Чтение онлайн

Драгунцев берёт меня за руку и ведёт внутрь, подбадривает, чуть сжимая пальцы.

В зале ресторана людей не меньше трёх десятков. Мужчины в костюмах, женщины в красивых платьях. Негромкая музыка, приглушённые разговоры, лёгкий смех. Мы подходим к красивой паре, в которой я узнаю родителей Сергея. Он очень на них похож. Рыжие волосы, как у матери и яркие голубые глаза, как у отца. Красивые люди в красивых одеждах. Что они скажут, когда увидят, что их сын привёл меня? Маленького роста, со шрамом на лбу и слегка прихрамывающую при долгой или быстрой ходьбе.

Но то ли воспитание им не позволяет проявить, то ли я и правда каким-то чудом им понравилась, потому что когда Сергей меня им представляет, они улыбаются, мило разговаривают. Но особо разговориться не получается, потому что к ним подходят с поздравлениями другие гости, а меня Сергей увлекает в сторону.

Предлагает шампанское, знакомит с дядей и ещё каким-то родственником. Я улыбаюсь, отвечаю на дежурные вопросы о том, где учусь и какие планы на жизнь.

— Обещаю, — шепчет Сергей, уводя меня от очередного родственника. — Этот вечер будет не таким скучным, как ты думаешь. Пойдём, познакомлю тебя с друзьями.

Замечаю в конце зала небольшую компанию молодых людей. Одеты они так же, как и взрослые, но смех их чуть громче.

Вот настоящий круг Драгунцева. Наверное, его родители и другие родственники в недоумении, что же рядом с ним забыла такая как я.

Сергей знакомит меня с двумя девушками и парнем.

— Серый столько о тебе рассказывал! — воскликает молоденькая блондинка, которую Серёжа представил как свою двоюродную сестру. — Рада познакомиться!

— А вот и ещё один мой приятель, — Драгунский оборачивается к подошедшему сбоку парню, пока я любезничаю с его сестрой. — Сын давнего папиного друга и партнёра — Егор Вертинский.

Так не бывает. Не должно быть. Что это, если не насмешка судьбы?

— Егор, познакомься: Юля — моя девушка.

Я оборачиваюсь и застываю, парализованная тёмной бездной таких знакомых глаз.

— Очень приятно, — получаю сдержанный ответ.

Я призываю на помощь всю свою силу воли, чтобы не вцепиться ему в воротник и не задать ту тысячу вопросов, что мучила меня больше двух лет.

— Красивое платье, Юля, — голос ровный, но я умею различать, когда он едва заметно звенит сталью от напряжения. — Оно тебе невероятно идёт.

— Спасибо, — выдавливаю под взглядами остальных.

Ноги словно к полу приросли, а взгляд — к нему. Вертинский тоже смотрит в упор. Узнал платье, поэтому и кинул намёк.

Именно в этом синем платье я тогда пошла к нему, когда он, согласившись на мою просьбу, стал моим первым. Помню, как аккуратно расстёгивал молнию, как спускал широкие бретели с плеч, как упало синим водопадом к ногам.

Кожа начинает гореть от соприкосновения с тканью. Лучше бы я надела то оранжевое.

— Егор перебрался к отцу пару лет назад, — трещит Роза — двоюродная сестра Сергея, — а ощущение, что я знаю его сто лет уже.

Верхний свет приглушают, а музыка, наоборот, становится громче. Сергей берёт меня за руку, чтобы увести на танец, но тут слышно, что его окликает отец.

— Прости, малыш, — Драгунцев смотрит виновато. — Я сейчас…

— Не торопись, я подхвачу, — вклинивается Вертинский и делает шаг ко мне.

Приходится напомнить себе, что воздух нужно не только вдыхать, но и выдыхать.

Внутри леденеет каждая клетка, когда его пальцы касаются моих, но выдернуть руку я не могу. Кажется, будто вообще сейчас собой не управляю.

Егор выводит меня в зону для танцующих, чуть вытягивает одну руку в сторону, а вторую кладёт на талию. Снаружи всё обыкновенно, ничего необычного, но мои ощущения сигналят, что вот так мужская рука в танце лежать на талии не должна. Не так крепко, не так по-хозяйски.

Чувствую на коже скул его дыхание, когда он начинает медленно двигаться в такт музыке. Его пальцы такие горячие, а мои такие ледяные, что кажется вот-вот пар повалит.

Я надела туфли на среднем каблуке. Вообще-то, после аварии я такую обувь не ношу, но хотелось выглядеть хорошо, только вот танцевать я не собиралась. Получается случайно покачнуться не в такт, наступив на нездоровую ногу, в ответ меня прижимают за талию чуть сильнее.

— Скучала, Конфета? — шёпот на ухо обжигает и тормозит на секунду дыхание.

Я пыталась оправдать его в своей голове. Придумывала фантастические причины. Например, что после аварии он потерял память. Даже сходила с ума в страхе, что его больше нет, а мне не говорят правды. Но Егор, слава Богу, жив. И с памятью у него всё в порядке.

Мне очень хочется спросить, где же он был и почему молчал, но я себе не позволяю. Очевидно, раз не посчитал нужным раньше, смысл сейчас спрашивать? Но один вопрос я всё же задаю.

— Зачем ты вернулся, Егор?

— За тем, что принадлежит мне, — голос ровный и выдержанный, будто он знал, что я спрошу это и готов был ответить. — За тобой, Юля.

Это как удар под дых — больно и нечем дышать. Я так долго ждала этих слов, что сейчас они вызывают лишь недоумение и злость. Уж слишком толстой стала стена между нами за эти два года непонимания и одиночества.

— Я дал тебе достаточно времени. И уж никак не для того, чтобы ты тёрлась с мажорами типа этого утырка Драгунцева.

Дал времени? Что? Что вообще за бред?

Мне кажется, у меня слуховые галлюцинации, потому что то что он говорит — реальный бред. У меня это вызывает волну злости, и я хочу выдернуть руку и уйти, но Егор предугадывает моё движение и сжимает пальцы, не выпуская.

В зале довольно темно, рядом танцуют ещё несколько пар, и нас почти не видно. Егор пользуется этим, прижимая меня ближе в ответ на мою попытку высвободиться.

— Ты вкусно пахнешь, Конфета, — тихий шёпот прямо в ухо, отчего по всему телу устремляются колючие мурашки. — Уверен, на вкус такая же сладкая, как я помню. Завязывай свои игры с пижоном.

Мне нужно проснуться. Потому что всё это — сто процентов сон. Очень-очень плохой сон. В котором всё не имеет смысла, и мотивы действующих лиц непонятны мне.

Я даже ответить ничего не способна, потому что испытываю настоящий шок.

Слава Богу, рядом появляется Сергей, а мне как раз удаётся высвободить руку, кожа на которой продолжает покалывать.