Снег на песке
Шрифт:
И все-таки женское любопытство взяло верх. Бьянка облачилась в невесомые одежды и мельком взглянула на себя в зеркало. А вроде бы не так уж и плохо!
Она вышла из ванной. Увидев ее, Амрен поднялся с дивана и восхищенно присвистнул.
— Вот это да! Я ослеплен. Прекрасная гурия озарила все вокруг своей красотой. Я должно быть умер и попал в рай.
Бьянка зарделась.
— Если не заткнешься, то я сама тебя туда отправлю, — смущенно усмехнулась она. — Жалкий лгунишка!
Амрен взял ее за руку.
— Смотри. Сейчас ты убедишься, что я говорю только правду.
Он подвел ее к большому напольному зеркалу. Оттуда на Бьянку смотрела стройная девушка с влажными черными волосами и мраморно-белой кожей. Воздушная бирюза плавно подчеркивала женственные изгибы ее тела, а сквозь прозрачную кисею блузы соблазнительно просвечивала грудь, лишь слегка закрытая маленькой жилеткой.
Красавица!
Вот только…
Бьянка машинально отделила прядь волос и прикрыла ею рубец, уродующий левую половину лица.
Амрен обнял ее за плечи.
— Тебе не нужно стыдиться этого шрама. Это доказательство того, какая ты сильная.
— Но ведь вы, мужчины, любите слабых, — возразила она.
— Мне все равно, кого там любят какие-то мужчины. Я ведь люблю тебя, — улыбнулся он.
С этими словами Амрен приложил к ее груди сверкающее ожерелье и застегнул его сзади на шее. Прекрасные опалы в серебряной оправе переливались нежным перламутровым блеском.
— Какая красота, — восхищенно протянула Бьянка.
— Твои глаза сияют намного ярче, — Амрен коснулся губами ее виска.
Взгляд снова упал на отражение. Голубоватые камни красиво оттеняли молочно-белую кожу, удобно примостившись в манящей ложбинке между грудей. Ожерелье было прекрасно, но Бьянке отчего-то стало горько.
«Он привык покупать женщин за побрякушки, — подумала она. — Неужели он считает, что я такая же как они. Как Лейла и ей подобные».
— Спасибо. Но я не могу принять его.
— Почему?
«Потому что не смогу тебя за него отблагодарить».
Бьянка молчала. Что же сказать, чтобы не обидеть его?
— Я специально искал камни, которые бы подошли к цвету твоих глаз. Прошу, возьми его, доставь мне такую радость! — попросил Амрен.
Она поймала в зеркале его взгляд. Он лучился такой искренней любовью, что Бьянка поняла — Амрен вовсе не собирался ее покупать. Он подарил ей ожерелье от чистого сердца, просто для того, чтобы сделать приятное.
Она повернулась к нему.
— Спасибо, — и выдохнула прямо в его губы. — Я люблю тебя.
***
— Вот так великий герой победил древнее зло и спас Хейдерон от погибели, — Амрен закрыл книгу. — Ну, что скажешь?
Он сидел на диване, откинувшись на подушки, а Бьянка лежала на спине, закинув ноги на мягкий подлокотник. Ее голова удобно покоилась на коленях возлюбленного.
— Уже лучше, — ответила она. — Но когда ты говоришь «Хейдерон», ты так хрипишь, будто у тебя в горле что-то застряло. Звук «ха» нужно произносить мягче. Вот так: «ха!»
— Ну-ка, повтори, а то я не расслышал! — он с вожделением уставился на ее рот.
Бьянку бросило в жар.
— Ха, — уже с меньшей уверенностью выдохнула она.
Амрен склонился над ней и страстно поцеловал ее в губы. Она жадно притянула его к себе.
— Ну все, хватит, — усмехнулся он, когда наконец смог от нее оторваться, — а то тебе станет неудобно лежать.
Она и так уже ощутила затылком это «неудобство» и поспешила сесть. В душу закралась легкая горечь. Сколько можно над ним издеваться? Как скоро ему надоест терпеть, и он ее бросит?
Бьянка глубоко вздохнула, отгоняя непрошеные мысли.
— Амрен, я тут подумала…
— Все что угодно, душа моя.
— Как ты думаешь, корабли уже плавают в Форталезу?
Он заметно напрягся.
— Возможно. А что? Ты хочешь от меня сбежать?
— От тебя разве сбежишь? — улыбнулась она. — Я просто подумала, а не написать ли родным о том, что Мию держат тут в плену?
— А зачем? — удивился Амрен. — Мы скоро и так ее освободим. Вы окажетесь дома быстрее, чем дойдет твое письмо.
Бьянка нервно закусила губу. Конечно, безумно хочется спасти Мию и вернуться на родину… но… Амрен… как же расстаться с ним?.. Ладно, в любом случае, нужно рассказать ему то, что собиралась.
— Понимаешь, — несмело начала она, — дело в том, что наш отец — король Хейдерона.
Она запнулась. Амрен внимательно смотрел в ее глаза. Почему он молчит? Он разозлился?
— Вот значит как? — наконец промолвил он.
— Прости, что не сказала тебе раньше.
Он взял ее руки в свои.
— Ты мне не доверяешь?
— Доверяю… Просто не было подходящего случая…
Он кивнул.
— Ты права. О таких вещах не стоит звонить направо и налево. Но в таком случае, я тем более не советовал бы посылать какие-либо письма.
— Почему? — удивилась она. — Отец потребует у султана, чтобы он освободил Мию, и нам не нужно будет пробираться в его гарем.
Амрен ласково провел по ее щеке тыльной стороной ладони.
— Боюсь, это не сработает, — вздохнул он.
— Что ты имеешь в виду?
— Твоя сестра теперь считается его собственностью. Его женщиной. И неважно, принцесса она или простолюдинка. Скорее даже наоборот, лучше бы ему не знать, какая пташка залетела в его сети.
— Почему? — Бьянка недоуменно наморщила лоб.
— Политика, — пожал плечами Амрен. — Падишах не упустит такую возможность. Он выдвинет свои условия. И насколько я понимаю текущую обстановку, условия эти будут невыполнимыми.
— Он ищет повод для войны? — догадалась она.
— Ну да. Он не прочь расширить свои земли.
Бьянка фыркнула.
— А силенок хватит?
— Может и не хватит, но я не стал бы это проверять, — усмехнулся Амрен.
— И что теперь делать? — она растерянно уставилась на него.
— Действуем по первоначальному плану, — он притянул ее к себе. — Не волнуйся, любимая, скоро мы спасем твою сестру.