Чтение онлайн

Мягкие лапы крокошьянца легли на море разноцветных кнопок и тумблеров. И в тот же миг звездолет основательно тряхнуло, и ярко зеленый луч прошил его насквозь. На мгновение показалось, что все кончено, и сейчас, сраженный неведомым оружием рухнет корабль на проклятую планету, погребя под своими останками тех, кого в течение долгих лет оберегал от лап беспощадного космоса. Но минуты шли, а они никуда не падали, все так же, в заданном автоматами режиме производя посадку.

Все казалось бы по-прежнему, те же вокруг родные и знакомые лица. Но почему же тогда в небесно-голубых глазах крокошьянца застыл страх, и так растерянно теребит пуговицы комбинезона всегда веселый и жизнерадостный командир корабля, — Рудольф Сташинский.

Растерянный взгляд скользнул по панелям, пестрящим множеством лампочек, кнопок и тумблеров, отвечающих за нормальную работу корабельных систем, и остановился. Пульт управления молчал, не щелкали автоматические тумблеры, не гудели скрытые от глаз реле, не пестрели веселыми огоньками россыпи разноцветных ламп. Пульт был выведен из строя в тот самый момент, когда корабль прошил зеленый луч. Стало ясно, что сражение предстоит с враждебным разумом по мощи не уступающим, а возможно даже превосходящим их. Иначе, как объяснить тот факт, что всего лишь одним ударом коварная планета сделала могучий боевой корабль пленником, словно желая позабавиться, поиграть с ним, как кошка с мышкой, а затем одним ударом уничтожить опостылевшую игрушку. Но потому, как посуровели лица землян, как холодно блеснули голубые глаза крокошьянцев, и напряглись в ожидании схватки многорукие мугальцы, стало ясно, что предстоит серьезная драка, и никто из гвардейцев не позволит считать себя игрушкой.

Прошли минуты, и корабль аккуратно опустился на все четыре опоры. Такую посадку мог осуществить только пилот экстра-класса. Это новое обстоятельство только укрепило уверенность в том, что им предстоит сразиться с сильным и умелым противником.

Корабль приземлился, и все стихло. Вокруг, куда ни глянь, расстилалась величественная панорама гор. В небольшой, узкой долине, буйством красок пылали невиданные цветы, могучие деревья раскинули гигантские пышные кроны, создавая обильную тень, словно приглашая уставших с дороги путников отдохнуть под сенью своей листвы. В траве резвились небольшие симпатичные зверушки, те, что покрупнее, спрятались в чаще леса, напуганные появлением страшного гиганта пахнущего металлом. В развесистых кронах лесных исполинов щебетали птицы, из океана цветов покрывающих землю прекрасным ковром, доносилось деловитое жужжание шмеля, и беззаботное стрекотание кузнечика. Ничто не предвещало беды, не говорило о том, что это не райское место, а западня.

Красота окружающего мира убаюкивала, усыпляла бдительность, но гвардейцы не поддавались очарованию, помня о случившемся. Беглый взгляд на приборную доску наглядно давал понять, что не к друзьям на пикник они попали, а к сильному и коварному врагу. После случившегося никто не сомневался в том, что две предыдущие экспедиции погибли, убаюканные обманчивой красотой здешнего мира.

Решено было отсидеться некоторое время за надежными стенами, заставить неведомого врага первым сделать очередной шаг, от которого многое будет зависеть, и многое станет ясным.

Совещание экипажа было прервано громким скрежетом, и чавканьем. Вскочив на ноги, держа наготове молекулярные распылители материи, гвардейцы прильнули к обзорным экранам, дабы узнать, кто, или что снаружи издает эти неприятные чавкающие звуки, и что за скрежет сопровождает их.

С первого взгляда было трудно что-либо понять. Какие-то звери, вроде тех, что на Земле зовутся свиньями, заросшие густой, стоящей торчком щетиной, отвратительно чавкая, облепили корабельные опоры. Неизвестно, сулило ли железо их желудкам какие-либо неприятности, но сия трапеза могла плохо сказаться на тех, кто находился внутри стальной махины. Если вовремя не прекратить "пирушку", на которую сбегались все новые и новые особи, то люди, и их собратья, рискуют остаться в ближайшее время без убежища.

Под монотонный хруст и чавканье, два мугальца, сжимая в каждой из множества рук по пистолету-распылителю, направились к выходу из корабля, разогнать жующую братию, пока она не натворила бед. С помощью несложного механизма установленного на дверях, на случай отказа электроники, им без труда удалось через главный шлюз выйти наружу, туда, откуда доносились резкие и неприятные звуки.

