Снежная
Шрифт:
– Она знает?
– Николай все время сидел с открытым ртом, и только отойдя от шока, задал свой вопрос.
– Нет, и надеюсь это случиться после Круга. Мало ли какие проблемы меня там настигнуть, не хотелось бы, чтобы она пострадала. Если меня убьют, попытку чего я не отбрасываю, то она не разделит судьбу со мной, хотя сойти с ума может.
– Что-то у тебя совсем хреновые мысли...- как ни странно обозвался Николай.
– Я безумно устал за эту неделю, а еще не думал, что могу за кем-то так сильно скучать. Она - мой глоток свежего воздуха.
– Как же не вовремя ты влюбился, - Псовский похлопал меня по плечу.
– Бери завра её на корпоратив, отдохнете, и надышишься, и на людях лишнего себе не позволишь.
– Мы не идем. Она не хочет, а я туда никогда не ходил.
– А Новый год то хоть отпразднуем?
– Псовский, не смотря на свою серьезную работу, иногда был ребенком в зрелом теле.
– Стужев, может мы лучше таки в твоем пентхаусе потусуемся, а? Катька же звереет чаще, чем открывает рот, а она молчать не умеет, - мы на это только с сочувствием улыбнулись.
– Да, пусть, я и не против. Комнат на всех хватит, отдохну, да и вид с террасы на ночью на салют будет бомбезный.
– Вот и договорились! Старая компания и Юлия Стужева?
– Псовский, не сыпь соль на рану.
– Я сам её привезу, - неожиданно обозвался Николай.
– Не смотрите так на меня! Только Юля может терпеть теперь Катю дольше пяти минут, а я хочу встретить Новый год, а не повеситься на высокой елке.
Мой новенький ВМВ летел по ночному городу, а я погруженный в свои мысли даже не обращал внимания на дорожные знаки, чисто машинально поворачивая на нужные улички. Сегодня нужно хоть немного поспать, только сначала подремлю в джакузи. Как же от постоянного сидения за эти дни у меня все болит, еще чуть-чуть и я начну завидовать сфинксам за возможность становиться каменными.
Плавно останавливаю машину, как всегда почти перед самым входом в подъезд, мое место для парковки. Поднимаю глаза, чтобы поздороваться со своим другом, столетним дубом, что рос впритык к многоэтажке. Единственный страж, лишившийся от древнего леса, но его нет. В замен, на пороге к подъезду, стоит Юлия с двумя бумажными стаканчиками и бумажными пакетами. Вся такая домашняя и вкусно пахнущая, только я непонимающе смотрю на свою белую птицу.
Юлия Варулв (Лебедева)
– Стужев, ты почему приехал?
– удивленно спрашиваю я у мужчины, а сама уже от радости в душе пою трели.
– Что-то случилось?
– Нет... Не поверишь, ехал домой, но так задумался, что не заметил, как приехал к тебе, - Влад нахмурился, посмотрев на груз в моих руках.
– Ты куда?
– А... , свою охрану подкармливаю, - засмеялась я.
– Жалко мне их. Стерегут меня, сутками на пролет, в холоде и голоде.
Молча подошла к машине двух оборотней, что уже вышли, видимо ожидая трепки от Стужева. Но, тот прищурился и, молча, наблюдал за мной, потом бросил одному с оборотней свой брелок от машины.
– Переставь, на свободное место.
– Пошли, мясоед, и тебя покормлю. Приятного аппетита, мальчики.
Мы молча поднимались на лифте в мою квартирку на пятом этаже, так же молча вышли. И только когда вошли в квартиру, и Влад закрыл за собой дверь , меня поймали в объятия.
– Ты всегда их подкармливаешь, сердобольная моя?
– Стужев не сводил взгляд с моих губ.
– Как когда. Из-за тебя Питер накрыло таким морозом, что можно дуба врезать, - пожурила я его.
– Не заметил...- почти шепотом в самые мои губы.
– Поцелуй меня...
– Стужев, не перегибай палку... Я же не могу тебя оберегать от проблем, если ты так усердствуешь постоянно, - попыталась я оттолкнуть мужчину.
– Юля....Ты себе не можешь представить, как же я тебя хочу, - Влад прижал меня к стене.- Я не могу спать, не могу есть, а стоит о тебе подумать... и все мысли затягивает твоим голосом и ароматом. Я как наркоман, Юля...
В груди заныло, как от разрыва сердца. Его хмурый взгляд, тяжелое дыхание, и дрожащий голос. Я не узнавала того мужчину, которого встретила впервые. Мне казалось, что еще чуть-чуть и ему будет легче задушить себя собственными руками, чем стоять рядом со мной.
Он же не представлял себе, как меня сводят с ума его прикосновения, как я готова всю жизнь любоваться его ямочками на щеках, как тону в его синих глазах. Не смотря на весь страх, что я испытывала перед ним, мне было одновременно спокойно с ним, как за стеной. Только он, зная о том, что мне пришлось пережить у Руннера, не отстранялся, не считал меня грязной. Даже Николай, первые несколько десятилетий с трудом притрагивался ко мне, хотя и знал, что я была против этого бессильной.
А что Влад? Ничего! Он хотел меня, такой сломленной и уставшей от жизни...
– Стужев....
– Влад. Назови меня хоть раз по имени....
– Только сегодня, и больше не проси меня, Влад, - как же стало тепло на душе, такое родное имя, такие нежные губы целуют меня, так и хочется забыться.
Я не отрываясь от его поцелуя расстегнула пальто мужчины, и помогла его снять. Тоже самое, не отрываясь от поцелуя, мы сделали с его пиджаком и галстуком. Поцелуй из простого и нежного, превращался в нечто большее, все быстрее и быстрее подгоняя нас в перед.
Влад, снова прижал меня к стене, провел рукой по моему бедру, и заведя ладонь под мою коленку запрокинул ногу себе талию. Руки мужчины блуждали по спине, опускаясь то на мою самую мягкую точку, сжимая её до боли, то снова возвращались на спину, прижимали до хруста в позвоночнике к торсу моего захватчика.
– Влад...Только секс, и ничего больше.... Только раз..
– а в мыслях один вопрос: кого ты убеждаешь?
– Нет, секса не будет....- оторвался он от меня на короткий миг, обхватил моё лицо ладонями.
– Сегодня я буду тебя любить, как никого и никогда раньше.
Меня подхватили на руки под попу и понесли в спальню, где только одинокий и далекий свет уличного фонаря сегодня будет за нами подсматривать.
Я стояла на кровати, перед своим мужчиной, и любовалась им, запуская пальцы в отросшие волосы. Стужев спокойно и не торопясь, чтобы не потерять мой взгляд снимал с себя рубашку, вытаскивал пояс, и с такой же легкостью снял с себя штаны и бельё.
Мой, на сегодняшнюю ночь,мужчина был идеален, каждым вздохом широкой груди, движением рук, каждой прорисованной мышцей на мраморе тела, и полным желанием стволом. Его пальцы неспешно развязали шнуровку на моих спортивных штанах, снимая их с меня. Он прокладывал поцелуями дорожку от пупка к коленке. После ладони скользнули по внутренней стороне бедра, и он вернулся к моим черным кружевным трусикам, снова целуя мои бедра.
Стоя перед ним на кровати, я опустилась на колени. Теперь уже моя очередь была дотянуться до ложбинки на ключице, поцеловать, а после и прикусить, опуститься поцелуями к самому пупку.