Чтение онлайн

Лорен молча помотала головой. Она не сомневалась, что Гай не представляет серьезной опасности, но при воспоминании о его потных руках, прикасающихся к ней, ее слегка мутило.

Рамону она показалась очень уязвимой. Холодная ярость овладела им. Он желал охранять ее, и это его поразило. Ему хотелось взять Лорен на руки и прижать к себе, чтобы она поняла, что с ним она в безопасности и он никогда и никому не позволит обижать ее. Но вначале следует разобраться с придурком в лифте.

– Один момент, querida, – мягко проговорил Рамон, отодвигая Лорен в сторону. – Позволь мне избавиться от этого мусора.

– Рамон, что ты делаешь? – испугалась она, когда Рамон схватил Гая за лацканы пиджака. – Нет! Не бей его. Он пьян.

– Ты его защищаешь?! – прорычал Рамон. – Он же напал на тебя.

Гай немедленно растерял всю свою браваду.

– Он просто повел себя как идиот, – рассерженно произнесла Лорен. – Посмотри на него, он еле держится на ногах.

Рамон нахмурился и неохотно отпустил Гая.

– Иди и проспись, – приказал он. – И если тебе дорога жизнь, впредь держись подальше от мисс Мэйтленд!

Гай не стал возражать. Покачиваясь, он выбрался из лифта и побежал по коридору. Лорен обхватила себя руками, подрагивая от перенесенного шока. Рамон снял пиджак и накинул ей на плечи.

Мягкий шелк подкладки хранил тепло своего хозяина и слегка пах его одеколоном. Рамон потянул женщину в лифт.

– Это мой этаж, – пробормотала она, не понимая, что происходит. – Куда мы едем?

– Тебе нужно выпить, а у меня в номере есть бутылочка бренди. Или ты хочешь спуститься в бар? – поинтересовался он.

Лорен растерялась. Если она вернется в зал вместе с Рамоном, растрепанная, с синяком на руке, это привлечет любопытные взгляды. Но оставаться с ним наедине она не должна. Лорен не боялась его. Она боялась себя. Тяга к Рамону пугала ее до смерти.

Однако, когда лифт остановился на верхнем этаже, Лорен, не устраивая никаких сцен, покорно следовала за Рамоном по коридору. В отличие от ее крохотного номера апартаменты Велакеса были огромными и роскошными. Она буквально утонула в кожаном диване, пока он наливал напитки.

– Выпей. Это вернет тебя к жизни.

Лорен хотела напомнить, что не пьет спиртное, но строгий взгляд Рамона говорил, что его терпение не бесконечно. Молодая женщина послушно отпила из бокала и вздрогнула, когда бренди обжег ей горло.

Рамон присел на диван рядом с Лорен. Он ослабил узел галстука и расстегнул верхние пуговицы на рубашке. Стали видны несколько дюймов гладкой оливковой кожи и островок вьющихся волосков на груди. Увидев это, Лорен снова судорожно глотнула бренди.

– Что это значит? – Его глаза потемнели, когда он рассмотрел синяки у нее на руках. – Следовало побить этого ублюдка.

– Гай… Он подкатывался ко мне несколько раз и не пришел в восторг, когда я дала ему от ворот поворот. Кроме того, у него был повод, – мрачно добавила Лорен, вспомнив, что говорил Гай о причинах откомандирования ее в распоряжение «Велакес корпорейшн».

– Что ты имеешь в виду? – спросил Рамон.

– Он сказал, что все в «ПГХ» считают, что ты выбрал меня не из-за моей компетентности, – горько сказала она. – В фирме есть специалисты по коммерческой недвижимости, которые обладают большим, чем у меня, опытом. Естественно, люди думают, что я получила эту работу через постель.

– Алистер Гэмбрил рекомендовал мне тебя как лучшего сотрудника, – спокойно заметил Рамон.

Лорен почувствовала себя чуть лучше, но окончательно успокоиться не могла.

– Ты знаешь, на что способны офисные сплетники. – Она вскочила. – Люди удивляются, почему мне поручили эту работу в обход более опытных юристов. А то, что ты протанцевал со мной весь вечер, дало пищу для слухов. – Гнев охватил Лорен. Еще один раз он перевернул ее мир с ног на голову. – Это твоя вина! Зачем ты вернулся, Рамон?

– Потому что я не мог иначе, – признался он. Рамон приподнялся, пристально глядя на нее, и мерцающее пламя в его глазах, напоминающих две бездны, заставило Лорен вспыхнуть. – Я пытался забыть тебя, но, Dios, ты всегда была в моих мыслях. Даже в день похорон отца я не мог не думать о тебе, – мрачно проговорил он.

Рамон испытывал отвращение к себе, потому что, горюя по отцу, закрывал глаза и представлял, как опустит голову на грудь Лорен. «Разумеется, мне не нужно утешения от нее, – твердил он. – Я хочу лишь физического удовлетворения».

Лорен поняла, что нужно уходить, когда Рамон стал приближаться к ней. Ей следовало немедленно выскочить за дверь и бежать без оглядки. Но ее ноги как будто прилипли к полу, а сердце забилось часто, а дыхание сбивалось.

Он был так близко, что она видела золотистые искорки в его глазах. Неистовый, ничем не замаскированный сексуальный голод мужчины наполнял ее ужасом и страстным желанием одновременно.

– Не трогай меня, – сказала она, отталкивая его руку.

Рамон засмеялся и прижал ее к себе:

– О, querida, еще минуту назад я мог бы сдержаться, но сейчас твое тело тебя выдает. Видишь?

Он очертил пальцем ее сосок, тот мгновенно напрягся и проступил под тонкой тканью платья.

Когда Гай лапал ее, она испытывала отвращение. Но Рамон не был пьяным неловким мужланом. Он был искусным любовником с обширным опытом. Более того, он был мужчиной, похитившим ее сердце. Он был ее единственной любовью.

Рамон прильнул к губам Лорен. Она ожидала, что поцелуй будет жестким и требовательным – демонстрацией его власти над ней. Но прикосновение его губ было нежным и обволакивало, как паутинка. Ее защита стала ослабевать. Медленно и сладко его язык проникал в рот женщины, исследовал его. У Лорен пропало желание сопротивляться. Это было настолько сексуально, что она дрожала от страсти.

Лорен прильнула к нему, но Рамон чуть отстранился и не позволил ей взорваться, как вулкан.

Она поняла, что он дает ей шанс, не затаскивая ее силой или напором в свою постель. Ей было стыдно признаться, что она мечтает об одном: чтобы Рамон взял ее на руки и понес в спальню. Лорен не хотелось больше думать о сложностях, которые могут возникнуть. Пусть он соблазнит ее и займется с ней любовью – так, как захочет, а она забудется в чувственных ласках.

Рамон провел губами по ее щекам, векам, дразнил Лорен своими ласками до тех пор, пока она с тихим стоном не обхватила его лицо ладонями. Ее губы прикоснулись к его губам. Язык Лорен проник в его рот.