем я могу быть вам полезен?

— Такое впечатление, что я не могу зачать. Я уже несколько месяцев замужем, а ребенка все нет.

Саймон улыбнулся.

— Времени прошло совсем немного, миледи. Хотя есть женщины, которые рожают своего первого ребенка ровно через девять месяцев после свадьбы, есть и такие, которым приходится ждать месяцы, иногда годы. У вас месячные регулярные?