Чтение онлайн

— Тогда я могу рассчитывать на увлекательный рассказ? В качестве платы за экскурс по миру алкогольной продукции разных народов Вселенной, — хитро сверкнул глазюками этот змей — искуситель. — А начнем мы, пожалуй, с настойки мхархов, — оп-па, а не этих ли кадров вечно упоминают в своих ругательствах все кому не лень? — Называется она, кстати, Слеза Коэ. Это что-то вроде их традиционного напитка на семи травах и выдержанное в глиняных кувшинах, затопленных в болоте не меньше, чем на пять циклов. Теплая вода создает неповторимый микроклимат, в котором напиток «доходит».

И мне бы отказаться, заподозрив неладное. Но сегодня столько впечатлений, потрясений, да и все остальное. Захотелось расслабиться, пусть и в компании странного, пугающего даже хозяев этой посудины, не-человека.

— Не знаю, покажется ли моя история хоть кому-то интересной, но, попробовать стоит. Как считаешь? — поинтересовалась я, принимая бокал с чем-то бледно зеленым и ярко выраженным пряным запахом.

— Непременно, — отсалютовал мне бокалом мой собутыльник, первым отпивая из него.

Недолго думая, последовала его примеру. Во рту взорвался фейерверк из неповторимого пряно-маслянистого вкуса с терпкой горчинкой и ненавязчивой сладостью послевкусия. Слеза Коэ оказалась совсем не крепким, но неожиданно ароматным и освежающим напитком.

— М-м-м-м…, приятненько.

— Слезу стоит закусить агой. Плод почти что безвкусен, но прекрасно избавляет от остатков горечи, — подавая пример, первым потянулся за ягодой насыщенно синего цвета размером с перепелиное яйцо, по форме напоминающую голубику-переростка.

Тоже взяв одну ягоду, бесстрашно закинула её в рот и получила ещё одно незабываемое гастрономическое впечатление. У плода вкус был как у мякоти алое в соке, но совершенно не сладкое, а просто очень сочное.

— Какое освежающее сочетание.

— Повторим?

Не отвечая, просто перегнулась через стол и с мелодичным звоном соприкоснулась нашими бокалами, чтобы потом в один глоток выпить содержимое своего под внимательным взглядом Играса.

— Очень коварный напиток, — заметила уже сидя в своем кресле с ногами, жуя очередную агу и наблюдая, как мужчина разливает по бокалам уже что-то другое, насыщенно оранжевое.

— Мхархи сами пьют его только по большим религиозным праздникам.

— То есть это что-то ритуальное? И что у них за религия? — во мне неожиданно взыграло любопытство.

— Планета мхархов довольно суровое место. Жить там трудно и скажем прямо, тяжело. Наши ученые-исследователи пришли к выводу, что их религия приняла довольно специфический вид именно в результате отсутствия легкодоступных благ, — видя мой неподдельный интерес, этот… ящер усмехнулся и выдал такое, что я чуть не поперхнулась очередной ягодкой. — Их религия — секс.

— Неожиданно. Я надеюсь, остальные напитки не связаны с религиозными течениями других народов нашей, несомненно, огромной Вселенной?

— Всё изначально традиционное с чем-то связанно, — туманно намекнул прохвост. — И я всё ещё горю желанием узнать твою историю, ведь с ней связанно твое грустное настроение.

— Вот мы уже и перешли на «ты», а ведь ещё даже на брудершафт не пили! Немного погодя я покажу, что это такое, — уловив его удивление, коварно пообещала я.

— Ловлю на слове, — пригрозил, снова салютуя бокалом.

В этот раз напиток оказался горько-острым. И когда я тянулась за очердой агой, мне надавали по рукам и дали вместо ягодки кусочек другого фрукта, зеленого с сочной желтой мякотью и чертовски сладкого.

— Кх, с-спасибо. Что это за огненная шайтан-вода?

— Какая проницательность. Этот напиток так и называется — Огненная Вода.

— Извращение, какое. Насыпать в водку красного перца, — бурчала, зажевывая мерзкий вкус остатками фрукта под насмешливо прищуренным взглядом.

— Значит, не понравилось. Отставляем.

Бутылка отправилась под стол, а в моем бокале заплескалась родная пино-колада.

— Тебе самому-то эта Огненная Вода как? Неужели нравиться?

Играс неопределенно пожал плечами.

— Все дело в настроении и компании. С красивой девушкой хочется пить что-то горькое и острое, чтобы ненароком не потерять голову.

И черт меня дернул спросить:

— А если девушка не против?

Нет ответа. Но красивые, я бы даже посмела заметить, женственные, пухлые губы чуть подрагивают. Красноречиво прикусив нижнюю губу, Ящер неторопливо выливает в опустевшую вазочку остатки Шайтан Воды и плескает себе что-то из темной, непрозрачной бутылки тягучее, смолянисто-желтое.

— Так какая у тебя история?

— Самая банальная. Меня и моих коллег, чуть больше двух недель тому назад, сперли с нашей планеты какие-то пиратские лягухи…

А история действительно получилась занимательная. Сама не подозревая, я начала смеяться над всеми теми казусами, что произошли со мной за эти дни. Играс не стал расспрашивать меня о доме, видимо понимал, что это не та тема, которую я бы хотела обсуждать. Он сосредоточил моё внимание на том, что окружало нас во время моего незапланированного путешествия, находя какие-то одному ему понятные знаки в происходившем вокруг. В неожиданной смене интересов капитана контроля он разглядел какие-то политические заморочки. С Ккакриком же полностью согласился. Сказал, немного заплетающимся голосом, что я и, правда, красивая.

— Иг, ты дурак. Ну, какая я красивая? Мелкая, фигура так себе. В лице ничего особенного. Голос у меня…, откровенного говоря, тоже так себе. Что во мне может привлечь мужчину, на которого со стороны смотришь и думаешь — Идеал, Аполлон.

Сидя на коленях у довольно скалящегося парня, пьяно рассуждала о своих недостатках, отвешивая ему же комплименты и неспешно пила какую-то неопознанную вкусняшку. Вопрос — когда успела? Или это моё кресло?

— Может то и привлекает, что идеал — стандартен, а несовершенство — уникально.

— Ага, прям вся такая уникальная, в шмотках с чужого плеча, — заявила я и красноречиво оттянула лямку майки.

Ящер картинно закатил глаза.

— Ну, во-первых, в экипаже контроля нет женщин, так что гарантированно, это вещи из транспортера. А зная Никара, могу предположить, что этот чудик просто не подумал, что ему неплохо бы было спросить у тебя, в чём ты хочешь быть одета. Он просто задал твои параметры и выбрал первое попавшееся. А, во-вторых, — хитрая улыбка, — хочешь, выберем сейчас тебе что-нибудь другое?