Чтение онлайн

– Помогла тебе сигаретка?
– спросил он.
– Что-то с тобой не так.

– Все в порядке, - попробовала возразить я.
– Все объясню, водички бы сейчас.

– Водички - это хорошо. Так чего же мы стоим? Давай закрывайся, сейчас в ближайшем ларьке минералки возьмем.

То ли от свежего ветра, то ли еще от чего, но мне значительно полегчало, а когда я выпила немного минералки, вообще все прошло. Герт не приставал ко мне с расспросами, и я была ему за это благодарна. Но когда подъехали к дому, то настроение у меня снова резко ухудшилось. Это надо же, сколько всего произошло за один день. Герт уже подошел к дверям, а я все еще плелась следом.

– Что за черт!
– Он пытался открыть дверь.
– Утром звонил, звонил, сейчас стою тыркаюсь. Что с замком случилось?

Я достала из сумочки ключи и открыла дверь.

– Я же тебе говорила перед уходом, что пришлось поменять замки, сказала я, бросая сумочку на трюмо и отправляясь в ванную.
– Или ты забыл?

Герт растерянно вертел в руках ключи и смотрел на дверь.

Пока я плескалась в ванне, приводя себя в порядок, он все же закрыл дверь, протопал на кухню и поставил чайник. Я застала его сидящим за столом. Он подпирал голову руками и мрачно смотрел в чашку.

– Садись, - сказал он, не поднимая глаз, - нам есть о чем поговорить.

– Конечно.
– Я присела.
– Герт, я давно хотела тебе все объяснить...

– А объяснить тебе придется, - он протянул руку через стол и больно сжал мое запястье, - потому что мне надоели эти чертовы недомолвки. Ты меня поняла?

Герт говорил тихо, но бешенство в его глазах не сулило мне ничего хорошего. Я кивнула.

Глава 22

– Ты просто сдурела!
– орал Герт, расхаживая по кухне.
– Нет, скажи мне, на кой черт ты с ним вообще связалась? Поперлась в Москву?..

– Да не связывалась я, - пыталась я как-то отбиться от его наскоков. И вспомни, дорогой, ты же сам нас познакомил. И насчет моей поездки ты был в курсе...

– Дурак я конкретный, что так сделал, - продолжал бушевать Герт, - но и ты нисколько не лучше! А насчет поездки... Если бы я знал, зачем именно ты туда едешь! Ты же не потрудилась рассказать об этом!

– Да что случилось? Я ведь не сделала ничего плохого.

– Ты не сделала, - он остановился передо мной и погрозил пальцем, - но это не значит, что так же поступили и другие.

– Ну, довольно, - я тоже разозлилась, - прекрати немедленно. Еще не хватало, чтобы ты стал в чем-то меня обвинять. Да мне твой... художник и на фиг был не нужен! Но ты ведь сам предложил сходить к нему на выставку, взять интервью. Что, совсем память отшибло?

– Ничего у меня не отшибло, - пробурчал Герт, но, похоже, успокоился.
– Одно дело по выставке походить, интервью взять, ничего особенного в этом нет. Но совсем другое дело - выполнять его поручения. Ты что, не могла отказаться?

– Да с какой стати мне было отказываться?
– Я разозлилась не на шутку.
– Что здесь особенного? Подумаешь, попросил человек отвезти сувенир в Москву. Что здесь такого?

– Такого - ничего! А почему этот человек для своего поручения не нашел никого другого? У него что, знакомых мало? Нет, ему понадобилось выбрать именно тебя!

– Знаешь, Герт, - я стала успокаиваться и достала из пачки сигарету, меня тоже волновал этот вопрос. Я спрашивала себя почти в тех же самых выражениях. Но ничего так и не смогла придумать. Посчитала, что ничего особенного в этом нет. Отвезла вазу, и все.

– Вазу...
– Герт вытаращился на меня, словно увидел привидение.
– И ты повезла эту чертову корейскую черепушку в Москву? Нет, ты точно рехнулась!

– Ничего я не рехнулась!
– заорала я, в свою очередь.
– Хватит уже надо мной издеваться!
– Но тут меня пронзила новая мысль: - Герт, откуда ты знаешь, что это была ваза мэбен?

– Догадался, - буркнул он.
– Интересно, а что это еще могло быть? Все, подруга, игрушки кончились, давай садись и выкладывай подробненько, что ты в этой чертовой Москве делала. Давай, давай, - добавил он, - и учти, что я тебя все равно не отпущу, пока ты мне все не скажешь.

– В каком это смысле?
– Я повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза.
– Как это ты меня не отпустишь?

– В самом прямом, - заверил Герт.
– И не надейся, что я такой добрый. Ты пока еще не въехала или, может, прикидываешься наивной дурочкой. Ладно, не прикидываешься, но получается, что именно такая и есть. Тебе не нужно было с ним связываться. Ты так и не понимаешь, какой опасности просто чудом избежала.

– И что же со мной могли сделать?
– Я постаралась, чтобы голос прозвучал насмешливо.
– Неужели убить? Из-за того, что я привезла "корейскую черепушку", как ты говоришь?

– Убивают и за меньшие провинности, - серьезно ответил Герт, - а ты ввязалась в чужую игру. И тебя могли шлепнуть без всякого сожаления. Ты ничего странного в этом самом фонде не заметила?

– Не фонде, а центре, - поправила я, - в Центре корейской культуры.

– Да какая, хрен, разница, говори уже, не тяни.

Деваться действительно было некуда, и мне пришлось рассказать Герту о том, как я путешествовала по Москве, как бродила по центру, не зная, куда мне идти, как отдала вазу Александру Паку, как потом случайно наткнулась на авангардиста Иванова.

– А он знал, что ты везешь вазу?
– быстро спросил Герт.

– Конечно, нет.
– Я удивленно глянула на него.
– Карчинский попросил никому о цели поездки в Москву, не говорить, даже тебе.

– Что ты и сделала, - он с досадой махнул рукой.
– Правильно он рассудил, если бы ты мне сказала, то я эту черепушку ему на голову бы надел и тебя бы никуда не пустил.

– Забавно.
– Я засмеялась.
– Именно так все и произошло. То есть, конечно, не совсем так. Я когда от авангардиста избавилась, стала выход искать и очутилась опять в кабинете Пака, где уже лежала разбитая ваза. Можешь себе представить? Я старалась, везла ее, а там ее разбили, не прошло и пяти минут.

– А ты уверена, что это та самая ваза?
– спросил Герт.

– Я не уверена на все сто процентов, но там валялась бумага, в которую она была упакована, а рядом черепки. Наверное, все-таки разбили вазу Карчинского.

– Вазу Карчинского, - задумчиво произнес Герт, думая о чем-то своем. А дальше что?

– Дальше - ничего, - пожала я плечами.
– Я вернулась домой, встретилась с Карчинским, передала ему сверток от Пака, сказала, что вазу разбили.

– Держу пари, что он не слишком удивился, - сказал Герт.
– А ты не додумалась случайно заглянуть в сверток, который тебя просили передать?