Чтение онлайн

– Поля, ты же ведь знаешь, что я…

– Какого хера ты мямлишь? – женщина впилась пальцами в ружьё так, что они стали белыми, будто мука. – Или ты решил по той же дорожке пойти, что и родители? Удумал чего?

– Не смей даже думать, что я чем-то на них похож! – Фёдор навис над своей подругой, тяжело дыша. – Я не слабак.

– Тогда где тот Федя, которого я знала много лет? – Полина передала ему ружьё. – Ты же авантюрист. Тебе эти традиции и воспоминания прошлого до лампочки. Давай-ка, проведём тебе терапию.

Женщина убежала внутрь квартиры. Обратно она вернулась через пару минут, держа в руках огромную вазу. Пройдя мимо Феди, она поставила её туда, где ранее стояла расстрелянная бутылка.

– Что это за кусок антиквариата? – спросила Полина, вытерев со лба пот.

– Мамина ваза, всё просто. – Промченко неуверенно переминался с ноги на ногу. – Зачем ты её сюда притащила?

– Она тебе нравится? Много хороших воспоминаний?

– Ну, она симпатичная, но мне, в принципе, насрать, – слова друга вызвали улыбку на губах женщины.

– Нечего, тогда, ей пыль собирать в твоём доме. Давай, уделай этот хлам, – Полина ткнула пальцем Феде в грудь.

– И чем это поможет? – Промченко поднёс ружьё к лицу, прицеливаясь, но, не решаясь нажать на курок.

– Научит выбрасывать балласт и плыть вперёд. Я думала, если честно, эти привычки и страхи к нам от родителей не передались. Но они, кажется, сильны и в нас, – Полина присела на бетонный столбец, подтянув одну ногу к себе и уперев её в подбородок. – Как так вышло, что мы стали корпоративными крысами и позволили «дяде» нами командовать?

– Так же, как и всё остальное – мы постарели. Не в лучшем смысле этого слова, – Федя вскинул ружья и зажмурил один глаз. – Но в одном ты права – нахер эту вазу.

Вслед за громким взрывом, вырвавшаяся из дула дробь раскрошила хрусталь на десятки осколков.

– Ю-ху! Красавчик! – Полина захлопала в ладоши.

– Так-с, хватит нам прохлаждаться. Пора за работу. Мы же что-то менять хотим? – Фёдор взял коробочку с патронами. Внутри осталось еще девять экземпляров. – Это я забираю, понадобится еще.

– Зануда, – Полина прошмыгнула внутрь квартиры, скинув на ходу ботинки. – Зануда и жмот.

– Такой вот у тебя друг. Дурной же у тебя вкус, – Федя бросал свои слова из кухни, откуда вернулся с чашкой горячего кофе, что протянул подруге.

– Спасибо, – женщина обхватила кружку ладонями, согреваясь её теплом.

– Какие планы? Посидишь еще, или дом зовёт? – Промченко вновь провалился в любимое кресло.

– Пора-пора, Игорь заберёт меня. Так что, оставляю тебя наедине с твоей работой. Не слишком уж увлекайся виртуальными развлечениями, хорошо? – Полина недвусмысленно вкинула правую бровь на этих словах.

– Сейчас будет не до этого. Послезавтра лететь к боссу с отчётом – нужно изобразить видимость преданности любимой работе.

– И отсутствие левых проектов, – добавила женщина, что вызвало улыбку на лице Феди.

– Думаешь, это возможно?

– Нет. Думаю, он уже в курсе, что ты левачишь за его счёт. Так что, рекомендую тебе заняться приготовлением лапши, что ты будешь ему вешать на уши.

– Выкручусь как-нибудь, – Промченко лениво махнул рукой.

– Поосторожнее с ним. Виктор Робертович – это акула, что может тебя запросто сожрать.

– Подавится, – Федя встал с кресла и направился к дверям лифта вместе с подругой.

Нажав на кнопку, друзья ждали, пока кабина поднимется на их этаж.

– Не бросай начатое, – голос Полины вдруг зазвучал необычайно серьёзно, – эта штука, – она кивнула головой в сторону кабинета, – то, что тебе нужно именно сейчас.

Двери лифта распахнулись и женщина зашла внутрь, предварительно заключив Промченко в крепкие объятья и чмокнув в щёку.

– И подумай над тем, что я сегодня говорила. Может, нам и правда стоит бросить всё и рискнуть всем?

Створки захлопнулись, оставив Полину без ответа. Но и она, и Федя знали, какой ответ был правильным.

***

Хладный металл пистолета идеально лёг в руку, отчего кровь в жилах, казалось, остыла и замерла на месте. Мужчина зарядил оружие и отошёл от шкафчика. Вся техника была отключена и единственным источником звука в квартире были его собственные шаги – шлепки босых ног по полу.

Мрак и лёгкое свечение неона на стенах, полосами порезавшего их на части, словно соломку. Перед глазами возникают образы – такой же зимней ночью, придя домой, он застал квартиру родителей без единой души в ней – только холодные тела.

На кровати лежала его мама: было видно, что она позволила себя застрелить – всё было добровольно. Лишь перед самим выстрелом, что пришёлся прямо в сердце – Промченко старший был отличным стрелком – она сощурила глаза и приоткрыла в страхе рот. В таком виде её обнаружил сын, решивший навестить их поздним вечером, заехав по дороге с работы.

Смертное изваяние матери застыло тут, a в паре метров от неё, сидя на стуле за столом перед бокалом разбавленного соком виски, окаменел в века и отец. Голова слилась с мрамором столешницы, a правая рука беспомощно повисла под тяжестью пистолета. Густая как смоль кровь тихонько стекала на пол.

Промченко левой рукой ухватил стул и потащил его на то самое место. Перекинув ногу, он занял схожее положение и задумался, вращая рукой с пистолетом. Из кармана халата он достал телефон. Парой нажатий он вдохнул в него жизнь и открыл галерею. Перед ним возникла старая фотография Вики, которую он скачал из сети. Фёдор поставил устройство перед собой, оперев на стакан.

– Дорогая моя, что ж это за жизнь у нас такая будет? Ни единого касания и поцелуя. Ни запаха твоих духов и нежной кожи, – слеза прокатилась по его щеке. – Может, следует всё упростить и ускорить то, что и так в любом случае неизбежно?

Рука с пистолетом приблизилась к виску. Касание металла заставило Промченко вздрогнуть и чуть ли не подпрыгнуть на месте. В панике он оторвал орудие от головы и положил на стол. Пальцы, будто бы по своей собственной, отдельной воле, открыли диктофон и запустили его.

«Сначала я обрадовался, подумав, что получил доступ к возможности оцифровать душу и перенести жизнь с одного носителя – тела – на другой. Но это ложь, я знаю. Программа породит лишь новую версию человека, альтернативу предыдущей – мёртвые мертвы и это изменить нельзя.