Чтение онлайн

Вдруг — стук в дверь, пугающий своей уверенной ясностью.

Заткнув полотенце за пояс, а другим вытирая руки, Хильзе пошла открывать.

— Имперская посыльная служба! — важно изрёк лев в красном плаще с вензелями, со смешным достоинством держа в руке небольшой жезл.

«Наверное, им и стучал», — подумалось Хильзе.

Она молча стояла, придерживая дверь и глядя на него; лев, в свою очередь, тоже молчал, чего-то выжидая.

Ну ладно. Имперская. Посыльная. Служба. Дальше что?

— Львица — домработница? — наконец-то разорвал заминку.

— Нет.

— Попрошу львицу сообщить, здесь ли временно проживает благородная Ваалу-Миланэ-Белсарра, слышащая Ваала, дисциплара Сидны? — подглядывал он в свиток.

— Да.

— Владелица сего дома — преподобная Ваалу-Хильзе, видящая Ваала?

— Да.

— Могу ли я увидеть преподобную Ваалу-Хильзе?

— Это я.

— Ах, так это вы, — обратился лев с официально-выспренним «вы». — Прошу простить. Могу ли увидеть сиятельную Ваалу-Миланэ-Белсарру? Мне поручено лично отдать ей сообщение.

— Её сейчас нет, — пожала плечами Хильзе, поводя хвостом.

— А когда придёт благородная слышащая Ваала, не подскажете?

Хильзе захотелось грязным полотенцем заехать ему по роже. Обращение на «вы» используется в Империи редко, только в очень официальных обращениях; как правило, оно уместно только для императора и членов его семьи. Во всех остальных случаях оно носит ироничный оттенок. Причём упрекнуть посланца не в чем: Хильзе знала, что у имперских служащих и чиновников есть давний указ обращаться в любых случаях на «вы» с патрициями и сёстрами-Ашаи. Но этот указ, с обоюдного согласия, повсеместно игнорировался.

— Сложно сказать.

— Хорошо. С разрешения, я подожду у калитки.

— Зачем ждать? Лев может отдать мне, я передам, — Хильзе протянула руку.

На что тот лишь подарил косой взгляд.

— Да я под стамп возьму, пусть лев не волнуется, — пошевелила она пальцами, мол, ну же, не бойся.

— Спасибо за заботу, — вскинул он брови и посмотрел в сторону. — Но мне поручено отдать лично ей, прямо в руки.

— Как угодно, — развела руками Хильзе.

— Спасибо. Всего доброго.

— Пока.

Тот действительно встал у калитки, играя своим маленьким жезлом: ударял им о ладонь. Такие жезлы выдаются некоторым чиновникам и служащим Империи, как символ власти и представительства. «Смешная штука», — подумала Хильзе, прикрыла дверь, но потом снова отворила.

— Так что, лев будет ждать на улице? — чуть насмешливо спросила она.

— Я должен дождаться Ваалу-Миланэ-Бе… — заунывно начал он.

— Нет-нет-нет, — вытянула из-за пояса полотенце. — Пусть лев входит. Я не хочу, чтобы чего плохого подумали о моём гостеприимстве.

Тот немножко подумал, кивнул в такт какой-то мысли и направился к порогу. У входа он остановился, в глазах немой вопрос: «Можно войти?». На что Хильзе жестом пригласила вовнутрь.

— Премного благодарен, — сказал он уже в прихожей, осматриваясь.

Хильзе закрыла дверь.

— Пусть лев не видит оскорбления в том, что я так одета, — провела она ладонями по талии и бёдрам. — Я никого не ждала и полагала, что это пришла Ваалу-Миланэ.

Они вошли в столовую.

— О нет, нет никакой нужды в извинениях, — кивок в ответ на приглашающий жест Хильзе. — В свою очередь… пусть львица не сочтёт грубостью, — повиновался жесту Хильзе и сел за стол, — что я не могу передать письмо кому-то, кроме благородной Ваалу-Миланэ.

— Да всё понимаю. Мой гость выпьет немного вина? — тут же Ашаи достала с полки запечатанную бутыль.

— Нет-нет, спасибо, но я на службе, — важно помахал он рукой. — Не положено.

«Сейчас мы с тобой побеседуем», — внутренне усмехнулась Хильзе.

Вино очутилось на столе.

— Будем же добрыми Сунгами и позволим себе то, что одобряет Ваал в этот день. Вино отличное, стоит испробовать, — она очутилась позади него, с кубком в руке.

— Должен заметить, что тот день, к сожалению, уже прошёл.

— Но его эхо живо в наших сердцах, — подошла она с другой стороны. — Пусть лев не отказывается принять гостеприимство сестринства Ашаи.

Это прозвучало убедительно, и он чуть неуклюже взял кубок. И себе взяв кубок из серванта, Хильзе ловко налила в него вина. Когда она обернулась, то как-то очень близко, прямо возле руки льва, мелькнул её хвост.

— Лев не сочтёт фамильярностью, если мы, учитывая равный возраст, перейдём на «ты»? — села напротив него.

Хильзе сильно заинтриговал этот посланец. Имперская посыльная служба используется для пересылки важных сообщений и документов, причём именно государством и Легатой; дисципларии, например, ею не пользуются. Простое, вечное любопытство самки так и раздирало её. Поэтому она потихоньку-полегоньку решила вытянуть из него, с чем именно он пришёл к Миланэ.

— С радостью, — произнес он с улыбкой, исполненной весёлого удивления.

«Сейчас узнаем, кто таков», — поняла Хильзе.

Звон бронзовых кубков.

Лев утёрся ладонью и придирчиво посмотрел на кубок, подняв на уровень глаз.

— Хорошо, давай познакомимся. Ваалу-Хильзе из рода Астал, — исполнила она приветственный жест знакомства: правая рука к груди, кивок головой, ближе к правому плечу.

— Тэнгай из рода Хластров, — вдруг в нём проснулся кавалер и он торопливо поцеловал руку Хильзе.

Напыщенность как хвостом смахнуло.

— Вот и познакомились. Очень приятно.

— Мне тоже, Ваалу-Хильзе.

— Можно просто Хильзе, — с весёлым прижмуром взмахнула ладонью Ашаи.

— А это не нарушение… правил… канонов?

— Нет. Это знак.

— Чего же, могу ли узнать?

— Доброго расположения. Не больше. И не меньше. Только вот прошу, Тэнгай, скажи: зачем желал ты обидеть меня этим глупым «вы»?

— Эм… — дёрнулся он.

— Странно была одета? — пригладила себя за ушком.

— Я не…

— Да, поговорка «встречают по одёжке» верна, да не совсем. Одёжек у львицы бывает много, и одинаковых нет. А иногда нет вовсе.

Тэнгай замахал руками, даже встал:

— Я… честное слово… нет. Я не имел в виду ничего обидного. Клянусь кровью рода.

Она тоже встала, чтобы Тэнгая за плечи усадить.

— Ну если так, то забудем об этом. Пока мы ждём Миланэ, предложу льву тушеную свинину с имбирем, от которой он не откажется, — и упорхнула на кухню.

— Нет, я вовсе не голоден… — он вяло попытался воспротивиться.