Чтение онлайн

– Вы еврей?
– напрямую спросила я.

– А что, так сильно заметно?
– Он слегка повернулся ко мне.
– Как говорит моя дорогая мамочка Роза Израилевна: "Принадлежность к избранному народу все равно не скроешь". А вас это очень сильно раздражает?

– Нет, - я пожала плечами.
– Я просто так спросила. Вы мне напомнили одного моего сотрудника, Яшу Лембаума.

– Вот здорово!
– Он засмеялся.
– А я Йосик. То есть Иосиф Ленперг. Видите, даже фамилии у нас с одной буквы начинаются. И все-таки, дамочка, куда вас отвезти? Или вы просто хотите покататься по городу, пока не исправится ваше плохое настроение?

Может, это и не самое умное решение - тратить деньги, катаясь по Москве, но мне действительно необходимо было немного прийти в себя. Как же мне не хватает моего Измайловского парка! Как мне не хватает серого низкого неба и серой воды Невы! Хорошее настроение на самом деле мне может вернуть только родной Питер. Такой сырой, такой продутый всеми ветрами, но все-таки родной.

– Знаете, - сказала я, - отвезите меня куда-нибудь, где я смогла бы немного побыть одна, подышать воздухом. Ведь есть же у вас парки. Сокольники, что ли...

– Нет, - Йосик даже притормозил немного, - не надо вам в Сокольники, я вас лучше в Останкино отвезу. Там прекрасный ботанический сад. Походите, подышите, сразу в себя придете. Согласны, дамочка?

– Конечно, - я немного повеселела.
– Скажите, а почему вы все время говорите "дамочка"?

– Потому что моя дорогая мамочка Роза Израилевна с детства учила меня быть вежливым.
– Йосик снова разулыбался.
– "Девушка" говорят, когда хотят завязать какое-то близкое знакомство или навязать свое общество. Это больше подходит для русских или кавказцев. Только последние говорят "дэвушка" и обязательно подмигивают. А что, разве не так?

– Так. Все правильно.
– Я уже смеялась.
– А вы, Йосик, оказывается, веселый человек.

– А жить печальным на белом свете было бы слишком грустно, - заключил еврей, водитель и философ.
– Ну вот, мы почти и приехали.

– А почему почти?
– удивилась я.
– Кажется, прямо отсюда и можно гулять.

– Можно, - согласился Йосик.
– Но я хочу подвести вас поближе к ботаническому саду. А знаете что, - он повернулся ко мне, - если вы мне скажете, сколько времени здесь пробудете, то я за вами могу приехать. Уверен, что прилетели вы в Москву не только затем, чтобы в ботаническом саду погулять.

– Хорошо, - ответила я.
– Мир, оказывается, не без добрых людей. Думаю, что часа полтора мне вполне хватит.

Я пошла по дорожке и услышала позади себя шум отъезжающей машины. Даже если Йосик не вернется вовремя, как-нибудь доберусь. В конце концов, Карчинский не указал мне точное время, когда я должна явиться в Центр корейской культуры. А значит, Александру Паку придется немного подождать его вазу мэбен.

Уходя все дальше, я поддевала носком сапога опавшие листья и вспоминала то чудо, которое видела на выставке Карчинского.

А ваза мэбен и была настоящим чудом. Все же могут люди делать красивые вещи. И говорят, кажется, на Востоке, что в красивую вещь мастер обязательно вкладывает часть своей души. Хотя так может сказать любой человек, неважно, в какой части света живущий.

Большие спокойные деревья вокруг, желтые листья, усыпавшие дорожку, чуть горьковатый запах, что они издавали, настоящий запах осени, все это незаметно подняло мое настроение. Конечно, я часто бываю на взводе и злюсь безо всякой причины, но стоит мне походить среди деревьев, как наступает умиротворение. И теперь я готова посетить хоть тысячу центров. Потом можно будет забежать в какое-нибудь кафе или бар, затем на поезд и домой. Все-таки отлично, что можно за один день справиться со всеми делами и, покинув одну столицу, вернуться в другую.

Йосик не обманул. Он действительно ждал меня на том же самом месте, словно и не уезжал никуда. Я уселась в такси бодрая и повеселевшая. Машина весело заурчала мотором, и мы понеслись по дороге. Йосик травил анекдоты, обнажая желтые зубы. Я смеялась, забыв о своем плохом настроении.

Центр корейской культуры отыскался на удивление быстро, и я, поблагодарив Иосифа Ленперга за умение разбираться в людях и за отличную прогулку, расплатилась и стала быстро подниматься по ступенькам.

Снаружи здание выглядело отлично. Красивая отделка, хорошо подобранные краски. Но внутри царил полумрак, было много лестниц и длинных коридоров. И никого. Я бродила по этим коридорам в надежде, что какая-нибудь добрая душа поможет мне, стучалась в закрытые двери, но никто не откликался. Что это еще за вымершее здание? Эпидемия у них, что ли? Боюсь, после таких бесплодных блужданий настроение снова резко упадет ниже нуля. Но не успела я окончательно пасть духом, как одна из дверей отворилась и показался юноша с типично азиатской внешностью.

– Вы что здесь делаете?
– удивился он.
– Все давно уехали.

– Как уехали?
– растерялась я.
– Куда?

– Как - куда?
– теперь он, не понимая, смотрел на меня.
– В "Темп", куда же еще. Мероприятие начнется через два часа. А вы почему не поехали?

– Потому что я только что приехала, - ответила я, едва сдерживаясь и подходя к нему поближе.
– Вы, вероятно, меня не за ту принимаете. Я здесь по поручению, и мне нужен руководитель центра Александр Пак.

– Его нет, - быстро ответил юноша.

– Послушайте, молодой человек, - раздражение начало подниматься во мне, - я ведь с вами не шутки шучу. Я прилетела сегодня из Питера, чтобы встретиться с Паком и передать ему посылку. Так что перестаньте валять дурака и скажите, где его можно найти.

– Из Питера, - повторил юноша.
– Подождите здесь, я сейчас узнаю.

И не успела я опомниться, как он уже скрылся за дверью. А я осталась в полутемном коридоре. Ничего себе поездка получается! Но долго возмущаться мне не пришлось, так как юноша вылетел из комнаты, как пробка из бутылки, и бросился ко мне.

– Вы из Питера?
– повторил он.
– Пойдемте, Александр Максимович ждет вас.

И он уверенно зашагал по коридору. Мне пришлось прибавить шагу, чтобы не отстать от него. Мы поднялись на третий этаж и прошли по маленькой галерейке. Внизу под нами открывался огромный холл с красивыми панно на стенах. Я залюбовалась яркими красками, удивительными переливами цветов.

– Нравится?
– спросил юноша, не оборачиваясь.

– Конечно, - кивнула я.

– Настоящая корейская работа, - с гордостью произнес он.
– Правда, раньше такие панно делали вручную, а теперь на станках. Но все равно красиво. Мастерицы сидят перед открытыми окнами и переносят на ковры узоры, которые видят перед собой. Поэтому очень часто изображаются горы, долины, водопады.

– Удивительно, - сказала я.
– Представляю, сколько труда в них вложено.

– Это неважно, - отмахнулся юноша, - главное - доставлять радость людям. Пойдемте вот сюда.

Мы свернули из галерейки в небольшой коридорчик. Юноша открыл дверь и кивнул мне, чтобы я заходила. Я оказалась в небольшой приемной. Дверь за мной захлопнулась. Решив, что здесь и находится кабинет главы центра, я пересекла приемную и нажала на массивную бронзовую ручку кабинета.

– Можно?
– спросила я, слегка приоткрыв дверь.