Чтение онлайн

Франческа спросила Бруно Валетту, назвалась его старой подругой и сообщила, что не видела Бруно целых пятнадцать лет. Он ведь здесь живет, не правда ли?

— Бруно? — Механик состроил озадаченную мину и стал изучать чужаков прищуренным взглядом. — Он уже лет десять как уехал отсюда в Англию или Швецию. Я тогда купил у него мастерские и с тех пор больше ничего о нем не слышал.

Хотя Гропиус и не разобрал ни единого слова, он сразу понял, что тут они тоже ничего не узнают и бесполезно даже пытаться расспрашивать здесь о Туринской плащанице.

— Пойдем! — сказал он Франческе.

Поскольку Зокка вовсе не была тем местом, где хотелось бы провести отпуск, они решили вернуться в Турин.

Из-под дворника на лобовом стекле минивэна Франчески торчал листок бумаги, она взяла его в руки.

— Что это? — с любопытством спросил Гропиус.

Франческа прочла: «Если вы хотите узнать что-нибудь о Маттеи и Валетте, я жду вас на мосту через Танаро».

Гропиус огляделся. На деревенской площади было ни души.

— И как это понимать? — сказал Гропиус.

— Танаро, — размышляла в слух Франческа, — это может быть только та река за долиной. Я помню, там был мост, да! Похоже, что в этом проклятом Богом месте все-таки есть люди, которые могут что-то рассказать. Поехали!

Пока они ехали по долине по узкой, совершенно разбитой дороге, Гропиус выражал свои сомнения в том, стоит ли им вообще соглашаться на эту встречу. Горький опыт сделал его очень недоверчивым, и вообще, он больше не верил в успех их предприятия. Но когда вдали показался мост, Гропиус все же решился.

Франческа увидела того молодого человека, который сидел в траттории за соседним столиком. Он поджидал их, облокотившись на перила моста, его мопед стоял тут же.

Франческа вышла из минивэна, Гропиус остался в машине.

— Так что вы хотели от Джорджио Маттеи? — перешел молодой человек прямо к делу. Ему было около двадцати лет, одет он был в джинсы и дешевую кожаную куртку, но вовсе не производил впечатление бедняка.

— Я слышал ваш разговор. Может быть, я смогу чем-нибудь помочь?

Франческа осторожно осмотрелась, после чего дала Грегору знак выйти из машины.

— Что вы знаете о Джорджио Маттеи? — спросила она юношу. Гропиус как раз подошел к ним.

— Я Джорджио Маттеи, — ответил парень, — сын того человека, о котором вы спрашивали. Я решил, что будет лучше, если в Зокка никто не узнает, что я разговаривал с вами. Дело в том, что семьи Маттеи и Валетты считаются у нас вроде как вне закона. Моя мать даже снова взяла девичью фамилию, чтобы забыть свое прошлое.

— А вы?

— Ну, я не могу прямо сказать, будто горжусь тем, что ношу фамилию Маттеи, но отрекаться от нее тоже не собираюсь. Я не несу никакой ответственности за действия моего отца. А почему вы, собственно, им интересуетесь? Он получил пожизненное заключение, и, похоже, что раньше его не выпустят. Я знаю, о чем говорю, я учусь на юриста.

Франческа и Гропиус удивленно переглянулись. Ситуация складывалась немного комичная.

— Возможно, вы знаете, о чем идет речь, — заметила Франческа, — в любом случае не об убийстве, из-за которого ваш отец получил пожизненное.

Джорджио выпятил нижнюю губу и кивнул:

— Вы хотите знать, кто поручил моему отцу отрезать кусок от Туринской плащаницы.

— Поэтому мы здесь. Это обстоятельство важно для нас в связи с совершенно другой историей! Вы действительно знаете подробности?

— Хм. А если и так? — спросил парень вызывающе. — Знаете, мое обучение — вещь дорогая, а вы, наверное, заметили, что траттория моей матушки не приносит почти никакого дохода. Мне приходится самому зарабатывать на учебу.

— Он хочет денег! — шепнула Франческа Гропиусу.

Гропиус изучающе посмотрел на парня и сказал:

— Спроси его, знает ли он имя заказчика своего отца.

Франческа перевела вопрос, и юноша кивнул:

— Он называл имя моей матери, а она сказала мне. Она решила, что если с ней что-нибудь случится, то, вероятно, эта информация сможет принести мне деньги.

— Заботливая мать! — заметила Франческа с иронией в голосе. — Итак, сколько?

— Десять тысяч!

Гропиус понял, сколько потребовал молодой Маттеи, и схватил Франческу за руку:

— Пойдем, о такой сумме нечего и говорить.

Франческа извинилась и сделала вид, что собирается вернуться к машине, тут Джорджио взволнованно крикнул ей вслед:

— Синьора, если хотите, я согласен и на пять!

Гропиус покачал головой.

— Пойдем, мы уезжаем! — повторил он.

— Даже на четыре, нет, на три тысячи! Но это мое последнее предложение! — чуть не плача, кричал юноша им вслед. Но Франческа завела машину и поехала.

Джорджио быстро вскочил на мопед и поехал по узкой дороге рядом с минивэном. При этом он знаками показывал Франческе, чтобы она открыла окно.

Франческа опустила стекло, и Маттеи прокричал:

— Синьора, я готов торговаться. Сколько вы предлагаете?

— Тысячу, — сказал Гропиус, обращаясь к Франческе, — предложи ему тысячу и ни центом больше. Остановись!

Франческа нажала на тормоз.

— Тысяча, — сказала она, когда автомобиль встал.

— Договорились! — ответил Джорджио, улыбаясь так, как будто он и сам не очень верил в успех своего первоначального требования. — Но обещайте никому не говорить, откуда у вас эта информация!

— Нет, конечно, — ответила Франческа, — это и в наших интересах.

Пока Гропиус доставал деньги, Джорджио установил мопед и подошел к машине.

— Мой отец, — начал он, — в те времена держал семью на плаву тем, что разбойничал или мошенничал. За пару тысяч лир он был готов практически на все. В определенных кругах многие знали его адрес, телефонов в Зокка тогда еще не было. Однажды у нас появился один мужчина и предложил моему отцу пять миллионов лир за одну услугу. Пять миллионов для нас были огромным состоянием, на самом деле это всего какие-то две с половиной тысячи евро — и все равно даже сейчас это много для любого жителя Зокка. Мой отец тут же согласился.