Чтение онлайн

По пятому номеру проживала Таня Клейтон, а номер шестой имел записывающее устройство с женским голосом, говорившим по-английски без акцента. Тони никаких сообщений не оставил, но решил потом позвонить по этому номеру еще раз.

Итого, три не проясненных до конца номера и три адреса. Это в том случае, если объект проживает в черте города.

В полдень Тони спустился в гостиничное кафе перекусить, а поев, зашел в магазин при отеле и приобрел небольшую сумку с наплечным ремнем. В номере он уложил в нее туалетные принадлежности, немного белья и пару рубашек. Прихватив также пистолет и справочник «От А до Я», он вышел из отеля, сел в свой «бентли» и отправился на автомобильную прогулку.

Прописавшись в загородном мотеле «Скайпорт», Тони сказал, что проведет там три ночи: его отец предоставил Суини для улаживания всех дел время до пятницы. Достав из сумки вещи и разложив по комнате, Тони снова взялся за телефон. Т. Клейтон номер три на этот раз ответил на звонок. «Разумеется, разговор будет оплачен», — ответил он на вопрос Тони.

Тут Салазар осознал, что Т. Клейтон номер три здорово пьян, и повесил трубку. Как бы то ни было, этот адрес, если верить сексуальной сотруднице отеля, располагался в наименее престижном месте из списка. Тони подумал, что отправится туда только в том случае, если потерпит неудачу с двумя оставшимися адресами. По последнему адресу ему вновь ответило записывающее устройство, но Тони, как и в первый раз, никакого сообщения не оставил. В любом случае, решил он, ему надо ехать по двум адресам: Томас Клейтон, Лондон, СВ7, — и Т. Д. Клейтон, Кенсингтон-сквер, 61, Лондон, В8.

В справочнике он нашел карту и заметил, что оба этих адреса находятся недалеко друг от друга. Полагая, что с легкостью их разыщет, Тони запер комнату и покатил обратно в Лондон.

Припарковав машину у Квинсгейт-гарденс, он отправился на рекогносцировку, двигаясь по улице небрежным прогулочным шагом. Около дома 57, где проживал первый адресат, Тони сделал остановку, чтобы обозреть здание. Оно состояло из трех этажей и имело элегантные колонны у парадных дверей, на которых, однако, таблички с именем владельца не оказалось. Тони Салазар купил газету, вернулся к своей машине и, расположившись в ней, решил терпеливо сидеть в засаде, пока не узнает, что к чему. Рано или поздно кто-нибудь обязательно выйдет из этого дома или войдет в него.

Ждать ему пришлось не слишком долго. Примерно через полчаса к дому подкатил черный «ягуар», из которого вылез шофер, распахнувший дверцу для пассажиров. Вышедшее из машины семейство устремилось к парадному в полном составе: муж, жена и двое маленьких мальчиков. Все четверо были прекрасно одеты и чрезвычайно достойно выглядели. Дети взбежали вверх по лестнице и остановились у двери, а мужчина полез в карман за ключами.

— Чтоб меня черти взяли! — оторопело пробормотал Салазар. — Да это же гребаные негры!

Продолжая удивленно покачивать головой, он посмотрел на карту и повернул в замке ключ зажигания. Предстояла еще одна разведывательная операция.

Проехав мимо Кенсингтон-сквер, шестьдесят один, он бросил взгляд на дом. Что ж, очень хороший дом в очень хорошем месте. Тони готов был поставить десять против одного, что нужный ему Клейтон живет именно здесь. Припарковаться поблизости от дома ему, однако, не удалось, так как все свободные уголки были заставлены автомобилями — преимущественно «мерседесами», «БМВ» и «вольво», — зато на углу, через площадь, он обнаружил телефон-автомат.

— Мистера Клейтона сейчас нет дома. Кто его спрашивает?

— Терри из Нью-Йорка, — небрежно сказал Тони. — Он в банке?

