Чтение онлайн

Гринхольм согласно наклонил голову.

Том молча воззвал к небу, чтобы Аккерман поскорее перевел деньги.

— А адвокат Суини?.. Он когда прилетает?

— Сегодня. Ночным рейсом. — Том обрадовался, что разговор принял другое направление и ушел в сторону от «Тауруса».

— В таком случае можешь завтра на работу не выходить. Я скажу Владу, чтобы прикрыл тебя. Но после этого я жду от тебя стопроцентной отдачи.

— Вы ее получите, Хэл. Спасибо.

Мак Макдугал, положив ноги на стол, с наушниками на голове просматривал спортивный раздел газеты «Ивнинг пост». В его распоряжении находилось лучшее в мире шпионское оборудование, и он испытывал наслаждение, работая с ним, в отличие от других ребят из ДЕА, не понимавших, какое удовольствие можно получать, слушая на протяжении нескольких часов чужие разговоры. Маку всегда нравилось совать нос в чужие дела, а в ДЕА за это еще и платили! Уму непостижимо, сколько поразительных вещей можно узнать на такой работе. Адвокатская контора, которую он сейчас прослушивал, имела в своем распоряжении двадцать телефонных линий, а используемое Маком устройство позволяло вести запись со всех этих двадцати линий одновременно. Сотрудники технического отдела давно уже не пользовались магнитофонными пленками, и вся информация фиксировалась на дисках DVD. Новое оборудование было куда компактнее прежнего и обеспечивало идеальную чистоту и большой объем записи, а дисплей на жидких кристаллах давал возможность определить, с какой линии ведется разговор в данную минуту. Хотя все переговоры записывались автоматически, Мак мог одним щелчком тумблера подключиться к нужному номеру и послушать разговор лично, так сказать, в реальном времени. Через пару дней прослушивания он уже был в курсе множества интересных событий и фактов. В частности узнал, что некоторые адвокаты из этой конторы зарабатывают до пятисот долларов в час; что известный магазин вниз по улице должен в скором времени сменить владельца; что в следующую субботу во «Флашинг-Медоуз» в три тридцать начнется распродажа; что стенографистка по имени Талула собирается в этот вечер переспать со своим парнем.

Но Мак, получая от работы удовольствие, не забывал и того, что находится на службе, и аккуратно исполнял свои обязанности. К примеру, на этом задании от него требовалось каждые два часа вставлять в записывающее устройство новый диск, а диск с записанной информацией вводить в компьютер. После этого он набирал на клавиатуре определенный телефонный номер в Майами, и модем его компьютера транслировал новые сведения, полученные от прослушки, на компьютер Реда Харпера, находившийся в тысячах миль от Нью-Йорка.

Там, в Майами, люди из команды Харпера, прослушав диски с записями, суммировали и классифицировали информацию по времени, датам и телефонным номерам, на тот случай если она понадобится в суде. Что же касается разговоров с двадцать четвертой и двадцать пятой линий, принадлежавших телефонам в кабинете Дика Суини, то их расшифровки имели высший приоритет и передавались Реду Харперу в собственные руки.

Вечер только начался, когда Реду принесли свежую расшифровку — вторую за день. Уткнувшись в нее, он вдруг вскинул руки над головой и возгласил:

— Есть!

Подчиненные как по команде повернулись к нему и в мгновение ока собрались у его стола.

— Ребята! Наш ученый приятель из нью-йоркской адвокатской палаты только что позвонил одному знаменитому банкиру, — сообщил Ред торжествующим голосом. — Догадываетесь, как его зовут?

— Салазар! — чуть ли не в унисон ответили его сотрудники.

— Именно!

— Ред, вот это послушайте. — Девушка из группы Харпера поднялась из-за стола и подошла к начальнику с плейером в руках. — Информация с двадцатой линии. Мэри Каллен, секретарша Большого Дика. — Она нажала на кнопку «Воспроизведение». — Похоже, наш парень собирается в Европу.

Присутствующие услышали разговор между секретаршей Суини и сотрудником компании «Юнайтед эрлайнз»: «Хочу зарезервировать у вас билет… Первый класс, разумеется… Рейс Нью-Йорк-Лондон. Прошу также зарезервировать на двое суток номер в отеле „Кларидж“».

— Тут еще кое-что интересное, — добавила девушка, прежде чем кто-либо успел прокомментировать услышанное. Она нажала на кнопку второй дорожки, где был записан короткий разговор адвоката с Салазаром. Прослушав эту запись, члены группы приободрились еще больше: Суини требовалось срочно встретиться с Прачкой.

— С плохими известиями звоните, не так ли? — холодно спросил Салазар.

— Похоже, в Женеве возникли кое-какие осложнения, — осторожно ответил адвокат.

— Какие, к дьяволу, осложнения?!

— Те самые, о которых я вас предупреждал, Джо. — Суини начал привычную для адвоката операцию по спасению собственной шкуры.

— Что-нибудь связанное с тем гребаным банкиром, внучком Пата Клейтона? Скажите скорей, что это не так, Дик, очень вас прошу. — В голосе Салазара послышалась угроза.

— Боюсь, Джо, вы не ошиблись. Но я вас об этом предупреждал!

— Разумеется… А я предупреждал вас. Относительно того, что произойдет, если этот сукин сын попытается украсть мои деньги.

