Чтение онлайн

— Что именно, Дэн? Надеюсь, знаешь, что мы понимаем, как ты боишься Тага?

Предводитель зарычал от боли и ярости:

— Ты немного сходишь с ума по Тагу, верно?

— По Тагу? — переспросила девушка, поднимая глаза к потолку. — Да. И даже больше, чем немного.

— Вот! — проворчал Мэлли. — Этот щеголь… этот карточный шулер… этот конокрад… этот грабитель и взломщик сейфов… этот трюкач… но ты сходишь по нему с ума!

— Да, схожу по нему с ума, — хладнокровно подтвердила Молли.

— Ради него ты отвергла Чемпиона!

— Я никогда не отвергала Чемпиона, — возразила она.

— Значит, сделаешь это.

— Да, возможно. Не знаю.

— Я должен тебе сказать, что Чемпион стоит десятка таких, как Эндерби. Таг ненадежный человек. Он более скользкий, чем ртуть!

— Для тебя, Дэн, — согласилась Молли. — Ты так долго отлеживался в этих диких местах, что превратился в старого ревматичного дворового пса. Ты укрощен. Неудивительно, что боишься таких, как Таг!

Предводитель бандитов гневно смотрел на нее несколько секунд, тщетно пытаясь найти слова. Затем, круто повернувшись, выскочил из хижины и захлопнул за собой дверь.

Ничуть не обеспокоенная, девушка опустилась на стул и принялась за завтрак.

— Он взорвется. Распален и шипит, как раскаленное железо в воде, — проговорил Такер, глядя на нее почти с восхищением. — Зачем ты его дразнишь, Молли? Что это тебе дает?

Девушка спокойно посмотрела на него через стол:

— Почему ты считаешь, что я отвечу на твои вопросы, Такер?

Бандит быстро взглянул в направлении двери. Затем наклонился немного вперед и прошептал:

— Потому что я предан Эндерби. Он купил меня, мою душу и мое тело!

В первый раз бандит увидел блеск в ее глазах — сбивающие с толку вспышки света, вырвавшиеся из бездонной глубины души.

— Я верю тебе! — тоже шепотом ответила девушка.

И Такер почувствовал себя так, словно ее вера сделала его королем.

Молли мгновенно повысила голос, многозначительно кивнув собеседнику:

— Каждый раз за едой происходит одно и то же. Видишь ли, он приходит сюда, чтобы получить удовольствие от хорошей еды. И всегда вот так. Прежде чем успевает допить вторую чашку кофе, так заводится, что выбегает из хижины, чтобы поругаться на свежем воздухе.

— Что ты получаешь от этого?

— Просто нравится его дразнить, — призналась девушка. — Полагаю, что он едва ли не самый ужасный дьявол в мире. А разве не забавно заставить настоящего дьявола извиваться и корчиться? Ты так не думаешь?

— Может быть, — с сомнением проговорил Такер. — Но в один прекрасный день он может поднести спичку к этой хижине.

— Что они собираются делать, Таг и Рей Чемпион? — опять очень тихо спросила Молли.

— Не знаю. Я думаю, Таг придет сюда. А вот насчет Чемпиона не уверен.

— Он никогда не останется в стороне. Он не такой человек.

— Может, и нет. Но моя задача убраться отсюда и сообщить Тагу дорогу сюда.

— Это будет рискованным делом, правда? Я имею в виду, что тебе опасно снова приближаться к Индейскому ущелью.

Такер пожал тяжелыми плечами. Затем просто и серьезно ответил:

— Было бы не лучше, если бы я дважды умер. Таг вытащил меня. Все, что я могу теперь сделать, — это умереть за него. — И увидел, как на переносице девушки появилась и снова исчезла страдальческая морщинка.

— Я думаю, ты так и поступишь.

— Да, я так и поступлю.

— Благослови тебя Бог, Такер! — проговорила Молли. — Таг достаточно дурной человек, но что-то в нем есть такое, из-за чего люди делают ему много добра.

На Такера снизошло вдохновение.

— У большинства людей дурные характеры. А Таг — ребенок. И все это лишь игра для него. Он играет усердно и честно, потому что многие правила ему просто неизвестны. Ты могла бы научить его, Молли!

Ему не стоило долго оставаться с ней наедине. Поэтому Такер оставил задумавшуюся девушку и вышел наружу.

Мэлли сидел перед навесом. Увидев вышедшего Такера, помахал ему рукой.

— Так, — начал предводитель, когда бандит подошел, — я думаю, что с тобой все в порядке. Но все-таки прикажу ребятам присматривать за тобой. Это достаточно большая поляна. У тебя не будет проблем, если ты останешься на ней. Только попробуй удрать — тебя тут же пристрелят. Вот и все!

Душа Такера разрывалась на части. Он не сомневался в готовности или способности ребят Мэлли продырявить его как решето и в то же время оставался преданным молодому Тагу Эндерби. Зевая, так как он очень устал и страшно хотел спать, бандит сидел на солнце и пытался придумать хоть что-нибудь, чтобы выйти из создавшегося положения, но ему ничего не приходило в голову. Мелли, сгорбившись, поглядывал на него из-под опущенных ресниц.

— У тебя все еще хороший табун, — заметил Такер. — Лошади выглядят вполне здоровыми.

— Они и есть здоровые, — обиделся Мэлли, тронутый за живое. — В них нет ни капли холодной индейской крови. Посмотри вон на ту маленькую серую. Она не больше мустанга, но мышцы у нее как закаленное железо, скажу я тебе. Эта кобылка могла бы допрыгнуть до луны.

— У нее хорошие ноги, — согласился Такер. Любуясь красотой кобылы, он даже забыл на какой-то момент о собственных бедах.

— А вон тот мерин — хитрюга, — объявил Мэлли, указывая на дальний конец поляны, где пасся превосходный гнедой. Его шелковые бока сверкали на солнце. — Вот это лошадь! — воскликнул Дэн.

— Да это же целых полторы лошади, — восхитился Такер и добавил: — Наверное, в нем сто шестьдесят два дюйма.

Мэлли вопросительно глянул на собеседника, чуть приоткрыв глаза:

— Ты хорошо разбираешься в лошадях! В нем действительно сто шестьдесят два дюйма. Без преувеличения.

— Готов поспорить, он отлично двигается, — продолжал Такер. Он был рад поговорить с Мэлли о приятных ему вещах, чтобы расположить его к себе.

— Двигается? — вскипел предводитель. — Вот что я тебе скажу. Его дедушка выиграл дерби в Луизиане, неся в седле сто сорок фунтов. Его отец участвовал в скачках с препятствиями и был одним из лучших. Всегда получал награды. Его мать пробегала милю за минуту тридцать шесть секунд. Вот как она могла двигаться!

— Ну, раз у него такие предки…

— Дело вот в чем, — перебил Мэлли, — владелец скаковой лошади не рассчитывает, что она будет бежать целый день, пробираться через кустарник или петлять по россыпям камней. Его заботит только полуторамильная дорожка, ровная, как крышка стола, или площадка побольше, но с прекрасным дерном. А какой там прок от лошади, которая не может пробежать милю за минуту сорок? Никакого! Она заслуживает только того, чтобы лишиться своей глупой головы. Но вот Джерри, этот гнедой, хотя у него и нет шага, может бежать весь день. А нам нужна именно такая лошадь, разве не так?