Чтение онлайн

Мы взяли такси и поехали в город. Из отеля "Бульвар" я позвонил Сэму.

Он обрадовался, услышав мой голос, даже вроде как облегченно вздохнул.

– Ты где?

– В Найроби.

– Я бы на твоем месте первым делом позвонил Омари. Он готов тебя заживо слопать!

– Что опять стряслось?

– Много чего. Сам толком не знаю, но чую – пахнет жареным. Такое ощущение, будто где-то подложена бомба и вот-вот взорвется, а мы не успеем отыскать ее и обезвредить. По тому, как Омари требует тебя, можно судить, что дело нешуточное.

Я задумался. Пожалуй, пора мне перекинуться словечком с комиссаром – настало время. Однако всему свой черед, есть дела и поважнее.

– Начинай с Вэнса Фридмена, – велел я Сэму. – Что-нибудь раскопал?

– Не знаю, может, это ничего тебе не скажет. Пользуясь нашими добрыми отношениями с Американской библиотекой, я раздобыл телефон фирмы "Ам Моторс" в Питтсбурге. Вэнс Фридмен действительно управляющий одного из филиалов.

– Где он сейчас?

– Проводит отпуск на Багамских островах, – ответил Сэм. – Вместе с женой.

Невозможно! – подумал я и высказал свои сомнения Сэму.

– Мне это тоже пришло в голову. Поэтому я связался с его личной секретаршей, и она заверила меня, что Вэнс греет косточки на Багамах. Оказывается, он накануне звонил ей оттуда, чтобы поздравить с днем рождения: ей стукнуло двадцать два года.

– Он мог звонить откуда угодно.

– Она уверена, что ее вызывали из Нассау. Дело в том, что счет за разговор прислали в контору.

– Что же, у Фридмена не оказалось с собой денег?

– Секретарша сказала, что это в духе старины Вэнса. Он никогда не платит сам, если может уплатить фирма.

– Но это же полнейшая бессмыслица, – сказал я.

– Теперь ты понимаешь, почему я места себе не находил. Объясни же наконец, что у вас там происходит!

Я и сам хотел бы это знать, сказал я Сэму, но он, понятное дело, мне не поверил, решил, что я не доверяю ему.

– Ты получил стакан? – спросил я.

– Да, – ответил он, – и ничего не обнаружил.

– Никаких отпечатков?

– Нет, отпечатки были, но в наших архивах ничего похожего не оказалось.

– Они не совпали с теми, что ты снял в отеле "Бульвар"?

– Я с этого начал, но, увы...

Молчание. Я оказался в тупике.

– Что-нибудь еще? – спросил Сэм. – Чем еще могу помочь?

– Нет, ничего больше не приходит в голову. Спасибо.

– Рад стараться, – сказал Сэм и добавил: – Кстати, на этот раз нас никто не подслушивает.

– Спасибо.

– И все же советую позвонить комиссару Омари.

Он снова бросил трубку первым. Не забыть бы в следующий раз отчитать его! Последовав его совету, я набрал номер комиссара. Мне ответила секретарша: комиссар отбыл по делам, что ему передать? Я буркнул, что позвоню позднее, и повесил трубку.

Из своего номера спустился в вестибюль Янос.

– Хочу пройтись, – сообщил он мне. – Вечером приеду в аэропорт встречать Ганса.

Я сухо кивнул. Незачем притворяться, что он мне нравится! Он вышел на улицу и сел в такси. Янос вызывал у меня тревогу.

Затем я позвонил Асии. Она передала мне пять посланий – все от Омари. Комиссар по-прежнему требовал, чтобы я тотчас мчался к нему на службу. Но ведь я выяснил, что его там нет.

Мне предстояло скоротать полдня, набраться терпения. Я не мог рисковать – домой появляться нельзя, пока ищейки Омари меня разыскивают. Купив в сувенирной лавочке на первом этаже купальные трусики, я переоделся и отправился в бассейн при гостинице.

Я купался, нежился на солнце и думал о том, кто и почему убил Вэнса Фридмена. Кто такой этот Вэнс Фридмен? Какую роль в его гибели сыграл Янос? Почему фон Шелленберг солгал насчет взятой напрокат машины?

Еще дважды я пробовал дозвониться до Омари. Он так и не возвратился в свой кабинет, и секретарша не имела ни малейшего представления о том, где он. Может быть, ему все-таки что-то передать? Нет-нет, спасибо.

Я вернулся на топчан у бассейна и снова погрузился в раздумья. Теперь главным образом о Яносе: что у них за дела с фон Шелленбергом?

Я припомнил: немец при первой нашей встрече сказал, что не привез телохранителя из Германии потому, что совершает увеселительную, а не деловую поездку. Это все равно что купаться в бассейне в спасательном жилете, пошутил он тогда. Однако сейчас он счел нужным вызвать Яноса, якобы бухгалтера, а теперь еще и Ганса Мюллера. Кстати, какого числа Янос прилетел из Европы в Найроби?

И вдруг меня осенило. В тот вечер, когда в нашем люксе был учинен разгром, звонил туда именно Янос. Только сейчас я понял, что это был не международный звонок: не было характерных сигналов отсчета времени. И слышно было так, что я тогда еще подумал – звонят из Найроби. Но фон Шелленберг заявил мне, что это из Западной Германии, а позднее сам связался с Яносом.

Я поднялся к себе в номер, принял душ, потом опять спустился. Было время послеобеденного затишья, и девушка за столиком администратора лениво листала журнал.

– Несколько дней назад, – начал я, – мой друг звонил из отеля в Западную Германию. Нельзя ли установить, какой номер он вызывал?

По счастью, она пребывала в благодушном настроении и сразу поняла, что от нее требуется. Обычно они услужливы только с заморскими туристами. Но эта дежурная составляла приятное исключение – она даже улыбнулась мне.

– Ваш друг проживал у нас?

– Совершенно верно.

– В каком номере?

Я ответил.

– Какого числа состоялся разговор?

Я назвал дату.

Заглянув в регистрационный журнал, она быстро отыскала то, что мне было нужно.

– Фон Шелленберг?

– Он самый.

На клочке бумаги она написала какие-то цифры.

– Это номер его счета. Пойдите в бухгалтерию, она за углом. У них должна храниться копия.

– Но зачем это? – изумился я.

Она терпеливо улыбнулась.

– Все, за что ваш друг платил, включая и телефонные разговоры, там помечено.

– А можно установить, кто ему звонил?

Она покачала головой:

– К сожалению, нет.