Чтение онлайн

Помахав мне на прощание, она скрылась за кулисами. Я отправился к своему столику, чтобы прослушать ещё две баллады. Когда я вышел из зала, смеркалось.

Прямо на дороге я столкнулся с сержантом Смайли. Именно сейчас мне меньше всего хотелось встретиться с этим типом. Я попытался прошмыгнуть мимо. Но он заметил и окликнул.

– Что, все ещё на свободе? Здесь какие-то дела?

– Личные. А что такое?

Смайли свирепо уставился на меня.

– Ты мне не хами, Маклин. Говорят, в деле Маккинона ты вне подозрений. Послушай моего совета - не вмешивайся. Не суй нос, куда тебя не просят. И не сомневайся, самое мое сильное желание - упрятать тебя за решетку.

– Когда мне понадобится твой совет, обязательно спрошу. Но я думаю, не раньше, чем я облысею или поседею. До тех пор не подходи ко мне без ордера.

– Видали мы таких крутых.

Я понимал, конечно, что сам нарываюсь, но уж больно он был мерзок. Таким, кто в каждом видит преступника, не место в полиции.

– Ну, что же, когда захватишь ордер, приходи в гости.

Я отвернулся и пошел прочь. Да, логичное завершение отвратительного дня. Впрочем, уснул я спокойно и быстро

.

ГЛАВА 4

Идиллическая интерлюдия

Следующее утро выдалось просто замечательным. Небо чистое, ни облачка. Десятый день стояла жара, и в газетах уже стали появляться заметки о предстоящей засухе и неминуемой гибели урожая. Хотя для меня оставалось загадкой, как в стране, где дождь идет триста дней в году, может не хватать воды.

Мариан Никольсон ждала меня на Джордж Кросс у большого супермаркета. На ней было что-то немыслимо розовое и легкое, выгодно оттеняющее каштановый оттенок волос.

– Привет, Рой!
– весело крикнула она, садясь в машину.
– Всю ночь я пыталась сообразить, что заставило меня согласиться. Но сегодня такой чудный день, что все сомнения улетучились.

Я рванул машину на юг к Норт Стрит, к мостам через Клайд, и выехал на юго-западное шоссе.

– Каковы бы ни были причины, я рад, что ты здесь, поэтому попробуем чудесно провести время.

– Можно один маленький вопросик? Судя по всему, ты знаешь, куда мы едем; мне бы тоже хотелось знать.

– Маяк Тэрнберри. Там здорово. Убедишься сама.

– По крайней мере, я там никогда не была. Впрочем, разве у меня есть выбор?

– Конечно. Выбор очень простой: либо едешь со мной на маяк, либо остаешься дома.

– Да, не густо. Или скажи "да", или домой. Не вздумай потом разыгрывать поломку автомобиля. Предупреждаю сразу, - я хорошо разбираюсь в моторах.

Мы выехали на автостраду, ведущую к морю. В летний воскресный день, когда отдыхающие табуном устремляются на Айрширское побережье, это скоростное шоссе называют "долиной смерти". Но была только пятница, и движение оказалось не столь оживленным. Вскоре показалось море. Гладкую, как стол, поверхность, не тревожил даже легкий ветерок.

– Сегодня штиль. Надеюсь, ты умеешь плавать?

– Естественно.

– О, какая замечательная девушка. Столько талантов: поет, умеет ремонтировать моторы и плавать. Есть ещё достоинства?

– Хорошо готовлю.

Я от души рассмеялся.

– Можно сделать предложение руки и сердца прямо сейчас или подождать?

Мы остановились выпить кофе в придорожном баре. Не потому, что хотелось пить, а просто, чтобы доказать самим себе, что спешить некуда. Этот день наш! За время пути мы нашли общий язык и, казалось, знаем друг друга давным - давно. Не помню, о чем мы говорили, но хорошо помню, что все время смеялись. И женщина в баре с пониманием смотрела на нас.

