Чтение онлайн

Однако, чем радостнее и даже одухотвореннее становилось его лицо сосисочника, тем скучнее и даже раздраженнее выглядел наблюдающий за ним мужчина. Женщина же, напротив, полностью сосредоточилась на новом посетителе. Он же, словно вняв ее желаниям, обернулся и жестом заказал себе пива.

Увидев его лицо, рыжеволосая вскрикнула, типично женским движением прикрыв рот, а ее спутник в сильнейшем возбуждении вскочил со своего стульчика, опрокинув его на пол…

— Добрый день, Вячеслав Иваныч! Шерстков беспокоит.

— Здравствуйте, Валерий Михайлович! Давненько не было слышно о Вас…

— Так не удивительно! В Центральной лежу, с двадцать второго. Вместе, так сказать с Самим! — Смешок.

— Но хоть не в одной палате? — легкое, позволительное проигрывание в лояльный либерализм.

— Что Вы, уважаемый! — притворный ужас. — Я храпа не выношу.

Вежливый смех по обе стороны особой связи.

— Я что звоню-то, Вячеслав! — молчание, обдумывание. — Помните письмецо-то Ваше?

Исчезла показная легкость общения. Теперь не оплошать.

— Какое именно, Валер? От меня знаешь, сколько в день уходит?

— Да коротенькое… От братьев-славян на имя премьера…

Отчетливое тиканье напольных часов. Интересно, а сколько они здесь уже находятся?.. Так-так… От братьев-славян могло быть только одно письмо, точнее срочная шифртелеграмма о намеченной НАТО дате вторжения в Югославию. А дата-то… сегодняшняя… Теперь очень осторожно! Связь-то, конечно, особая, но…

— Ах это! — голос должен быть ровным. — Мы отправили, премьер получил, полетел мозги кое-кому вправлять… Что тебя беспокоит-то, Валерий Михалыч?

— Понимаешь, Слав… Не успел Максимыч-то прочитать телеграммку… Только сегодня она вылезла из вороха бумаг. Так образом, он летит, понимаешь, навстречу сюрпризу… Был у нас Киндерсюрприз, а теперь будет Примуссюрприз! Вот так-то… — Пауза, долженствующая высказать особое расположение… некое приобщение… — Да, сплоховали наши шифрики… Знаешь, какой обычно ад перед визитами творится! Ну и затерялась где-то бумаженция-то… Да и взыскать не с кого — человек в «краткосрочке»… По просьбе Ваших же товарищей, кстати… А тут еще все мы, как назло… ха-ха… в ЦКБ завалилась… Как раз, понима-аш, на эти числа! Вот ведь совпаденьице, а, Вячеслав Иваныч?

Как интересно! Оказывается, волосы и в самом деле шевелиться умеют.

— Понятно…

— Вот и хорошо, Валер… Просто предупредить… Ты-то свое дело сделал? Отправил? Контрольная дата исполнения стоит? Вот и чудненько… И у нас все было завизировано соответствующими датами! И представляешь, разгильдяйство какое! Эх, Юрия Владимировича на них бы!

— Понятно, Валерий Михалыч, а что же Иванов-то?

— Ээ… — пауза, — … я же говорю, Слав… визит… суета… не до того ему! Да и не отследишь все телеграммы-то! Все-таки «Гор-Черномырдин»! То есть, тьфу «Примаков». Пока еще…

— «Пока» — что?

— А о чем это ты?

Пауза.

— Понятно… А кто в командировке-то? Скажешь? Кого сдали, а, Валерий Михайлович?

— Слава! Дорогой, «кого сдали»?! О чем ты? Просто человек не вовремя уехал, деньжат, понимаешь, подвернулась возможность срубить на «краткой». Забыл, значит, правило — когда начальники по командировкам разъезжают, то информационный поток прерываться не должен. Я лично это так понимаю… А с подчиненных какой спрос-то? Они по неопытности и пропустили «срочную» в потоке… Я и тебе-то звоню успокоить, мол, ты свое дело сделал профессионально, грамотно и вовремя.

— Понятно, Валера. Так кто же?

— Ах ты настырный какой! Да ты не знаешь его! — пренебрежительный тон. — На пенсию просто товарищу уже пора! Недавно взлетел на высокий пост и давай пользоваться благами…

— Так кто же, Валер?

— Да говорю же, не знаешь ты его. Слава Аллаху, разведка не всех работников МИДа под себя подмяла!

— А ты попробуй, Валерий Михалыч…

— Ладно… — неохотно, — Некто Каюров… Игорь… по-моему, Алесеевич… И Слав…

— Слушаю, Валерий Михайлович.

— Подумай хорошенько… Не бери греха…

— Выздоравливайте, Валерий Михайлович! И этому… пациенту привет передавайте!..

Отбой…

Они вскочили одновременно — Раменов, Лаура и три господина за соседним столиком.

Раменов застыл с раскрытым ртом и полными ужаса глазами. Изумленные посетители невольно стали оглядываться в поисках по меньшей мере призрака отца Гамлета.

— Влад! — взвизгнула обычно хладнокровная американка.

Собеседник Люти повернул на крик голову и побледнел.

Трое господ с другого столика также ничего не сказали. Они молча и целенаправленно ринулись мимо ошарашенной пары прямо к столику Люти, так и не успевшего доесть свои «венские».

Однако, довести свой маневр до конца они не успели. Первый из них кубарем полетел, подсеченный стройной, но очень тренированной ножкой Лауры.

Второй успел среагировать и перепрыгнул через ногу. Но лишь для того, чтобы быть сбитым в воздухе страшным ударом вытянутой руки поперек груди. При падении он грохнулся головой о край стола и затих на полу.

Третий не растерялся и моментально сунул руку под плащ, решив не испытывать судьбу. Но пока он уворачивался от тел своих товарищей, драгоценные секунды были потеряны. И когда он уже почти вытащил пистолет, раздался сухой треск электрического шокера в руке неугомонной американки. И третье бездыханное тело грудой одежды обрушилось на пол.

Все действо заняло не более десяти секунд. Никто больше не успел ничего предпринять. Да и не хотел.

Теперь уже Лаура подскочила к столику Люти и схватила за руку его соседа.

— Скорее, Влад! Через кухню…

— Господи, Лаура, рад видеть тебя в добром здравии! — только и успел пробормотать тот, к кому она обращалась.

— Госпожа Брайтман, что же это происхо… — начал в величайшем изумлении Люти, но его речь перешла в хрип, в горле забулькало, и изо рта хлынула кровь.

Когда Лаура отдернула от его горла руку, он был мертв…

…Владислав в нетерпении мерял шагами огромный рабочий кабинет Раменова, изредка бросая злые взгляды на хозяина апартаментов, который закрыв глаза развалился на тахте. Он лежал так уже около пятнадцати минут, с тех самых пор, как открыл дверь, и гостеприимным жестом пригласил всех входить.