Чтение онлайн

Эля посмотрела на меня, как на идиота.

— Зачем? — удивилась она. — Это вообще-то зона ответственности менеджеров, причем тут персонал? Если все сотрудники парка будут знать коды, то смысл в них? Даже мы с Олей их не знаем.

— Ладно, основы менеджмента оставим на потом. И чем дело закончилось?

— Штрафом.

— Для Дианы?

— Ну я твою логику понимаю. Нет, штрафанули Альбину. За то что она не может уследить за своими подчиненными.

— То есть, не того, кто накосячил, а того, кто позволил? — изумился я.

— Это Баринов, — произнесла Эля тоном, словно для меня это должно было что-то значить. — Ну логика у него странная, — сжалившись пояснила она. — Да и с Сашей некрасиво получилось.

— А что с Шуркой?

— Гош, ну ты что забыл, что ли? Помнишь жалоба крупная была на магазин, конкретно на работу площадки, когда мальчик ручку сломал на горке. Баринов грозился виновных уволить.

— А, да, помню. И что?

— Что. Альбину штрафанули.

— За что?

— За утерю видеозаписи.

— А Альбина тут причем? Камеры могли просто глюкнуть, а записи не сохранится, — вслух произнес я, тем временем вспоминая, как по просьбе Полины я эти записи якобы случайно стер.

— Гош, я говорю, что знаю. Альбина у Барина нехилый такой козел отпущения. Если премию каждого, включая Диану и других, она грудью отстаивает, то сама постоянно только выгребает.

— Хорошо, спасибо, — поблагодарил я и поднявшись в кабинет вызвал к себе Диану.

— Приветики, — весело поздоровалась она.

— Привет в тон, — ей отреагировал я. — Как дела?

— Да отлично все.

— А я по поводу костюмов.

— Каких костюмов?

Мне кажется ли у нас в магазине работают мало что понимающие люди?

— Ну помнишь, я костюмы тебя просил месяц назад заказать? Деда Мороза и Снегурочки.

Диана кивнула.

— И как успехи — продолжил я, внимательно глядя на ее реакцию.

Диана сначала глубоко задумалась, потом потупились и уже исподлобья произнесла:

— Прости я забыла.

— А деньги?

— А деньги я верну, все до копейки. Просто столько работы было, я забегалась и совершенно вылетело из головы.

— Да у меня, видимо, тоже море работы было раз я решил довериться тебе, — тихо произнес я себе под нос, а громче прибавил. — А что там произошло с ролетой.

— С ролетой? — на это раз я почувствовал сквозившую в голосе фальшь.

— Ладно, иди.

— Гош, — неуверенно начала она и закончила: — Прости.

Я кивнул, и она ушла ни с чем.

Дальше я был в бухгалтерии и узнал всю историю штрафов Альбины. Я и подумать не мог каким жестки может быть Валек. В моем понимании Баринов — мировой мужик, с ним всегда можно договориться. Но выходило по-другому.

— Гош, — осторожно произнесла Маргарита Владиславовна. — А почему тебя заинтересовало это?

— Так, — отмахнулся я, — разобраться нужно кое в чем. А что?

— Просто странно, тут Валентин Семенович, в общем, — она робко протянула мне бумаги и испуганно добавила: — Только умоляю тебя, не говори, что это я дала, пожалуйста, мне до песни совсем немного осталось. Но я больше не могу, мне перед Виолеттой Леоновной неудобно.

— Да что это черт возьми? — разозлился, и пробежавшись глазами по бумагам, спросил. — Я могу это взять?

Маргарита Владиславовна кивнула.

Изучая оказавшиеся у меня документы я дошел до нашего с Альбиной кабинета. Ее стол был пуст сегодня весь день, Оля сказала на кассе что она взяла больничный, но мне не верилось в это. Ананас из шампанского, заботливо оставленный на ее столе, выглядел жалко и словно упрекал меня в киношной показушности.

Бумаги оказались занимательным чтивом. Выяснилось, что партия игрушек, за которые меня отчитала два дня назад Виолетта были проведены только по указанной в документах цене, на деле же каждая стоила раза в четыре дешевле и даже акционная цена, которую мы назначали, была выше закупочной. Но куда тогда делить те деньги, что проходили по официальному договору? Ответить на это мог только один человек.

— И что? — удивился Баринов. — Зачем ты мне это показываешь? Я прекрасно знаю об этом или ты думал, что нас двоих кто-то обманул? Нет. Я был в курсе с самого начала.

— Но почему не был в курсе я?

— Знаешь Гош, есть такая замечательная пословица: «меньше знаешь — крепче спишь», — глумливо произнес он.

На третий день для меня открылся еще один Баринов. Знатный лицемер и интриган.

— Даже так, — воскликнул я.

— И что ты намерен дальше делать с этими бумагами?

— А вы как думаете?

— Виолетте покажешь?

— А почему бы и нет. Это конечно единичный случай, но он может натолкнуть ее на более тщательную проверку. Например, дешевое шампанское, что вы подарили коллективу, проходит в расходниках по совсем другой статье.

— Не смеши Гошик, мы же все повязаны, как говорилось в старину: «рука руку моет». Ты расскажешь про махинации с игрушками. А я расскажу про ролету, про стертую видеозапись, про остальные твои косяки. Их за два года, сам знаешь, наберется немало.

— То есть вы знали чьи это косяки и вешали их на невиновного человека? — тупо произнес я.

— Ну кто-то должен был ответить, я и находил этого козла отпущения.

Альбина права — я слепой идиот.

— Ну так что мы решили?

— Какой же ты говнюк, — поднимаясь на ноги воскликнул я.

— Можешь думать обо мне все что угодно, но теперь мы повязаны, — бросил он мне вслед.

— А ведь Альбина предупреждала меня и не раз, — буркнул я, выходя из кабинета.

— И где она теперь? — откинулся Баринов.

— В смысле? — не понял я, возвращаясь хотя предполагал, что могу не выдержать и набить ему морду.

— Уволилась твоя Альбина сегодня утром, — глумливо произнёс Баринов. — Завтра новую тебе подберем. Выбирай любую.

— Ну ты и козел! — рявкнул я и вышел.

Мне было стыдно за свои промахи и косяки, но я по крайней мере, не делал это намерено, в отличие от Баринова, который знал какую пользу Альбина проносит нашей компании и ему было совершенно все равно, кто займет ее место. Да ему в принципе было все равно. Какая разница на кого вешать всех собак, и наивная Дианка сама не знает на что в тайне надеется. Эту работу не сможет выполнить никто.