— Нет. Взял свободный день. Должен вернуться около девяти тридцати.

— Большое спасибо. Вечером я ему перезвоню. — И Салазар добавил, повесив трубку: — У вас очень сексуальный голос, миссис Клейтон! Жду не дождусь, когда мне представится возможность вас лицезреть. — Он видел жену Клейтона на похоронах, но издалека, поэтому почти не разглядел. — Я знаю ваш номер, Томас Клейтон, — бормотал Тони себе под нос, направляясь к машине. — Знаю, где вы работаете и где обитаете. Так что вы обязательно скажете мне, где храните мои деньги.

Ну а пока он покатается по городу и подумает, как все устроить наилучшим образом. Зря, что ли, он арендовал «бентли»?

Джулио Карденас приехал из Майами в Коста-Рику и снял номер в отеле «Колон» в Сан-Хосе. Харпер предоставил ему почти полную свободу действий, но Джулио считал, что пока нет смысла вступать в личный контакт со Шпеером. А предварительные изыскания показали, что они вышли на весьма перспективного фигуранта, поскольку единственный в городе Шпеер был процветающим адвокатом по коммерческим вопросам.

Джулио поставил себе целью накопать побольше информации относительно Шпеера и его окружения. Но проблема заключалась в том, что, поскольку никакой угрозы для безопасности США эта латиноамериканская страна не представляла, люди из ЦРУ наезжали сюда лишь от случая к случаю, обычно по пути в другое государство или возвращаясь с задания, — так что рассчитывать на их помощь не приходилось. А поскольку Коста-Рика не являлась и транзитной страной для транспортировки наркотиков, офиса американского министерства юстиции при местном посольстве также не имелось.

Между прочим, несколько лет назад кое-какие осложнения между США и Коста-Рикой все-таки возникли. Некий Веско, прикарманивший деньги одной американской компании, сбежал в Сан-Хосе и попросил там политическое убежище. Соединенные Штаты тут же навалились на Коста-Рику с дипломатическими угрозами. Дело в том, что договора о выдаче преступников между странами не существовало, и некоторые темные личности, стремившиеся избежать общения с американской Фемидой, этим пользовались. Однако после активного обмена мнениями по данному вопросу и предложения экономической помощи, сделанного американской стороной, Веско пришлось искать убежище в другом месте. Заодно за пределы Коста-Рики было выдворено еще несколько человек. С тех пор отношения между США и Коста-Рикой суровым испытаниям не подвергались.

Утром Карденас отправился с визитом в посольство, где получил аудиенцию у второго секретаря, которому сообщил без ссылок на ДЕА, что министерство юстиции имеет-таки в Коста-Рике свои интересы, в частности проявляет любопытство по отношению к жителю Сан-Хосе по имени Энрике Шпеер.

Дипломат рассказал ему то немногое, что знал.

Шпеер, несомненно, видный гражданин своей страны. Будучи костариканцем по рождению, получил юридическое образование в Мексике, после чего создал в Сан-Хосе процветающую практику. Насколько он, второй секретарь, знает, упомянутый Шпеер подвизается в области коммерческой юриспруденции и его услугами пользуются многие компании. Любит путешествовать, бывает на островах Карибского моря и в других странах Латинской Америки, но на визу для въезда в США ни разу документы не подавал.

— Так что непонятно, чем он мог заинтересовать министерство юстиции, — сказал в заключение дипломат.

— Не он конкретно. Мы вышли на одного из его клиентов, которого подозреваем в участии в отмывке денег в Нью-Йорке. Шпеер… Какая-то у него не очень латиноамериканская фамилия…

— Да будет вам известно, — наставительно сказал второй секретарь, — что в этой стране, при преобладании испанских имен, нередко встречаются фамилии, происхождение которых уходит корнями в Центральную и Восточную Европу. Обычно это фамилии тех, чьи отцы и деды эмигрировали оттуда вследствие мировых войн.