Чтение онлайн

Под сиренью же, всё ещё сверкая на солнце не думавшем тускнеть лаком, красовалась деревянная скульптура кошки с котятами. Ни дождь, ни солнце пока никакого вреда ей не нанесли. Впрочем, и времени прошло совсем не много, всего-то месяц.

— А это интересная задача, молодёжь, — протянула Ольга Дмитриевна. — Сделать на нашей половине двора кошачий рай можно будет только с помощью недюженной фантазии.

— И вовсе не обязательно устраивать рай на отдельно взятой половине, — произнёс Паша. — Как мне кажется, держателей той части двора тоже можно привлечь. Вместе сделаем лучший двор Московского района, а может и не только.

— И непременно с фонтаном? — прищурившись, спросила Марина Сергеевна.

Она всегда так когда собиралась сказать собеседнику что-то, что ему совершенно точно не понравится.

— Да, с фонтаном! — с вызовом ответила Жанна. — Если понадобится, можно даже с сухим.

— А вы подумали над коммунальной составляющей? — не отступила Марина Сергеевна. — Для фонтана вашего нужно много воды. Это весь двор придётся перекопать, чтобы подвести её!

— Может и не придётся, — тоже прищурившись, но больше с хитринкой, произнесла Ольга Дмитриевна. — Настенька рассказывала, что на глубине полутора метров в нашем дворе законсервированны коммунальные выводы какого-то старого фонтана. Двадцать лет назад их нашли, отреставрировали и оставили с гарантией в век. Так что сейчас они в идеальном состоянии, надо только открыть это всё.

— Так вот почему тогда обычный прорыв трубы ремонтировали почти всё лето! — воскликнул дядя Кирилл. — А я-то всё гадал, что там такого делали с нашими трубами. Но деревьев тогда пострадало много, до сих пор не растут.

— Это не из-за этого, — скривившись, произнесла Марина Сергеевна. — Вся вода ведь тогда пошла именно на нашу половину, половину деревьев вырубили коммунальщики, особенно пострадали клёны, все двенадцать штук. Анастасия Валентиновна боялась, что возможны новые прорывы и новые вырубки, потому ничего нового сажать не велела, а старые постепенно вырубили по её указанию. А хорошие вель были клёны, действительно жалко их.

— Но с тех пор все коммунальные трубы идут по периметру двора, под асфальтом, — вставил слово незаметно подошедший Денис.

— Ну ты же знаешь, парень, чем старше человек, тем больше у него необоснованных страхов, — сказал дядя Кирилл.

— Зато теперь мы сможем создать всё, что захотим сами, — ответил мужчина. — Хоть лес высадить, хоть тот же фонтан, а то и целый комплекс, как в Петергофе.

— Только люк доступа к фонтану на той половине, — произнесла Ольга Дмитриевна, — и если мы всё-таки захотим его, придётся договариваться.

— Предоставьте это мне, — хрипло раздалось сзади.

Все стоявшие до этого лицом к газону, слажено оглянулись. В трёх метрах от них стоял невысокий коренастый мужичок лет сорока с большим животом и густой чёрной бородой.

— Смотрю я, как вы целый день обсуждаете преобразование двора — и решил помочь, — произнёс мужичок. — Наш двор давно стоит объединить.

С этими словами он достал из кармана спортивных штанов смартфон, быстро потыкал указательным пальцев в экран и меньше чем через десять секунд оттуда раздалось отчётливое «Да, сыночек».

— Мама, у нас появился шанс, — сказал сыночек. — Они не против объединения двора.

— Ты договорился?

— Нет, всё прошло без меня. Само как-то получилось. Подходи.

— А где вы, сыночек?

— Напротив моего подъезда.

— Я сейчас буду.

Из телефона раздались гудки, вызов завершился.

— И таки что вы можете сказать в своё оправдание? — с непередаваемые еврейско-одесским акцентом внезапно, в том числе и для себя самого, спросил Паша.

— Никакого оправдания не будет, — спокойно и даже немного меланхолично ответил мужичок. — Мама давно хотела сделать дворе единым, как было раньше. Сразу же, как стала управлять той половиной. Она неоднократно подходила к Анастасии Валентиновне, чтобы договориться, но всегда получала отказ.

— Ко мне никто никогда не подходил, — произнесла Марина Сергеевна. — Я вообще в первый раз слышу о каком-либо объединении.