— Джо, я могу уладить это дело, — взмолился Суини.

— Эктор уладит это дело.

— Выслушайте меня, Джо…

— Говорите, но недолго, — зловещим тоном произнес Прачка.

— Только не по телефону. Когда я могу к вам приехать?

— Сейчас. Приезжайте сию же минуту.

— Уже в пути, Джо. Надеюсь, Тони тоже будет присутствовать?

— Уж будьте покойны… — И на линии послышались гудки.

…В это мгновение дверь отдела секретных операций ДЕА распахнулась, и в комнату вошел Джулио Карденас. Вид у него был усталый, но на губах играла улыбка.

— Добрый день, босс, — поздоровался он с Харпером. — Новостями интересуетесь?

Аристидес де ла Крус подтянул к себе за шнур телефон, включил автоответчик и прослушал записанные сообщения. Информация, переданная клерком из «Банка Антигуа», его встревожила: «Деньги от компании „Конструктора де Малага“ все еще, к сожалению, не получены. Но сеньор де ла Крус может быть уверен, что его уведомят немедленно по получении трансферта». Между тем наступала пора переводить субподрядчикам первый транш — пять миллионов долларов; Моралес же из соображений престижа настаивал на том, чтобы все счета оплачивались вовремя. Адвокат считал, что при таких обстоятельствах уведомить клиента о задержке — его прямая обязанность.

…Моралес находился у себя в столовой, которая в последнее время больше напоминала офис архитектора, так как на обеденном столе красовались многочисленные макеты школ, госпиталей и жилых домов. День ото дня проект все сильнее его захватывал.

Продвижение Карлоса Моралеса к вершинам иерархии «кокаинового братства» не было ни спокойным, ни безопасным. Когда марихуановый бизнес в связи с появлением на рынке кокаина утратил для него свою привлекательность, он поступил на работу к одному из кокаиновых баронов, Пабло Эскобару, который представлялся ему более перспективным кандидатом на роль главы наркокартеля, нежели толстый и тупой Очоа. Скучать на новой работе Моралесу не пришлось, ибо Эскобар первым делом подмял под себя бизнес прежнего хозяина Карлоса. Потом по велению Эскобара новый рекрут, вооруженный охотничьим ружьем, патрулировал вместе с другими боевиками дорогу на Картахену, охраняя пути транспортировки продукта. Войдя со временем в доверие к боссу, Моралес стал получать более ответственные задания — к примеру, ездил на Багамы встречать покупателей, транспортировал груз и собирал плату. Эскобар трижды посылал его в Америку, в частности в Майами и Лос-Анджелес, обговаривать условия сделок с важными клиентами. В результате этих поездок молодой человек обучился нескольким нехитрым, но важным правилам типа — продавец никогда не держит продукт при себе. Для таких дел существовали особые команды: одна транспортировала наркотик к месту назначения и прятала в безопасном месте, другая же собирала плату и вывозила деньги в Колумбию. При таком подходе вероятность, что у тебя в случае неудачи отберут одновременно и продукт, и деньги, была очень мала.

Тем не менее во время третьей поездки в Штаты Моралеса арестовали, и он провел пять дней в тюрьме для уголовных преступников графства Дейд. В аэропорту Майами некий ретивый сотрудник службы безопасности, жаждавший получить обещанную за обнаружение бомбы награду, велел Моралесу открыть чемодан, после чего попросил объяснить происхождение обнаруженных в нем пятисот тысяч долларов наличными. По счастью, Карлос в предыдущей поездке свел знакомство с опытным криминальным адвокатом, который оспорил выдвинутые против него обвинения и через пять дней вытащил наркодельца на свободу и посадил на самолет. Адвокату удалось убедить суд, что его клиент прибыл в Майами, с тем чтобы приобрести загородный дом. Он даже привел с собой двух свидетелей — торговцев недвижимостью, которые под присягой показали, что Карлос Моралес осматривал выставленные ими на продажу дома. Но так как ничего подходящего его клиенту подобрать себе не удалось, продолжал вещать адвокат, он решил вернуться со своими деньгами на родину. Несомненно, эти деньги следовало задекларировать при въезде, чего его клиент по небрежности не сделал, но он готов заплатить соответствующий штраф. В результате Моралес научился уважать хороших адвокатов и отделался штрафом в пять тысяч долларов. Правда, еще пятьдесят тысяч пришлось заплатить защитнику, который часть этих денег передал коррумпированным риелторам. Кроме того, Карлоса лишили американской визы, а служба ДЕА — на всякий случай — завела на него досье.

Эскобар здорово разозлился, когда Моралес сообщил ему о своем проколе, однако дальше этого дело не пошло, ибо Карлос Альберто в те годы уже считался весьма уважаемым лейтенантом. Эскобар списал в разряд убытков выданные адвокату пятьдесят тысяч, вычел пять тысяч штрафа из жалованья своего служащего, но и только. Последующие два года Моралес жил экономно, стараясь отложить как можно больше на черный день. Его очень тревожил хаос, возникший в городе, с тех пор как там обосновался кокаиновый бизнес. И не в связи с неожиданно проснувшимися гражданскими чувствами, но из-за предощущения — верного, как показали дальнейшие события, — того, что в скором времени правительству Колумбии все это надоест и оно положит конец безраздельной власти наркобаронов в Медельине.