Снегурочка для альфы
Шрифт:
— Нет, — качаю головой я, пытаясь вспомнить. — Голова иногда болела, давление. Но с сердцем никогда.
— Наверное, зря я тебе это говорю. Тебе бы выспаться.
Я и сама понимаю, что после всего неплохо бы оказаться в теплой постели. В висках болит, по коже все еще бродит дрожь, да и вообще состояние преотвратнейшее.
Киваю.
— Пошли, — Юрий помогает мне подняться, отводит в другую комнату, где стоит двуспальная кровать, одежный шкаф и тумбочка. Из окна виднеется усыпанная снегом улица. Белые хлопья танцуют в свете фонарей, приземляются на тротуары, деревья, лавочки…
— Это твоя квартира? — спрашиваю я.
— Нет, друга. Он уехал за границу, оставил мне ключи на всякий случай. Богдан тут точно тебя не найдет, — отвечает Юрий, помогает мне забраться в кровать. — Включу светильник, чтобы ты не потерялась. Спокойной ночи.
Он наклоняется и целует меня в щеку.
— Слушай, — говорю ему, — не пойми меня правильно, но я ничего к тебе не чувствую, да и вообще впервые вижу. Давай без…
— Я же не Казимиров, чтобы оформлять брак без твоего ведома, — отвечает он. — Спокойной ночи. Туалет и ванная по коридору налево.
Юрий включает небольшой тусклый светильник, висящий на стене, и выходит из комнаты, прикрывая за собой дверь.
Накрываюсь одеялом с головой. Блин, до сих пор аж трясет. Не могу свыкнуться со всем произошедшим, с тем, что мамы нет, а мне некуда пойти. Не могу же я долго тут жить.
Подумаю утром о том, как лучше поступить. Свяжусь с сестрой.
А пока что спать.
Закрываю глаза, комната начинает вращаться, а затем чувствую опасность. Не вижу её, но четко ощущаю, как она смотрит на меня буквально отовсюду, обступает со всех сторон. Бесформенная, ни на что не похожая. Она таится за стволами похожих друг на друга как две капли воды сухих деревьев, копошится в траве, взирает с тяжелых, серых небес, витает в воздухе вместе с легким ветерком.
Кажется, что в любой момент кто-то или что-то набросится на меня. Вроде все спокойно, но рядом точно что-то есть.
Вижу впереди какое-то движение. Не знаю почему, но осознаю, что мне надо туда. Шагаю вперед, и безлистые деревья тянутся ко мне своими похожими на костлявые руки ветками. Трава становится выше прямо на глазах, а небо кажется все ниже. Хоть вокруг полно простора, ощущаю себя так, будто нахожусь в небольшой комнатке, где не повернуться, ни даже встать в полный рост. Что-то словно давит на плечи и выбивает землю из-под ног.
Снова вижу впереди шевеление. Там что-то большое, с огромными горящими красным глазами и живое. Но знаю, что мне именно к нему.
Внезапно налетает ветер, срывает с деревьев останки ржавой листвы, бросает мне в глаза. Будто сам мир сопротивляется моему движению. Но я все иду, пока не вижу громадного волка, сидящего на каменных ступеньках.
Он действительно огромен: его голова достает до небес, а одним движением лапы он мог бы развалить небольшой дом. Но он ложится на живот, вытягивает вперед лапы и смотрит на меня, будто послушный щенок.
Я подхожу все ближе, а волк тает, оставляя по себе лишь пустоту. Где-то там, из сплошного ничего, на меня все еще глядит опасность и щелкает своими острыми зубами в поисках наживы. Ощущаю резкую боль в животе и посыпаюсь.
Зараза! Как же тошнит!
Бегу в туалет, чуть не спотыкаюсь не сразу сориентировавшись в чужой квартире.
Блин! Как же плохо! Почему меня рвет?
Отравилась, что ли? Только чем?
Закончив, умываюсь, хочу вернуться в постель, и вижу в коридоре Юрия.
— Что-то не так? — спрашивает он.
— Да тошнит почему-то, — прокашлявшись, отвечаю я. — Хоть ничего и не ела. Да и не пила почти.
Он вздыхает, смотрит мне в глаза.
— Кажись, тебе нужен тест на беременность.
Глава 17
— Тест на беременность? — говорю я скорее сама себе, чем ему. — Черт! Это ведь не так, правда? Я не могу быть беременна.
— Почему не можешь? Вы с ним спали?
Я стою молча, погруженная в свои мысли. Да, блин, спали. И он не использовал презерватив. У меня тоже не было противозачаточных. Зараза! И что теперь делать? Сонливость мгновенно улетучивается.
Громко ругаюсь и иду к кровати, падаю на неё.
Я не хочу быть от него беременной. Вообще не хочу ребенка!
Так, нужно успокоиться. Еще не ясно что это. Может, просто устала, съела что-то не то, так подействовали нервы. Один приступ тошноты еще ничего не значит. Он может быть от чего угодно. Нужно сделать тест на беременность, увидеть, что во мне нет ребенка, и успокоится.
А если есть, что тогда?
Ну блин, не в средневековье же живу. Срок небольшой, можно сделать аборт. Лучше так, чем нежеланный ребенок от мужчины, которого я не люблю…
Не люблю ли…
Снова ругаюсь вслух.
Внутри меня словно бы идет конфликт двух сторон. Одна испытывает чувства к Богдану, и понимает, что побег от него — ошибка, вторая пытается представить какие-то логические доводы правильности произошедшего. Неприятное ощущение, будто личность разрывает на две части и сталкивает друг с другом.
Я пытаюсь выбросить все из головы и хоть немного поспать, но не могу. Поднимаюсь, иду на кухню, где нахожу хлеб и масло. Делаю бутерброд и ем. Наблюдая в окно за непрекращающимся снегом.
Дело идет к утру, и внизу уже бродят выгуливающие собак люди. Медленно ползут первые автобусы и маршрутки.
— Не спится? — одетый в домашний халат Юрий медленно заходит на кухню, берет сигареты, подкуривает, приоткрывает окно и оттуда вмиг проникает холодный, морозный воздух.
— Слушай, а если я правда беременна, — говорю ему.
— То что?
— Я хочу избавиться от ребенка, — даже не знаю почему говорю это совершенно стороннему человеку, которого впервые увидела лишь вчера.
— От него нужно избавиться, — отвечает он. — Иначе через неделю-две оборотень учует тебя за километр. Если все подтвердится, поедем в одну клинику, там работает моя знакомая. Она все сделает.
Киваю, хоть сердце разрывается от одной мысли про это. Но иначе нельзя. Если Богдан не хотел выпускать меня одну, то с ребенком тем более запрет, наставит охраны, так, что я не скоро увижу белый свет. Чертов собственник!