— Мама и к Анастасии Валентиновне не сразу подходить стала, выжидала удобного момента. Она хотела осенью начать первые робкие попытки общения, а тут такая радость, всё само собой разрешилось.

— Ура, теперь мне можно будет бегать по всему двору! — закричала Катя и запрыгала от радости по асфальту.

Жанна по совету Марины Сергеевны не разрешала дочери активничать на той половине, так сказать, во избежание. А оказывается, нужно было лишь встретиться и поговорить. Паша внутренне недоумевал от сложившейся ситуации. Сколько уже многочисленные писатели и кинорежиссёры в своих работах доносили, что главное оружие, что есть у человека, это язык, а человечество, похоже, так и не поняло этого. На Балканах снова пограничные стычки, Латинская Америка всегда была горячей зоной планеты, даже в отдельно взятом дворе по Московскому проспекту после истории с Ольгой Дмитриевной и тяжёлом примирнии, растянувшемся на месяц, просто поговорить с другой стороной никто не догадался! Проще считать виноватым других, чем искать точки диалога, мда.

Внезапно Катя оступилась и упала прямо на правую руку, вытянутую вверх. Ещё в процессе падения Паша понял, чем всё закончится, характерный хруст не обманул его, как и потекшая из раны кровь. В голове сам собой возник голос старшего лекаря Драба, проводившего инстуктаж в его, игрока, единственное дежурство полевым хирургом, сразу же прсле инициации:

— Запомни, новус, в условиях полевой хирургии открытый перелом конечности штука неприятная и к ней надо быть готовым. Всегда носи с собой эйтонов бинт в отдельно отведённом именно для него месте, не смешивая с другими. Ну и что, что сейчас нет? Потом-то будет. Так что носи отдельно, нначе заживать перелом будет не сутки, а в лучшем случае четверо, а то и неделю. И всегда фиксируй конечности, иначе довести пострадавшего до удобного места оказания помощи будет сложно, рана усугубится и лечение может просто не понадобиться. А теперь шагом марш на практику! Без практики любая теория лисе под хвост.

Георгий Михайлович, учитель ОБЖ, бывший эмчеэсник, про эйтонов бинт, конечно, знать не мог, но зато крепко вбил в головы своих учеников поведение в любых нестандартных ситуациях.

— Аптечку! — рявкнул Паша, повернувшись к Денису.

Тот как был в деловом костюме, так и побежал к своей новой Тайоте. И минуты не прошло, как он передал красный кейс парню. Буквально подлетев к Кате, всё ещё лежащей на асфальте и с удивлением рассматривающей вытекающую толчками красную жидкость, Паша открыл чемоданчик, вытащил из него жгут, антисептик, бинт и аппарат Горлова, универсальный фиксатор конечностей, подстраивающийся под любые ситуации. Остановив кровь с помощью жгута, парень сначала обработал себе руки, чтобы не внести заразу, потом аккуратно обработал рану девочке, осторожно наложил стерильную повязку и зафиксировал перелом. Всё, как учил сначала Георгий Михайлович, а потом и Драб. Оба точно остались бы довольны.

В это время мужичок вызывал скорую, а Ольга Дмитриевна, Марина Сергеевна и Денис привели в чувство Жанну, упавшую в обморок. Придя в себя, она пояснила, что так странно она реагирует на стресс. Про себя Паша подумал, что Кате повезло. Случись падение, когда они с мамой были бы одни, всё могло закончиться очень нехорошо.

— Совсем не дурно, молодой человек, — оценила Ольга Дмитриевна. — Пригодился наработанный навык.

— Советуют вести самостоятельно в двадцатую городскую, скорая будет ехать долго, — произнёс мужичок, закончив вызов.

— Поехали, — встал со скамейки Денис. — Двадцатая недалеко, в разгар дня машин на дорогах мало.

— Поехали с нами, — буквально взмолилась Жанна, смотря на Пашу. — Мало ли, что ещё со мной случится.

Парень с готовностью кивнул. Он и сам собирался предложить помощь.

— А мы пойдём по домам, — тихо сказала Марина Сергеевна.

Ольга Дмитриевна и дядя Кирилл были согласны с ней.

— А как же мама? — недоумевал мужичок. — Она ведь идёт.

— Вот именно, — произнёс Паша. — Жанна, простите за такие слова, но Катя жива. Перелом не смертельный, походит какое-то количество времени в гипсе, ничего страшного в этом нет.