Наконец ближе к полудню мы почти добрались до места. Свернули с автострады на проселок, ведущий к маяку. Тот стоял на скалах, разделенных бухтами на три гряды. В результате получалось три каменистых мыса, глубоко под водой обросших густыми водорослями. Настоящий рай для аквалангистов!

Самая южная оконечность была достаточно плоской и во время прилива покрывалась водой. Я надеялся показать Мариан настоящий подводный ботанический сад, хорошо видный во время отлива. Через четверть мили скалы уступали место песчаному пляжу с кое-где торчавшими колючками. Мы оставили машину у маяка и перетащили снаряжение на пляж. Потом переоделись за скалами и пустились к воде. Я помедлил, залюбовавшись фигурой Мариан и её движениями. Да, я уже видел, как она поет, вижу, как плавает, интересно, как она готовит?

Привычка к гидрокостюму сделала меня слишком чувствительным к перепаду температур. После палящего солнца вода показалась ледяной. Догнать Мариан мне удалось только на середине рифа. Она оглянулась через плечо и рассмеялась. Без маски и очков я различал под водой только размытые очертания её точеной фигуры.

Мы запыхались, выбираясь на берег. Я пошел, взял маску, трубку и ласты, запасной комплект для Мариан.

– А теперь приступим к первому уроку.

– Интересно, скольких девушек ты уговаривал надеть эти штуковины?

– Обязательное условие для успешного начала.

Я показал, как пользоваться снаряжением, и уже через несколько минут мы плыли по подводному саду. Мариан следовала за мной тенью, как заправский аквалангист, иногда даже осмеливалась нырнуть поглубже за чем-нибудь интересным. Я вел её туда, где скалы обрывались на достаточную глубину, и вода от разросшейся на дне ламинарии приобретала темно-лиловый оттенок.

Я резко пошел вниз, Мариан следовала за мной. Мы опустились ниже уровня водорослей. Большая рыба нырнула в морскую чащу, чувствуя себя в безопасности под их прикрытием. Вдруг Мариан рукой указала в сторону камней и пулей устремилась на поверхность. Резко обернувшись, я увидел, что её так напугало. Огромный пятифунтовый омар сидел в расщелине на раздавленных раковинах - остатках обильной трапезы. Сине-черная спина выдавала солидный возраст. Заметив, что я поворачиваю, он пытался закрыть вход в свое логово огромными клешнями величиной с кулак молотобойца.

Но у меня ещё оставалось немного воздуха, чтобы нырнуть, схватить его за спину и поднять на поверхность.

Мариан ждала меня наверху.

– Что это было?

Показав улов, я сообщил:

– Наш обед. В меню - омар под майонезом.

На берегу я обнаружил небольшое углубление в скале, куда и поместил добычу. Потом мы бегали наперегонки, смеялись, как дети. Пробежав, наверное, с полмили, мы возвращались, взявшись за руки и молча. В словах нужды не было.

Потом мы устроились в глубокой лощине, согретой солнцем. Было тихо. Только жужжание шмеля, звучащее как бас-гитара, нарушало тишину. Густой завиток каштановых волос щекотал мне щеку, доносился слабый запах духов, который не смогла смыть даже морская вода. По части ароматов я был довольно искушен. Некоторые возрождали во мне самые разнообразные воспоминания. Но этот мне знаком не был.

Я зарылся в копну её волос. Мариан смотрела на меня сквозь ресницы.

– Мне нравятся твои духи. Как они называются?

Мариан улыбнулась.

– Спорим, в этом ты ты специалист. Эти - от Гойи. "Черная роза".

– Очень приятные, и тебе идут.

Она тихо улыбнулась. Я наклонился к ней и поцеловал...

Потом, после обеда, я затронул тему, ради которой мы встретились. Мариан сразу стала серьезной.

– Послушай, Рой. Я думала об этом всю ночь. Они оба мертвы. Им уже ничем не поможешь, не лучше ли оставить все как есть?