Чтение онлайн

Казалось. Но едва я вижу её в коридоре, кости снова начинает ломать. Стоит со своими подругами у расписания, улыбается. Весело ей.

Ну-ну.

На меня когда взгляд её случайно падает, каменеет и отворачивается, поджав губы.

Хорошо, пусть воротит нос. Так быстрее переживётся, перебродит и выветрится яд, пущенный ею в кровь.

В коридоре шумно, толпа из нескольких групп. Семён что-то говорит, я хочу переспросить, но тут меня привлекает другой разговор.

— Ай, Димка, осторожно! — Меляев с параллельного потока зажал тёлку у подоконника, обхватив за талию под футболкой. — У тебя опять часы царапаются.

Стоп.

В голове срабатывает гонг. Я, когда мысли гонял, подозревал его и ещё пару утырков, но уверен не был. До этого момента.

Юлька тоже замирает и резко оборачивается. Мне секунды хватает, чтобы понять по её лицу, что она узнала ублюдка.

Роняю рюкзак прямо на пол.

Пиздец тебе, чмошник.

Юля

Это он! Я узнала. И голос, и дебильный смех, даже лицо вспомнила. Я знаю, как его зовут — это Дима Меляев, третьекурсник.

Тошнота подкатывает моментально. Во рту пересыхает, а сердце начинает колотиться в груди.

Егор тоже оборачивается, скользит взглядом по мне, считывая реакцию. Его лицо каменеет, взгляд становится тяжёлым. Я знаю, что это значит. Он в бешенстве.

Он сбрасывает на пол рюкзак и стремительно направляется к подоконнику, где стоят тот парень и девушка. Я замираю и лишь успеваю прикрыть ладонью рот, чтобы не вскрикнуть, когда Вертинский встряхивает того парня за грудки, словно тряпичную куклу.

В коридоре становится так тихо, что слышно как зудит лампа дневного света под потолком. Все оборачиваются и замирают в ожидании зрелища.

— Чё, сука, тёлки без «пыли» не дают? — шипит Егор, выталкивая парня на середину коридора.

Вертинский крепко держит его за грудки, несколько раз сильно встряхивает и что-то говорит, но не слышно, что именно.

— А чего, Верт, у тебя так подгорело? У неё классные сиськи, тебе одному, что ли, на них пяли…

Договорить ублюдок не успевает, потому что Вертинский валит его на пол и начинает бить. Сильно, с размаху. Сыплет удары один за другим.

Друзья того парня лишь переглядываются, но даже не дёргаются. Все замерли, кто-то достал телефон и снимает.

Его же выпрут за это из университета. Это в лучшем случае. А ещё дисквалификация в спорте. А может и заявление в полицию.

И вдруг как вспышка ударяет в голову мысль, что всё это может с ним случиться из-за меня!

— Егор, стой! Хватит! — бросаюсь вперёд к дерущимся парням, но меня перехватывает Семён, удержав за локоть.

— Не лезь, Юля, — предупреждает. — Особенно сейчас. Перепадёт.

Семён оттесняет меня в сторону, но я слышу перепалку.

— Шлюхи они все, Верт! — парень пытается сопротивляться. — А ты впрягаешься.

— Заткнись, чмо. На тебя просто кроме шлюх внимания никто не обращает.

Вертинский отвлекается на выкрик из толпы, что рядом вроде должна быть камера, и им пора сворачивать драку. И в этот момент уроду удаётся столкнуть его с себя. Но хоть этот Меляев и тоже весьма крепкий и сильный с виду, Егору он не противник. Вертинский спохватывается и снова укладывает парня на лопатки.

— Где фотки? — рычит ему в лицо, придавив коленом грудь.

— А ты в живую не насмотрелся?

— Я спросил, где фотки, мудила? — снова бьёт.

А потом ещё раз. Может, Семён и прав, и мне не стоит лезть, но смотреть на это так просто я не могу.

— Перестань, пожалуйста, Егор, — бросаюсь к нему и хватаю за руку. — Чёрт с ним, с козлом. Пойдём!

Тяну за руку, в надежде оторвать его от Меляева. Но в ответ получаю быстрый и резкий как молния взгляд.

— Уйди, — выстреливает мне зло. — Пошла!

Отшатываюсь как от пощёчины. Народ вокруг продолжает наблюдать, как за увлекательным спектаклем. Так стыдно, что хочется исчезнуть. Раствориться, чтобы не пылать так под взглядами.

— Там препод идёт! — выкрикивает кто-то и толпа приходит в движение.

— Разнимай!

Семён подлетает к Вертинскому и пытается оттащить его, друзья Меляева помогают тому подняться.

— Тебе пиздец, Меляев, — вижу, что Егора аж трясёт. Если бы не его друг, уже бы снова повалил козла. — Я же достану тебя один хрен. Задницу через рот выверну, понял?

— Я тебе не ровня, чемпион, тут и ежу понятно, — тот отдышивается и вытирает кровь с подбородка, — а как на счёт моей территории?

Вертинский сжимает челюсти так, что видно, как натягиваются желваки. У меня внутри всё холодеет от одного лишь предположения, о котором может пойти дальше речь.

— Или ты в эти игры не играешь, Егорка? — подмигивает глазом, что очень скоро превратится в опухшее фиолетовое нечто. — Сегодня на загородной трассе. В десять. Шесть кругов. Обойдёшь — честно отдам фотки. Нет — весь универ увидит прелестные сиськи твоей Конфетки.

— Твою ж мать, — слышу, как тихо высказывается Семён.

А я так каменею, что даже сказать ничего не могу. Я слышала об этих гонках, и это далеко не милые истории. В позапрошлом году парень погиб, но полиция так ничего и не прикрыла. Были случаи, что пострадавшими оказывались люди, просто проезжающие там на своих машинах. Егор всегда отрицательно относился к нелегальным гонкам, хоть и любитель скорости.

Но сейчас я вижу его ответ во взгляде.

— Не смей! — шепчу, схватив его за руку, но он её выдёргивает.

— Хорошо, — выплёвывает. — Ты просрёшь, а потом я затолкаю тебе в глотку твой телефон, на который ты её снял.

Он разворачивается и быстро уходит. Народ расступается, пропуская его. А мне кажется, что меня придётся выносить, настолько плохо становится. Мало того, что теперь о моих фотках знает весь универ, так ещё и Егор будет подвергать себя такой опасности! Это нелегальные гонки, если его сдадут, то точно исключат из университета. А если пострадает?

Я должна попытаться убедить его отказаться!