Чтение онлайн

— Это вы считаете гнусностью? — я разозлился. — Хорошо, сменим тему, поговорим о том, что произошло после неудачного эксперимента. Вот мы вошли в ваш домик, и я зажег свет...

— Нет!

— Вам не угодишь! Всюду «нет». Но у меня выбор небогатый: или мы обсуждаем наши ночные приключения, или заготавливаем вопросы для Бейли.

— А вы, мистер Бойд, отъявленный шантажист, — вспыхнула Эйприл.

— Шантажист и садист! Хотите, я расскажу, как вы выглядели в тот момент, когда предложили выпить за меня и мой профиль? А потом вы так ...

Эйприл зашипела, как гусыня:

— Замолчите! Вы победили! Я пойду к Бейли, будь он проклят вместе с вами.

— О'кей, — я с удовлетворением откинулся на спинку стула.

— Ну и когда мне нужно идти к Бейли раскапывать его делишки?

— Сейчас. Вы подкрепили свои силы, вы в хорошей форме, чего же ждать! Можете пригласить его на рюмку коньяка в свой домик...

— Вы не только шантажист, но и сумасшедший! — чуть не заорала Эйприл. — Он нападет на меня, а чем я буду защищаться? Пилкой для ногтей?

— Запустите в Бейли утюгом. Или той самой рюмочкой, из которой он должен выпить коньяк.

— Вы не только сумасшедший, но ч кретин!

— Хорошо, я буду вблизи вашего жилища. Если услышу крики о помощи, поспешу на выручку.

— Вы можете не успеть, — Эйприл, похоже, оценивала ситуацию лучше, чем я. — Этот Бейли крепкий и наглый. Лучше, если вы будете где-то рядом...

— Под диванчиком? — деловито спросил я.

Эйприл ни капельки не смутилась.

— Вы придете в бунгало до того, как я появлюсь там с Бейли, и спрячетесь в моей спальне. Я буду держать дверь спальни полуоткрытой, и вы не только зсе услышите, но и сможете даже подсказывать мне реплики.

— Вы иногда мыслите просто замечательно! — восхитился я. — Мне нравится ваша идея.

— А мне — нет, — Эйприл всем своим видом показывала, что предстоящая работа ее не греет. — Ладно, говорите, что я должна выведать у финансиста.

— Дорогая, прежде всего отнеситесь к делу творчески! Это должен быть отменный спектакль под названием «Мауэр против Бейли». Я думаю, что в партере будут хлопать.

— Партер — это вы? — кисло произнесла Эйприл. — Вы сценарист, вы режиссер, вы еще и зритель. Смотрите, как бы Бейли не сорвал представление... Ну, где мой кофе?

Мы прошли в бунгало к Эйприл, и она сразу же убежала в спальню переодеваться.

Я закурил и стал обдумывать детали предстоящего вечера.

Эйприл долго не было, я выкурил пять сигарет и решил, что девушка удрала через окно или уснула.

— А вот и я! — раздался нежный голос. — Ну как? Я вам нравлюсь?

Я повернулся.

Черное шелковое платье, белая отделка подчеркивали высокую красивую грудь. Тонкая талия была перехвачена поясом. Сквозь длинный разрез сбоку светилось загорелое бедро. Волосы красиво уложены. Макияж незаметен — он оттенял естественную прелесть свежего личика. Эйприл была великолепна!

— Вы ничего не ответили мне! — капризно произнесла девушка. — Так нравлюсь я вам или нет?

— Конечно! Если бы вы надевали такие наряды для меня, я давно бы переселился в ваш домик.

— Опасаюсь, как бы Бейли не пришла в голову подобная чушь, — холодно сказала Эйприл. — Мистер Бойд, будьте серьезнее. Вы не зритель. Вы участник этого спектакля. И активный!

— Постараюсь, моя радость, — я говорил искренне.

Эйприл ушла на ловлю финансиста.

Я принялся изучать возможности двери в спальню: то открывал пошире, что суживал обзор, то пристраивался у стенки, то заползал под кровать. Все было плохо. Широко открытая дверь выдавала мое присутствие, а узкая щель ограничивала видимость.

Я зашел в гостиную, чтобы пропустить рюмочку, сел на диванчик и сделал открытие: если спрятаться под диванчик, то и слышимость будет отличная, и помощь Эйприл придет сиюмоментно.

Я так и сделал.

Положение мое было незавидным: под диваном было темно и пыльно, минуты текли медленно, выжимая по капле из меня все соки. Я охотно променял бы свое укромное местечко на камеру в тюрьме, где можно совершать прогулки от одной стены к другой.

Наконец, я услышал голоса.

Говорила Эйприл:

— Я благодарна вам, мистер Бейли, за то, что вы выслушали мою исповедь. Так редко можно встретить в наши дни чуткого и отзывчивого человека.

Дверь закрылась.

Совсем рядом раздался голос Бейли:

— Называйте меня Грегом, пожалуйста. Я с первого взгляда понял, как вы одиноки...

— Да. Грег, я одинока. Иногда я устаю от этого...

Они сели на диванчик, и я увидел в просвет две пары ног. Пружины скрипнули мне прямо в ухо.

— Скажите, Эйприл, так ли вам одиноко, когда рядом я?

Эйприл что-то тихонько ответила, но я не расслышал: общий вес двух тел придавил меня. Бейли заерзал, усаживаясь поудобнее, и я окончательно оказался вмазанным в пол. Я не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Дышал с трудом, и то только потому, что вовремя положил голову набок. Одно ухо было прижато к полу, второе — к диванчику.

«Как я отсюда выползу, чтобы защитить Эйприл? — с ужасом промелькнуло в моем мозгу. — И выползу ли я вообще?».

Каждое движение двух тел на диванчике отдавалось во мне болью.

Я попробовал сосредоточиться на диалоге Мауэр — Бейли, чтобы отключиться от собственного кошмара.

— Грег, меня ждут тяжелые дни, — говорила Эйприл, запинаясь, как девочка. — Глория скоро не сможет платить мне жалованье...

— Почему? — голос Бейли доносился глухо, как из трубы.

— Глория... — Эйприл запнулась, — растратила свои деньги. Набрала много в кредит, выплатила налоги, промотала... Ну, вы знаете, как это бывает...

— У Глории — широкая... душа, — сказал Бейли.

Наверное, он хотел сказать другое слово, но не решился.

— Глория надеялась на финансовую помощь Эдварда Вулриха, — продолжила Эйприл. — Но вы ведь знаете, что Вулрих — банкрот.

— Да, — подтвердил Бейли. — Он весь в долгах. Мне вот тоже должен...

— Когда я собиралась во Флориду, я не знала, что эта поездка окажется кошмаром, — голос Эйприл был едва слышен. — Грег, но у вас ведь все иначе, да?

— Я должен получить с Вулриха свои деньги, это без сомнений. Вулрих рассчитается со мной, когда получит страховку. Так что моя поездка оказалась не напрасной.