Облепив корабельные опоры, стая громко чавкающих животных продолжала пиршество, не обращая внимания на многоруких чужаков, что подобно червям, выбрались из пожираемого ими стального яблока. В отблеске молний молекулярных распылителей ненасытные обжоры превратились ни во что, предоставив многоруким пришельцам метающим губительные лучи возможность полюбоваться изъеденными корабельными опорами, что гордо держали корабль на множестве покоренных планет. Две опоры были вырваны из прожорливых пастей свинорылых "гурманов", осталось освободить еще две, а для этого необходимо было обойти корабль.

Несмотря на предостережения об опасности, мугальцы резво передвигая многочисленные конечности, держа наготове смертоносное оружие, отправились к третьей и четвертой опорам, чтобы и там свести счеты с назойливыми тварями. Но случилось непоправимое. Секунду назад мирно грызущие железо "поросята", словно повинуясь команде, резво развернулись в сторону пришельцев, а спустя еще мгновение в воздухе блеснули молнии, и пораженные ими мугальцы рухнули на землю, приминая телами буйное разнотравье. А существа с чувством выполненного долга вернулись к прерванной трапезе.

На корабле воцарилась мертвая тишина. На минуту в неподвижности замерли гвардейцы, отдавая последнюю дань уважения погибшим товарищам, первым жертвам начавшейся войны. Помочь им уже нельзя, остается лишь взять тела и поместить в специальные саркофаги, с тем, чтобы похоронить по обычаю гвардейцев, на родной планете. Сделать это будет не просто, учитывая, как чутко отреагировали на приближение пришельцев существа пожирающие корабль.

Решено было отправить за телами роботов, а заодно посмотреть, как отреагируют существа на их приближение. Если, конечно, удастся найти хоть одно действующее электронное создание, не поврежденное атаковавшим корабль лучом. Крокошьянец Мунтхи отправился к складскому помещению, и через минуту донесшийся оттуда гневный рык, красноречивее любых слов возвестил экипажу о том, что случилось то, чего они так опасались. Теперь им приходилось рассчитывать только на собственные силы.

Затянувшееся молчание прервал капитан, объявив во всеуслышание о том, о чем каждый думал про себя. "Не дело", — сказал он, — "оставлять тела товарищей на съедение, не к лицу гвардейцам отступать, никому не дано нарушать неписанный закон, который велит, чтобы тела погибших были погребены на родной земле, и только в самом крайнем случае там, где их настигла смерть. Крайний случай еще не настал, и поэтому нужно идти.

Все без исключения были готовы немедленно спустить вниз, и вступить в бой с тварями, погубившими их товарищей. Но командир думал иначе. Рисковать отрядом в самом начале миссии он не имел права, и поэтому отобрал на дело только пятерых. Спустя минуту два мугальца, землянин и пара крокошьянцев, покинули корабль.

Очутившись на поляне, держа наизготовку смертоносное оружие, небольшой отряд, соблюдая все возможные меры предосторожности, направился туда, где лежали тела погибших.

Существа продолжали все также целеустремленно обгладывать корабельные опоры, и лишь когда пришельцы приблизились достаточно близко, отреагировали так же быстро, как и в прошлый раз. Пущенные ими молнии блеснули навстречу молниям чужаков. А когда в наступающих сумерках погасли их отблески, взорам людей предстала печальная картина. Мугальцы и землянин, широко раскинув руки, лежали на земле, в последнем порыве обнимая чужую, такую негостеприимную планету. Представители здешней фауны были полностью истреблены, но атаковавший их отряд понес ощутимые потери. Уцелевшие в стычке крокошьянцы склонив пушистые головы, застыли на поляне, горько оплакивая потерю. А затем, решительно сжав кошачьими лапками оружие, не слыша обрушившихся на их голову проклятий капитана, игнорируя приказ вернуться, направились к последней, четвертой опоре, все еще осаждаемой скопищем прожорливых существ, горя желанием отомстить за гибель друзей, и ничто не могло поколебать их стремления напасть на ненавистных прожорливых тварей.

Едва они оказались в пределах видимости существ, как последние мгновенно прекратили трапезу, и развернулись в их сторону. Перед оставшимися на корабле гвардейцами в очередной раз должна была разыграться знакомая до боли трагедия.

Сверкнули молнии посланные пришельцами, превращая ни во что, в атомную пыль существ, которым они предназначались, а те, на удивление всем, не отвечали прицельным огнем. Они начали метаться в разные стороны, стреляя, куда попало. Невероятно, но факт! Они не видели крокошьянцев!