Чтение онлайн

— Катарина, Чёрный лес, Нигум, Дерранд, — продолжал Олег твердить знакомые Ларсу слова, и существо ещё сильнее сжало голову, словно они рвали его мозг на части. — Гунон, Швацвальд, де Блуа...

Существо упало на колени и завопило, уткнувшись лбом в землю.

— Давай же, Ларс, вернись!

Животный вопль боли и ужаса, затихая, сменился гортанным воем, переходящем в плач — тихий и вполне человеческий.

— Почему... что происходит? — заговорило существо голосом Ларса, пытаясь стереть рукавом грязь. — Боже мой, — его лицо скривилось в гримасе отвращения. — Что я...? — рвотные спазмы скрутили желудок, выталкивая наружу непереваренные остатки падали.

— Ларс, это ты? — спросил Олег, глядя на скорчившегося человека перед собой.

— Да, кажется, — кивнул тот неуверенно, и добавил с уже большей решимостью, утирая с подбородки нити чёрной слизи: — Да, это я.

— Чем докажешь? — вышел из-за спины Олега Жером.

— Доказать?

— Вот именно. Мы только что наблюдали, как ты жрёшь трупы, и это ничерта не похоже на Ларса, которого я знал.

— Трупы... — поднёс человек ладонь ко рту. — Так вот что это было.

— Да, хреновы трупы, мумии, мать их! Так чем докажешь, что ты — Ларс?

— Я... — сел человек на землю, взмахнув рукой, словно ища опору, — даже не знаю. Что могло бы тебя убедить в искренности моих слов? Мы ведь не так хорошо знакомы, чтобы...

— Имя твоей жены, — подсказал Олег. — Назови его.

— Моя жена... — уронил человек голову на грудь. — Это воспоминание я рад был бы потерять. Но увы... Магдален. Моя милая Магдален... Я всё ещё помню это имя, хотя лицо её почти стёрлось.

— Верно, — подтвердил Жером. — А почему ты хотел бы её забыть? Что она сделала?

— Ты жесток, друг мой, — печально улыбнулся человек, подняв взгляд на Клозена. — А не желаешь ли поговорить о том, что произошло между тобою и твоим приятелем по имени Кри-Кри? Или это его прозвище? Среди любителей героина ведь принято давать друг другу прозвища, не так ли?

— Я не рассказывал о героине, — нахмурился Жером. — Откуда ты — чёрт подери — это взял? Откуда он знает про героин? — тронул Клозен Олега за плечо.

— Успокойтесь, — устало махнул рукой человек. — Это была лишь догадка, не более.

— Догадка, говоришь?

— Да. Захотелось уколоть тебя в ответ. У меня вышло?

Жером собрался было ответить, но передумал.

— Ты знаешь, — взял слово Олег, — чью душу поглотил?

— Боюсь, нет, — помотал человек головой. — Я думал, ты мне расскажешь. Ведь ты очистил её, а значит, пропустил сквозь себя память, в ней хранящуюся.

— Я не ощутил воспоминаний.

— А-а... — выдохнул человек задумчиво. — Умирающая душа — обычное дело в здешних землях. Кем оно было, то несчастное существо?

— Бескрылым нетопырём, прикидывающимся святой девой, — ответил Жером.

— Как причудливо. Вы убили его? Разумеется, убили. Простите мою глупость, я всё ещё не совсем в ладу с собственным разумом. Требуется время. Все эти метаморфозы... Меня словно разобрали на части и собрали заново, вывернули наизнанку.

— Что ты помнишь о событиях между прошлой и сегодняшней ночью? — спросил Олег, безотчётно потирая рукой древко алебарды.

— Очень мало, — отвёл человек взгляд в сторону. — Я бы даже не назвал это воспоминаниями, скорее, ощущениями. Было похоже на горячечный бред.

— Тебя и в самом деле била лихорадка.

— Да, вероятно. Но потом... Потом я словно выбрался из трясины. Мне стало легко и вольготно. Моё тело сделалось будто невесомым, полностью свободным от боли и страдания. Я мог бы взлететь, если бы захотел, но что-то говорило мне — «Рано, пока рано». И я прислушался, остался здесь. А потом — будто взрыв. Мой покой, мою негу поглотило море света, такого яркого и горячего... Меня обуял ужас. Первобытный, неконтролируемый ужас. Я чувствовал, что распадаюсь на части, обращаюсь в ничто. Кажется, это длилось целую вечность, словно я спустился в ад. О, именно так я и подумал. Решил, что теперь это навсегда, что обиталище моё отныне и вовек — геенна огненная. Но свет погас, жар отступил. И вот я здесь. Моё тело невредимо, — приподнял человек окровавленную рубаху, — а разум затуманен. Признаюсь, мне немного неловко, словно эти чресла не мои, словно они позаимствованы на время. Я не помню этого тела, оно будто бы изменилось, — ощупал он себя. — Нет, конечно, оно моё, но, всё же, непривычное мне. Пальцы стали длиннее, или мне только кажется? Плечи... они были не столь широки прежде. А моё лицо, оно знакомо вам?

— На пару слов, — взял Жером под локоть Олега и отвёл в сторону.

— Что?

— Это не Ларс.

— Не говори ерунды. Он всё помнит.

— Ты просто не желаешь принять очевидного. Это — не Ларс.

— Ему столько всего пережить пришлось, он в шоке.

— Да послушай же! Он... физически другой. Ты не видишь? Он выглядит иначе, говорит иначе, ведёт себя иначе.

— Это объяснимо.

— Да, верно. И объяснение простое — он — не Ларс.

— Ладно, хочешь доказательств — будут тебе доказательства, — решительно развернулся Олег, — Ларс, дружище...

— Да, — неуклюже поднялся тот на ноги.

— Ты ведь знаком с пиромантией?

— Разумеется.

— Не сочти за труд, продемонстрируй нам ту штуку, которую сделал, когда только-только осознал свои возможности.

— Запросто, — расплылся человек в улыбке, радуясь предоставленной возможности.

Руки пироманта принялись выписывать движения вокруг одной точки, словно гладя невидимую сферу. На кончиках длинных пальцев засветились крошечные огоньки, связывающиеся воедино тончайшими электрическими дугами. В центре фантомной сферы вспыхнул огонь — настолько яркий, что свет его ослеплял своей белизной. С каждым оборотом ладоней пламя всё разрасталось, и вместе с тем белая плазма всё больше загрязнялась тёмными прожилками, словно мокрый лист белой бумаги, на который падала каплями чёрная акварель. Наконец, закончив манипуляции, человек протянул вперёд обращённую к небу ладонь, над которой повис шар пламени — точь-в-точь такой же, как в первый раз, но... абсолютно чёрный.

Олег и Жером молча переглянулись.

— Что не так? — спросил человек, и довольная улыбка на его лице стала неуверенной. — Моё пламя не по душе вам?

— Это — не огонь, — вкрадчиво, словно неразумному ребёнку, пояснил Олег.

— Нет? — перевёл человек взгляд на своё творение.

— Нет, — помотал головой Жером.

— Тогда я, пожалуй, оставлю это себе.

Рука, поддерживающая чёрную пламенеющую сферу, приблизилась к груди человека, и тёмная материя впиталась в его тело без следа.

— Что ты за хрень? — выдохнул Клозен.

— Меня зовут Ларс ван дер Гроф, — поклонился человек. — Рад знакомству.

Весь обратный путь человек, называющий себя Ларсом, проделал, ни разу не сбавив хода. Он шёл первым, в полный рост и строго по прямой, лишь изредка огибая лакуны, оказывающиеся на поверку глубокой трясиной. Олег и Жером двигались след в след за своим странным проводником, опасливо переглядываясь и озираясь в поисках знакомых ориентиров. Ориентиры были на своих местах. Ларс шагал по тёмному болоту, словно по собственному дому, зная, казалось, каждый его сантиметр. И это пугало куда больше, чем мёртвая топь под ногами.